Боги и монстры - Зави Джеймс

— С любыми вопросами я разберусь сама, — сказала она. — Ты спишь в своей комнате и держишься подальше от моей.

Скотт подошла к своему столу, взяла резинку для волос и собрала волосы в пучок, открыв линию своей шеи. Затем она потянулась назад к молнии, но я шагнул в комнату и перехватил её первым.

— Я сама справлюсь, — резко сказала она.

— Не сомневаюсь.

Вздохнув, она опустила руку, позволяя мне помочь. Я потянул молнию вниз по её спине, и мне стоило огромных усилий не сорвать платье с её тела. Никогда раньше я не ждал так долго того, чего хотел.

Когда я дошёл до конца, я наклонился и прошептал ей на ухо:

— Скажи спасибо.

По её коже снова пробежали мурашки, а сердце забилось быстрее.

Прошла секунда, прежде чем она прошептала:

— Спасибо.

— Ты, должно быть, устала.

Скотт попыталась повернуться, но я не позволил. Я обвил рукой её талию и притянул к своей груди. Она глубоко вдохнула, когда я прижался эрекцией к её ягодицам. Свободной рукой я грубо схватил её за подбородок, заставляя смотреть на нас обоих в отражении зеркала. Желание между нами было очевидным.

— Постоянно бороться с желанием и сопротивляться тому, чего ты на самом деле хочешь, должно быть утомительно.

Я двинул бёдрами, сильнее прижимаясь к ней. В отражении я видел, как расширяются зрачки Скотт и как приоткрываются её накрашенные губы. Под тонкой тканью платья её соски затвердели, лишь усиливая моё желание. То, как её тело отзывалось, было прекрасно, но я начинал терять терпение, желая увидеть, как она полностью сдастся подо мной.

— Поддайся, Скотт, — сказал я ей на ухо. — Отдайся мне, и я помогу тебе обрести покой.

На мгновение мне показалось, что она у меня в руках. На короткую секунду я почувствовал, как она балансирует на краю — готовая и желающая отдаться мне. Но затем Скотт резко вырвалась из моих объятий.

— Хочу напомнить, что я вообще-то вроде как встречаюсь с другим, — сказала она. Она хотела прозвучать высокомерно, но её голос был сбивчивым от дыхания.

— С Холденом? — усмехнулся я. — Это уже звучит как шутка. Вы вообще разговаривали с тех пор, как ты выставила его за дверь?

Она посмотрела на меня холодным, стальным взглядом.

— Я сделала это потому, что ты продолжал причинять ему боль.

— Думаю, ты ранила его сильнее, чем я, — сказала она.

— Прошу прощения?

— Ты задела его гордость, Скотт, — сообщил я ей.

Она прикусила губу, и меня передёрнуло от мысли проделать то же самое с ней. Захватить её пухлую нижнюю губу своими зубами и прижать её к себе. Поцеловать её и позволить всему её хаосу утянуть меня на дно.

— Разве гордыня — не грех? — спросила Скотт.

Я фыркнул.

— Тебе ли об этом говорить.

Скотт носила гордость как знак отличия. Она поддерживала её и защищала. Если гордыня и была грехом, то она превратила её во вторую кожу, чтобы держать нас на расстоянии и жить той жизнью, которую считала полноценной.

— Убирайся из моей комнаты, Грейсон. — Скотт одной рукой придерживала платье, а другой вытолкнула меня за дверь.

— Подумай об этом, Скотт, — сказал я, не в силах отпустить эту мысль.

Эта женщина и моя потребность увидеть, как она рассыплется под моими руками, стремительно превращались в одержимость.

— Тебе всего лишь нужно попросить.

Моя неделя с Кэсс и Софи закончилась слишком быстро. Они сели на самолёт обратно в Нью-Йорк, а я вернулась к работе с тягучим чувством меланхолии, от которого никак не могла избавиться. Всё чаще я думала о жизни после завершения этого проекта и о переезде в Штаты, чтобы быть рядом с семьёй. Меня здесь ничего не держало.

— Как твой брат? — спросила Чарли, присаживаясь за мой стол.

Не поднимая головы, я указала на стену и сказала:

— Лабораторный халат.

Сегодняшние эксперименты включали образцы РНК, и любое загрязнение привело бы к аномальному результату, который пришлось бы исключить из анализа.

Чарли фыркнула, отошла, надела халат и вернулась на своё место.

— Что с тобой не так? — спросила она. — Я думала, после недели отдыха ты будешь счастливее.

Таков был план, но я вернулась к работе в основном раздражённой из-за Грея. Он не отставал всю неделю. Идеальный джентльмен при Кэсс и Софи и полный мудак, когда мы оставались наедине. И хотя мне было неприятно это признавать, говорить «нет» становилось всё труднее, и я начала мастурбировать каждый день, чтобы сбросить напряжение и окончательно не сойти с ума.

— Прости, — пробормотала я. — Похоже, я устала сильнее, чем думала. Но да, у Кэсс всё хорошо.

Когда я подняла взгляд, Чарли сияла.

— Ладно, почему ты так на меня смотришь?

Она вытянула руку прямо перед моим лицом. Мне понадобилось мгновение, чтобы заметить красивое бриллиантовое кольцо на её безымянном пальце. Оно сверкало под светом лабораторных ламп, пока она шевелила пальцами.

— Замолчи, — прошептала я.

Чарли прикусила губу и кивнула.

— ЗАМОЛЧИ!

Моя пипетка с грохотом упала на стол, образцы выплеснулись из лунки, а я обежала стол и заключила её в объятия.

Удар исподтишка. Это было лучшее описание того, что я чувствовала. Её новость настигла меня, добавив ещё одну трещину в мою броню, и я боялась, что не смогу удерживать маску на месте намного дольше.

— Поздравляю! Рассказывай всё, — потребовала я, игнорируя тупую боль в груди.

Чарли пересказала, как он сделал ей предложение, и от улыбки у меня разболелись щёки. Она заслуживала счастья. Тайлер и Чарли были влюблёнными ещё подростками, и теперь он наконец делал из неё честную женщину.

— Не могу поверить, что он решился спустя столько времени, — сказала она задумчиво, глядя на своё кольцо.

— Он знает, какое сокровище ему досталось, и не хочет тебя потерять. Он готов сделать тебя Мёрфи.

Чарли подняла на меня взгляд с широкой улыбкой.

— Шарлотта Мёрфи.

— Ты больше не будешь нашей Чарли Браун.

— Слава богам за это, — рассмеялась она. — Мои родители приезжают в город и устраивают нам помолвочную вечеринку в пятницу вечером. Ты ведь придёшь?

— Конечно.

— Думаю, приглашу всех отсюда.

— Это будет не маленькая вечеринка, да?

Чарли одарила меня лукавой улыбкой.

— Я не умею устраивать маленькие.

Когда наступила пятница, весь институт гудел от волнения из-за вечеринки по случаю помолвки. Все давно разошлись, прежде чем я закончила работу и отправилась домой, сразу же взбежав наверх,