Попаданка в беременную. Случайная жена дракона - Анжелика Янчевская

— Я сказал, что разберусь, — ответил он ровно, возвращаясь к еде. Два слова. Констатация факта. Он кивнул, словно закрывая тему.

Но тишина, повисшая после этого, была уже не такой враждебной, не такой холодной. Она стала просто неловкой.

Я потянулась к кувшину с соком. В горле пересохло, нужно было что-то выпить. И в тот же миг к кувшину потянулся он. Наши пальцы соприкоснулись на холодной керамике. Ток. Не просто прикосновение. Настоящий разряд, удар. Горячий, злой, живой. Я резко отдёрнула руку, словно обжегшись. Щёки вспыхнули, жар залил меня до самых ушей.

Он просто откашлялся, коротко и сухо, и убрал руку, как ни в чём не бывало налив мне сока. Но я видела. Видела, как напряглась и затвердела жилка на его скуле. Как на долю секунды сжались пальцы на кувшине. Значит, не мне одной показалось. Он тоже чувствует.

Тишина стала просто невыносимой, гнетущей, вязкой.

— Ну же! Давай! Обаянием по голове! — подначивал Ворчун, материализуясь прямо у меня над ухом и потирая светящиеся лапки. — Говори что-нибудь! Ты же умеешь болтать! Очаруй его! Дави!

Я сделала глоток сока, холодного, кисло-сладкого, и набралась храбрости.

— Лорд Кайден, — начала я, решив, что терять мне, в конце концов, нечего. Хуже уже не будет. — Вы ведь пришли не только потому, что так велел лекарь?

Он замер. Вилка застыла на полпути ко рту. Его взгляд стал тяжёлым, изучающим, проницательным.

— А почему еще? — Голос ровный, но в нём слышится вызов.

— Вам любопытно, — выпалила я, не давая себе времени передумать. — Я для вас… диковинка. Сумасшедшая из другого мира, которая говорит странные вещи и не дрожит от страха в вашем присутствии.

Он медленно откинулся на спинку кресла, отложив вилку на край тарелки. Скрестил руки на груди. Долго и оценивающе смотрел на меня. И не стал отрицать.

— Ваш мир… — медленно и осторожно произнёс он, словно пробуя на вкус незнакомое слово. — Расскажите. Какой он?

Я моргнула, не ожидая такого поворота. Он спрашивает. Интересуется. Не приказывает, не требует.

— Сложный. И в то же время… лёгкий, — горько усмехнулась я, вспоминая развод, пустую квартиру. — По крайней мере, по сравнению с вашим. У вас тут всё решают Алтари, древняя магия, кровь, судьба… Связь возникает — и остаётся навсегда. Верно? Навечно. До смерти. Нерушимая.

Он медленно кивнул, и его лицо снова стало жёстким. Скулы заострились. Он, очевидно, подумал, что я жалуюсь. Что я намекаю на нашу связь.

— А у нас, — я улыбнулась, но не весело, а грустно, вспомнив своего бывшего мужа, его чемодан в дверях, его слова об «искре», — если двое надоели друг другу, если что-то не сложилось, если чувства угасли… они просто… разводятся.

Он замер. Вилка в его руке остановилась на полпути ко рту.

— Что... делают? — медленно переспросил он, словно не расслышал или не понял.

— Разводятся, — повторила я с каким-то мрачным наслаждением, потягивая сок и смакуя его абсолютный, чистый шок. — Расторгают брак. Официально. Идут к специальному человеку, судье, подписывают бумаги, ставят печати, платят деньги, и всё. Свободны. Больше не муж и жена. Чужие люди. Иногда ещё делят имущество, если не договорились заранее. Ложки-вилки, например.

Кайден молчал. Просто смотрел на меня с таким непониманием, словно я сказала нечто невообразимое. Я практически видела, как его мозг пытается переварить эту дикую, невозможную информацию.

— То есть, — медленно, по слогам произнёс он, и я видела, как он борется с логикой, — муж и жена… люди, связанные клятвами… могут просто… перестать быть мужем и женой? По собственному желанию? Потому что захотели?

— Именно! — я торжествующе отсалютовала ему вилкой. — Цивилизация, господин лорд! Прогресс! Свобода выбора!

Он продолжал смотреть на меня с таким неподдельным ужасом и недоверием, как будто я только что рассказала ему о каком-то диком ритуале.

— Ваш мир... — он покачал головой, — он безумен. Полностью, абсолютно безумен. Как вы вообще там живёте? — Зато у нас нет нерушимых магических уз, которые заставляют людей терпеть друг друга до конца дней, — пожала я плечами, отрезая кусочек мяса. И тут же осеклась, поняв, что сболтнула лишнего.

Повисла неловкая пауза.

— Вот так! — одобрительно хмыкнул Ворчун, кружа над столом. — Прямо в больное место! Он попался, девочка! Ты его зацепила!

Но, как ни странно, Кайден не разозлился. Не ушёл. Не отгородился ледяной стеной. Он просто... задумался. Смотрел на огонь в камине, медленно допивая чай, и размышлял.

Мы не заметили, как закончился ужин. Тарелки опустели. На этот раз обе, я съела всё до последней крошки. Он не ушёл сразу, как вчера. Он задержался. Сидел и слушал мои абсурдные, нелепые рассказы о мире, где нет магии и драконов, зато есть автомобили, телефоны, интернет и ипотека на тридцать лет.

Я рассказывала, а он слушал. Молча. Внимательно. Иногда задавал вопросы — короткие, точные. И я видела в его глазах неподдельный интерес, любопытство, которое он больше не пытался скрывать.

Наконец он встал. Медленно, словно нехотя. Задумчивый, погружённый в свои мысли. Он посмотрел на меня, потом на вилку, которую положил на пустую тарелку.

— То есть... и это мы бы делили? — спросил он с такой мёртвенной, абсолютной серьёзностью, указывая на вилку, что я не выдержала и фыркнула. Смех вырвался сам собой, звонкий, искренний.

Он покачал головой, медленно, недоверчиво, и я впервые, впервые за всё это время увидела, как дрогнули уголки его строгих, всегда поджатых губ. Не улыбка. Нет. Но что-то близкое к ней. Усмешка. Едва заметная, мимолетная, но настоящая.

Напряжение наконец спало. Я это буквально почувствовала.

— Иди спать, женщина из безумного мира, — сказал он, и в его голосе больше не было холодного приказа. — И… спокойной тебе ночи.

Не «спокойной ночи», как вчера. А «спокойной тебе ночи».

Он вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Я осталась одна посреди комнаты с пустыми тарелками, затухающим камином и сердцем, которое всё ещё бешено колотилось где-то в горле. Я объяснила Темному Лорду, связанному со мной магией, все прелести развода и деления имущества. Марина, сказала я себе, ты окончательно и бесповоротно сошла с ума.

Я только что провела вечер с самым опасным, самым могущественным мужчиной в этом мире. И мне было… интересно. Мне