Предатель. Оклеветанная Жена. Книга 2 - Алиса Лаврова

Внутри меня все разрывается. Это же Грайм. Тот самый парень, который делился со мной последним куском хлеба, когда я только попала сюда. Тот парень, что столько раз выручал Дару…

— Крыс заметит, что тебя нет, — говорю я, лихорадочно соображая, что делать.

— Обвал... несколько человек засыпало, я удрал пока была неразбериха... У меня есть... может, полчаса, пока расчистят проход вниз… там сейчас куча народу, меня не хватятся, пока идет работа.

Настоящая Дара прогнала бы его. Или потребовала плату. Но я не могу. Не могу смотреть в эти отчаянные глаза и отказать.

— Настоящая Дара была куда мудрее тебя, — рычит змей у меня в голове, когда понимает, что я собираюсь делать.

Делаю шаг к мешку с камнями, что собрала. Линии на шее вспыхивают агонией. Колени подгибаются, в глазах темнеет. Змей не оставляет попыток заставить меня делать то, что хочет он.

— Ты совершаешь ошибку, — голос змея холоден, как лед.

— Нет, человечность, это не ошибка, именно человечность Дары спасла меня и благодаря ей мы здесь, и у нас есть шанс на спасение, — рычу я про себя, борясь с болью, и лезу в мешок. Руки дрожат, но я достаю не просто пригоршню — высыпаю почти все, что собрала. Синие, зеленые, даже горсть красных, не меньше тридцати штук.

— Держи. И слушай внимательно, времени мало.

Грайм смотрит на камни так, словно я протянула ему жизнь. Может, так оно и есть.

— На седьмом уровне держитесь восточных штреков. Там меньше червивых нор. Избегайте участков с красной глиной — там гнезда мракоплавов. И еще... — я хватаю его за плечи, заставляя смотреть мне в глаза. — Если увидите каменные столбы с оплавленными верхушками — бегите. Это метки древних ловушек.

— Откуда ты знаешь?…

— Я везде была, — отрезаю я. — А теперь слушай. Вернешься тем же путем. Скажешь, что нашел старый тайник, который оставил кто-то из погибших. Понял? Обо мне ни слова.

Он кивает, собирая камни трясущимися руками.

— Дара... я... спасибо...

— Проваливай! — рявкаю я, отталкивая его к выходу. — И Грайм... постарайтесь выжить там. Все.

— Я говорил Рольфу, что у тебя есть сердце.

— Уходи, придурок! — почти кричу я. — Пока я не передумала. Ты меня не видел!

Пятясь, он смотрит на меня долгим взглядом, потом разворачивается и исчезает в темноте туннеля. Я слышу, как его шаги удаляются — сначала осторожные, потом все быстрее. Он спешит вернуться до того, как его хватятся.

Я тяжело опускаюсь на холодный камень. Руки дрожат. Из носа снова течет кровь, на этот раз сильнее.

— Ты заплатишь за это, — шипит Змей. — Глупая, сентиментальная девчонка.

35

35

— Я готова платить, — отвечаю шепотом, вытирая кровь колючим рукавом куртки. — Но не готова превращаться в равнодушное чудовище.

— Посмотрим, — в его голосе звучит что-то похожее на предвкушение.

— Ты не понимаешь, как думаем мы, люди, — с горечью говорю я, делая глубокий вдох.

— Я вижу, к чему приводит то, как вы поступаете. Вижу, к чему тебя это привело. Ты собирала камни полдня и отдала их все. Ты забыла о том, какая у тебя цель? Или ты не хочешь выбраться отсюда и отомстить тем, кто подверг тебя этому?

— Я найду еще, — говорю я.

— Время на исходе.

— Тогда дай мне сил, — устало отвечаю я.

И как ни странно, больше он ничего не говорит, но сил как будто у меня прибавляется.

Остаток дня я работаю практически не останавливаясь. Я знаю, что если отбросить эмоции — змей прав. Я не могу позволить себе отдавать камни, если хочу покинуть это место. Мне нужно отдавать камни Бугаю, отдавать камни Гарту, чтобы усыпить его жадность, и собрать тысячу камней для Кархана — и все это за несколько дней.

После ссоры со змеем я чувствую, что сила, которой он со мной делится, теперь дается дорогой ценой. Каждый раз, когда я тянусь к камням своим даром, что-то холодное расползается от линий на шее.

Успокаивает меня только одно. Если бы змей хотел, он бы уже покинул меня. А это значит, он либо не может этого сделать, либо по каким-то причинам не хочет.

В любом случае он что-то недоговаривает. Даже если так, сейчас об этом нет смысла думать. Главное — выбраться отсюда.

Но как бы мне ни было тяжело, камни все равно поют для меня. Я чувствую их на расстоянии — красные с их низким гулом, синие со звоном хрусталя, зеленые с шепотом листвы. За три часа наполняю все тайники Дары. Не меньше трехсот камней ждут своего часа в укромных местах.

— Я же говорила, что соберу еще, — говорю я, чувствуя, что едва держусь на ногах.

Но змей молчит. Однако то, что он еще не забрал мою силу, я расцениваю как хороший знак.

Едва переставляя ноги, выбираюсь из шахты, дохожу до приемщика и высыпаю пригоршню красных камней, невольно впитывая часть света. Темные круги под глазами выдали бы меня, если бы кто-то внимательно присмотрелся к лицу Дары. Но первый отряд встречает меня равнодушием. Похоже, сегодня не самый удачный день.

Всего двадцать камней — достаточно, чтобы не вызвать подозрений. Но, похоже, куда больше, чем набрали остальные. Чувствую на себе их раздраженные взгляды и слышу перешептывания. Мне едва хватает сил, чтобы держать облик Дары и стоять на ногах, но я стараюсь держаться гордо.

Бугай перехватывает меня у выхода.

— Ну и где эти чудо-камни?

— А эти разве недостаточно яркие, если за них дают еду?— спрашиваю я с невинным видом, показывая ему жетон, позволяющий получить паек.

Я чувствую, как его пальцы впиваются в мое плечо.

-- Не шути со мной...

— Первый день после возвращения, — миролюбиво говорю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Еще не вошла в ритм. Дай время, босс. К тому же, кажется, сегодня не только у меня неудачный день.

Я киваю на молчаливых членов первого отряда.

— Времени у тебя нет, — он наклоняется ближе, и я чувствую запах перегара. — Гарт сказал, если завтра ты не принесешь лично мне сотню тех необычных красных, он лично спустится сюда.

-- А разве не нужно