Измена дракона. Ненужная жена больше не вернется - Ангелина Сантос

— Вы вчера подтвердили полдень. Я после этого договорился с заказчиком.

— Помню.

— И размеры у вас были. Вы их посмотрели, сказали, что все в порядке.

Я стиснула ткань.

— Они у меня были на два дня позже обещанного. Я тоже рассчитывала на ваше слово.

— Но вы же могли сразу сказать, что срок нужно менять. Я спросил об этом.

— А я не смогла все пересчитать за ту минуту, пока вы здесь стояли.

Он нахмурился.

— Я вас не торопил.

Это было правдой. Гаррет ждал ответа, спокойно, без требования немедленно взяться за его заказ. Я помнила, как сама решила, что справлюсь, и от этой памяти злилась еще сильнее.

— Зато теперь торопите.

— Теперь показ завтра. И я узнаю, что чехлы не готовы, только вечером, потому что сам зашел.

— Я сама поняла это только сейчас.

Гаррет провел рукой по волосам. По тому, как резко он выдохнул, я поняла, что он тоже сдерживается.

— Лидия, я не могу объяснять заказчику, что портниха рассчитывала успеть, а потом занялась другими вещами. Мы договорились о сроке.

У меня похолодело лицо.

— Другими вещами?

Я поднялась. Серая ткань соскользнула с колен, и я поймала ее уже у самого пола.

— У меня большой заказ, о котором вы знали с первого дня. И ваши чехлы я собиралась шить, когда вы обещали передать размеры. Мне пришлось переставить работу, потом еще раз. А теперь выходит, что я просто занималась чем-то посторонним?

Он шагнул ко мне, но я отступила за край стола.

— Не надо. Я сейчас не могу.

Гаррет остановился. Несколько мгновений мы смотрели друг на друга через песочное платье, которое я так и не убрала.

— Мне тоже неудобно, что работа задержалась, — сказал он. — Но если вы обещаете, я рассчитываю, что закончите работу в срок. Иначе как нам работать?

— А вам удобно только когда я все успеваю?

Он посмотрел на меня с недоумением.

Я уже думала о доме Эстен, о том, как Рейнар удивлялся моему отказу закончить подготовку к свадьбе после его измены.

— Вам тоже нужна женщина, которая подстроится, — сказала я. — Днем сошьет, вечером накормит. И будет улыбаться, когда вы придете, потому что вы устали. А если она не справилась, сама виновата.

Гаррет медленно выпрямился.

— Вы сейчас об ужине, на который сами меня позвали?

Я молчала.

— Мне казалось, вам хотелось, чтобы я остался. Я не знал, что вы считали это обязанностью.

— Я не считала…

Я вспомнила, как он чистил яблоко, как мы сидели рядом и я не хотела, чтобы вечер заканчивался. Что же я говорю?

Гаррет отвел взгляд. Поднял куртку со стула, но не надел.

— Я пришел к вам сегодня, потому что хотел увидеть. И спросить про работу. До сих пор мне не казалось, что одно мешает другому.

Я опустила чехлы на стол. Пальцы почти не разжимались.

— Я очень устала.

— Вижу. Но я не могу догадаться, что вы уже не справляетесь, если вы говорите обратное.

От этого спокойного тона стало больнее, чем от прежней резкости.

— А про свои два дня вы даже вспоминать не хотите.

Он поджал губы.

— Я помню, что задержался.

Гаррет надел куртку.

— Когда сможете назвать новый срок?

— Утром. После разговора со швеей.

Он кивнул.

— Хорошо. Зайдите ко мне, когда разберетесь.

У двери он задержался, посмотрел на меня. Я подняла глаза, но не нашла ни одного слова, которое не стало бы продолжением ссоры.

— До завтра, Лидия.

— До завтра.

Он закрыл дверь без стука. Я осталась возле стола, вслушиваясь в его шаги по двору.

Я едва не вышла за ним. Но стоило вспомнить его слова о сроке, и я опять злилась.

Я накрыла платье, убрала ножницы и погасила лампу.

Наверху долго стояла возле кровати, не снимая платья. Мне было стыдно за сказанное об ужине. Я хотела именно его прихода, его рук, его смешной попытки красиво нарезать яблоко. И все же злость не проходила: он принес размеры позже, а теперь разговаривал так, будто вся задержка началась у моего стола.

Мне хотелось лечь прямо в платье. Я все же заставила себя переодеться и умыться. До прихода Сабины нужно было хотя бы поспать.

Сабина пришла ровно в девять. Сняла накидку, достала из сумки собственный наперсток и попросила показать весь заказ.

Она разложила детали, осмотрела изнутри песочное платье и попросила тетрадь с поправками после примерки.

— Эти две блузки я соберу, — сказала она. — Пояса к юбкам тоже могу пришить, и низ потом обработать. С подкладкой к платьям помогу. Но примерки, исправления посадки и всю отделку сверху оставьте себе. Если начнем вдвоем по очереди менять одно и то же, потеряем время.

Я кивнула, сдержав желание забрать у нее светлую блузку и самой показать, что делать сначала.

— Сколько возьмете?

— Десять серебряных за то, что назвала. Четыре вперед, остальное, когда закончу. До вашего дня выдачи времени достаточно, если крой не меняется. Вечерами я здесь не остаюсь и домой работу не забираю.

Десять серебряных были большой суммой. Но Сабина собиралась сделать значительную часть того, что я пыталась уместить в три бессонные ночи.

— Согласна.

Я достала деньги, отсчитала четыре монеты. Мы записали, какие вещи она берет в работу и сколько остается получить. Сабина убрала деньги, вымыла руки и придвинула стул к окну.

— Вам стол сейчас нужен для кроя?

— Нет. Только здесь платье поправлю.

— Тогда я разложу блузки на этом краю.

Она взялась за работу. Я несколько раз отвлекалась на ее руки, собиралась подсказать, но шов ложился ровно и без моих замечаний. Я вернулась к своему платью.

До открытия я успела разобраться со своими сроками.

Большой заказ оставался к назначенному дню. Свадебное платье Миры не требовало срочной работы сегодня: левое плечо мы уже поправили, следующую примерку еще не назначали. Чехлы я могла закончить послезавтра к полудню, если оставлю для них отдельное время. А фату нужно было вернуть дочери целой.

Я открыла коробку. Ничего не отрезала и не распарывала, фату еще можно было вернуть такой, какой ее принесла Мира.

Я написала короткую записку: просила дочь зайти сегодня, если сможет; предупредила, что переделать фату не возьмусь и хочу вернуть ее вовремя. До первой посетительницы отнесла записку на почту.

Потом пересекла двор.

Гаррет стоял возле экипажа и обсуждал с Йостом крепление под сиденьем. Увидев меня, выпрямился и вышел навстречу. Мы отошли к двери его конторы, чтобы не мешать мастерам.

— Послезавтра к полудню, — сказала я. — Оба чехла. Я проверила работу,