Боги и монстры - Зави Джеймс

Я вздрогнула, когда увидела Грейсона, небрежно развалившегося на диване. Он закрыл книгу в руках и медленно выпрямился.

— Да чтоб тебя, Грейсон. — Моё сердце бешено колотилось в груди.

— Не собираешься присоединиться к нему наверху? — спросил он язвительно.

Моя челюсть дёрнулась, пока я пыталась не поддаться на провокацию.

— Ну? — спросил он выжидающе, приподняв бровь. — Тебе понравилось свидание?

Я сняла сумку с плеча и сбросила туфли, возвращаясь к своему настоящему росту.

— Да, вообще-то. Понравилось.

— Лгунья.

— Я не лгу.

— Конечно, лжёшь, — настаивал он. — Как ты можешь получать удовольствие от свидания, даже с этим идиотом, когда влюблена в другого?

Из всех высокомерных вещей, которые говорил Грейсон, предположение, что я влюблена в него, должно было занять первое место в списке.

Я подняла взгляд, чтобы высказать ему всё, что думаю, но слова исчезли, когда я увидела у него в руке маленькую бархатную коробочку. Когда он щёлкнул её крышкой, краска сошла с моего лица, а земля словно ушла из-под ног.

Внутри коробочки загорелся свет, освещая кольцо из белого золота с грушевидным бриллиантом, покоящимся на тёмно-зелёном бархате.

— Весьма впечатляющее кольцо, Скотт, — сказал Грейсон, разглядывая его сверху вниз. — Не подумал бы, что это в твоём стиле, но ты полна сюрпризов.

Он слегка повернул коробочку, чтобы свет упал на камень.

— Ты был в моей комнате, — прошептала я, не отрывая взгляда от кольца.

Все воспоминания разом нахлынули, обрушившись на мои лёгкие и сердце с самой жестокой силой.

Мозг — удивительный орган, который должен защищать тебя. Мой давал сбои в самые неподходящие моменты. У нас с ним были отношения любви и ненависти, в которых он обычно побеждал и утягивал меня под течение страдания.

— Я хотел узнать, с каким человеком живу, учитывая, что у нас никак не получается провести ни одного цивилизованного разговора, — задумчиво произнёс Грейсон.

— Ты был в моей комнате!

На этот раз это прозвучало зло. Та ленивость, с которой он перекатывал слова на языке, щёлкнула переключателем внутри моей груди. Я потянулась за коробочкой, но Грейсон удержал её вне моей досягаемости.

— Отдай сюда. Это личное, — потребовала я, чувствуя, как глаза щиплет от раздражения.

— Почему ты это хранишь?

— Грейсон! Отдай чёртово кольцо! — Я снова попыталась его схватить.

— У тебя есть кольцо, и оно не на твоём пальце, и я не вижу рядом с тобой никого, так что что случилось, Скотт?

— ЭТО ТЕБЯ НЕ КАСАЕТСЯ! — закричала я, и слёзы хлынули наружу.

— Полегче с характером, — холодно сказал он.

— Ты рылся в моих вещах, — сказала я, грубо вытирая щёку. — У тебя находится моя вещь. Клянусь тебе, если ты сейчас же её не отдашь, я —

— Что? — спросил Грейсон, выпуская свою ауру вокруг себя и позволяя ей лениво растечься между нами. — Ты можешь не хотеть верить в меня, но это не перестаёт делать меня Богом.

Мэтт вбежал в комнату.

— Какого хрена здесь происходит?

Я бросила на него взгляд, затем снова посмотрела на Грейсона, выжидающе протягивая руку. Он захлопнул коробочку, но не отдал её.

— Он знает? — спросил Грейсон. — Хоть кто-нибудь из них знает? Или твой провал — это твой грязный маленький секрет?

— Грейсон!

Он рассмеялся и протянул коробочку ко мне. Я резко выхватила её и крепко сжала в руке, так что костяшки побелели, когда его аура исчезла из пространства между нами.

— В чём твоя проблема? — спросил Мэтью, явно готовый сыграть рыцаря в сияющих доспехах.

— Просто оставь это, Холден, — резко сказала я.

Грейсон поднялся с дивана.

— Я могу очень точно сказать, в чём моя проблема. — Он оказался лицом к лицу с Мэттом. — Похоже, ты любишь нарываться на неприятности.

Я попыталась оттолкнуть Мэтта от Грейсона, но он совершил роковую ошибку — посмотрел Богу прямо в глаза. Мэтью, возможно, умел запугивать других, но он забыл, кто такой Грейсон. Одного этого взгляда оказалось достаточно, чтобы Мэтт с глухим стуком рухнул на колени на моём деревянном полу.

— Грейсон, хватит! — сказала я.

Он разорвал зрительный контакт, и Мэтт поднялся с пола, проигнорировав протянутую мной руку помощи.

— Ты думаешь… — начал Мэтт.

— Оставь это! — сказала я, раздражённая обоими мужчинами. Я подтолкнула Мэтью к двери. — Просто оставь его.

Я не обернулась, уходя. Сегодня вечером Грейсон перешёл черту, роясь в моих вещах. Он продолжал вытаскивать наружу болезненные воспоминания, которые я хотела похоронить, и делал мою работу сложнее, чем она должна была быть.

Люди могли поклоняться Грейсону как Божеству, но в моих глазах он был не более чем чудовищем.

— Я думал, ты обычно ужинаешь одна, — сказал Мэтт на следующий вечер, когда Грейсон присоединился к нам на кухне.

Бог улыбнулся и проигнорировал его, прежде чем посмотреть на меня. Я поймала его взгляд, и он поднял руку и слегка тряхнул ею, указывая на браслет, висевший на его запястье. Это принесло слабое облегчение.

— Я решил не лишать себя приятной компании, — ответил Грейсон, всё ещё глядя на меня. — И мне любопытно.

— Любопытно? — повторила я это слово.

Само упоминание любопытства вытащило меня из моей скорлупы. Это было качество, которым я жила. Я всё ещё была в ярости из-за того, что он устроил прошлой ночью, но мне было интересно, что он задумал.

— Ммм, очень любопытно, — задумчиво сказал он.

— И что именно тебе любопытно? — В моём голосе прозвучало подозрение.

С Грейсоном ничто никогда не было простым.

— Мне любопытно, как смертные ухаживания отличаются от ухаживаний Богов.

Мэтью поставил свой стакан на стол сильнее, чем требовалось. Жидкость внутри едва не перелилась через край.

— Хочешь узнать? — спросил Грейсон, понизив голос.

Биология победила здравый смысл — румянец разлился по моим щекам, и Мэтью поднялся на ноги.

— Ну что скажешь, Скотт? — продолжил он, решив проигнорировать Мэтта.

— Прекрати, — предупредил его Мэтт.

— Этот разговор тебя не касается.

— С чего ты взял?

Грейсон перекатил шею, прежде чем перевести внимание на Мэтью.

— Ты сводил её на одно свидание, — лениво сказал он. — Вряд ли это можно назвать обязательствами по меркам любого существа. Насколько я вижу, Скотт свободна делать всё, что пожелает.

Мэтт сжал руки в кулаки, и я положила ладонь ему на руку.

— Сядь, — сказала я ему.

Он проигнорировал меня.

— Сомневаюсь, что она захочет проводить время с тобой.

— Позволю себе не согласиться, — сказал Грейсон с самодовольной улыбкой. — Я бы поставил, что она —

— Хватит! — крикнула я.