Демоница из статуэтки клана Чи Су - Бай Сюли

– Взгляни сюда, Цин! – вместо ответа попросил Юшенг. Он устремил свой взгляд в тёмное небо, где звёзды едва виднелись из-за туч. Лишь одна из них светила ярче остальных, будто находилась на расстоянии вытянутой руки. Придвинувшись ближе к Цин, при этом задев её плечо своим плечом, Юшенг указал именно на эту звезду. – Видишь? Ты знаешь, как называется эта звезда?

– Нет, – честно призналась Цин.

– Это небесное светило Сяоцянь, – принялся рассказывать Юшенг. – Оно появляется лишь раз в двести лет, предзнаменуя важные события.

Услышав его слова, Цин дёрнулась и впилась злобным взглядом в звезду. Снова эта звезда! Та, точно насмехаясь над Цин, подмигивала ей золотисто-зелёным светом.

– Вижу, ты уже слышала о Сяоцянь раньше!

– Слышала, – сухо отозвалась Цин, не смея отвести взгляда от звезды.

– Она предзнаменует век процветания и благополучия. Влюблённым парам появление Сяоцянь сулит счастливое будущее и крепкий союз, – как ни в чём не бывало продолжил он.

Цин резко вскинула на него голову. Её синие глаза горели безумным огнём.

– Ничего хорошего появление Сяоцянь не сулит! Никому! – отчеканила она, с трудом сдерживая гнев. – Это просто звезда! И не нужно придавать ей слишком большую значимость!

– Госпожа Юй, ну что ты на неё так взъелась?

– Ничего! – буркнула Цин, поднимаясь.

Юшенг осторожно взял её за руку, вынуждая остаться на месте. Его пальцы были тёплыми, а взгляд сделался серьёзным.

– Глубоко в сердце ты хранишь секрет, Юй Цин, – проникновенно заговорил он, не спуская с Цин глаз. – Я это знаю.

Ей казалось, что Юшенг видит её насквозь. Что бы он сделал, вздумай она рассказать ему всю правду? Как бы поступил? Её сердце забилось сильнее от мысли об этом.

Не в силах вынести его взгляд, она отвернулась и отняла у него руку, спрятав её под тканью плаща.

Какое-то время они сидели молча, смотря на луну и думая каждый о своём. Потом Юшенг опустил руку к поясу своего белоснежного ханьфу и снял оттуда круглую нефритовую подвеску, в центре которой виднелся иероглиф Ван. Снизу к подвеске крепилась золотистая кисточка.

– Возьми её себе, – попросил он, протягивая ей подвеску.

– Зачем она мне? – удивилась Цин.

– Мы же собирались сделать из подвески артефакт. Я хочу, чтобы она хранилась у тебя.

Настороженно покосившись на Юшенга, Цин всё же взяла подвеску, которая сделалась тёплой от его руки.

– Не бойся, – засмеялся Юшенг, видя её опасения. – Подвеска тебе ничего не сделает. И даже мысли твои не прочтёт.

– Без тебя знаю! – почувствовав себя невероятно глупо, огрызнулась Цин и поднялась на ноги. – Пора возвращаться!

Она подошла к окну и заглянула внутрь. Полумрак окутывал пустой коридор. Распределителя Тенгфея больше не было видно. Он ушёл, затушив часть фонарей.

– Я пойду первым.

Юшенг оттеснил её в сторону, распахнул окно и, ухватившись руками за деревянный край, ловко скользнул внутрь. Цин последовала за ним. Не успела она коснуться ногами пола, как почувствовала на себе руки Юшенга. Он придержал её за талию, но даже когда она уверенно встала на ноги, не спешил отпускать. Его лицо сейчас было так близко, что Цин ощущала на своих щеках его тёплое дыхание. Юшенг поднял руку и бережно поправил одну из прядок волос, что обрамляли её лицо. В полумраке блеснули его тёмные глаза, заставляя сердце Цин забиться чуть быстрее.

Они стояли, молча глядя друг на друга, пока Цин пыталась разобраться, что с ней происходит. Почему близость Юшенга странным образом действовала на неё? Почему у неё не возникало желания оттолкнуть его, хотя он позволял себе больше, чем положено? Неужели Лан-Лан права? Неужели небожитель и впрямь ей нравился? Эта мысль жаркой волной окатила Цин, и она отстранилась. Её руки слегка подрагивали.

Оглянувшись по сторонам и убедившись, что рядом нет никого, она направилась в сторону своей комнаты, так и не вернув Юшенгу плащ и даже не потрудившись посмотреть, идёт ли небожитель следом.

Позже, когда Лан-Лан уже крепко спала, лёжа в кровати, Цин вертела в руках подвеску Юшенга. Ей казалось, что белый нефрит всё ещё хранит тепло его рук, хотя, разумеется, это было не так. Её взгляд с подвески сместился на стул, на спинке которого висел плащ небожителя.

«Вы с ним не друзья и никогда ими не станете!» – внезапно зазвучали в её голове слова Лан-Лан.

Цин стало холодно, несмотря на то, что в комнате было тепло. Натянув повыше одеяло, она посмотрела в сторону безмятежно спящей лисицы. Она права. Нельзя забывать, кто такой Ван Юшенг. В случае чего он примет сторону небожителей. Сторону своего клана. Неужели она настолько глупа и наивна, что не понимает этого? Нельзя подпускать его слишком близко!

– Ты просто дура, Юй Цин! – зло прошептала она в темноту.

Потом, поджав губы, швырнула подвеску на пол, прямо к стулу, и отвернулась.

Глава 19

– Я не стану надевать это! – противилась Цин, впившись грозным взглядом в Лан-Лан. – Ты что ещё задумала, лисица?

В руках Лан-Лан держала нежно-розовый ханьфу, расшитый серебряными нитями. Один из глупых и непрактичных нарядов, что заказала для неё Юйси в лавке госпожи Чунь. Глядя на него, Цин даже предположить не могла, куда сможет его надеть. А сейчас эта хитрющая лисица пыталась подсунуть ей его! Ну уж нет! Она ни за что не облачится в это розовое недоразумение даже в честь Праздника середины осени. Цин передёрнула плечами от отвращения.

– Все уже разъехались, Цин! – настойчиво уговаривала Лан-Лан. – В академии никого не осталось! Тебя никто не увидит!

– Тем более! Я пойду в чёрном! – заявила она, подходя к шкафу. Острый взгляд синих глаз устремился в его глубину.

– Ха! Может, заодно и метку перестанешь скрывать? – сверкнув золотистыми глазами, передразнила Лан-Лан. – А что, если тебя кто-нибудь увидит? Не глупи, Цин!

Она шумно выдохнула и вырвала из рук Лан-Лан розовый шёлк, нехотя признавая правоту её слов. Лисица была права. Тысячу раз права. Цин так и подмывало разорвать наряд в клочья, но она сдержалась.

Как только она закончила одеваться, в двери её комнаты постучали.

– Ты же сказала, что все разъехались? – упрекнула она лисицу.

– Я была в этом абсолютно уверена, Цин… – растерялась та и мигом исчезла.

Цин поплелась к двери, отворив которую застыла. Удивление исказило её лицо, когда в дверном проёме она увидела Хоу Сянцзян.

Уголки губ небожительницы скользнули вверх.

– Прости, госпожа Юй, что беспокою тебя в такой день, – начала Сянцзян. В её голосе