Последний призыв - Лисса Рин

– Хорошо, – легко разрешила Листера и устроилась поудобнее на диване аккурат напротив шкафа.

Торен раздраженно цокнул языком.

– Ты не могла бы выйти?

– Зачем? – искренне поинтересовалась она, невинно захлопав длинными ресницами.

Снова издевалась, как пить дать!

– Я хочу переодеться, – медленно, с ударением на каждое слово, повторил Торен и указал на шкаф.

– Переодевайся, – кивнула инферия и, подперев ладошкой подбородок, во все глаза уставилась на Торена.

Он едва не взвыл. Да что ж такое!

– Выйди, пожалуйста. – В его голосе звякнули осколки выдержки и самообладания, и Листера прищурилась.

Ни дать ни взять принялась высчитывать количество «зачем», необходимое для доведения его до белого каления! Торен напрягся.

– Ой, можно подумать, тебе есть чем меня заинтересовать, – обиженно надув губки, произнесла вредная инферия, но послушно последовала к двери. – Ах да, чуть не забыла, – ее голова на мгновение задержалась в дверном проеме, и она высунула раздвоенный язычок, – сегодня понедельник.

Торен оторопело уставился на захлопнувшуюся дверь. Ну что за несносное создание! И как прикажете с этой девчонкой…

Торен досадливо фыркнул: так ведь и не девчонка вовсе! А обычный пакостливый бес с царапающим корону самомнением. И все-то этой бестии нужно знать и видеть! А эти ее бесконечные придирки, колкие замечания и неуместные шуточки, очевидная цель которых – пошатнуть его уверенность в себе?! Она действительно думает, что это сработает? Или вообще не думает, а просто издевается над ним в угоду своей врожденной бесовской породе? И что она вообще подразумевала, говоря, что сегодня…

– ТВОЮ МАТЬ!

Собрался Торен быстро. Быстрее разве что демоны высасывают полагающуюся им по контракту душу. Впрочем, Торену к таким вот марш-броскам не привыкать. Многочисленные ночные вызовы да вылезающие из неожиданных щелей внештатные инциденты развили не только быструю реакцию, но и как следует натренировали координацию, позволяющую при необходимости преодолеть максимальное количество комнат за минимальный промежуток времени. Ну а вынужденная необходимость якшаться с задиристым сумеречным привила внимательность и концентрацию: не сбавляя темпа, Торен успел запустить планшет, ноутбук и телевизор, дабы убедиться, что его снова не обвели вокруг пальца. Но нет, Листера не врала. Он действительно провалялся в кровати двое суток.

– И как же так вышло? – растерянно бормотал он себе под нос, привычным движением настраивая автомобильную программу в патрульной машине Devore Niro, которая любезно была предложена щедрым руководством всем вынужденно желающим сотрудникам на случай внепланового выезда во время ночного дежурства.

Как и ожидалось, желающих вскакивать среди ночи в свой выходной и бесцельно патрулировать Переходы в самой заднице беса не нашлось. Как и планировалось, ключи от замызганной ночным патрулем снаружи и полуночными перекусами внутри машины плавно перекочевали в руки молодого и крайне удобного сотрудника. Который прямо сейчас несся с предельно допустимой скоростью к Департаменту, попутно покрывая матовым оттенком и незадавшийся день, и властолюбивого начальника, и своенравную инферию. Последней, к слову, доставалось больше всех.

Торен бросил взгляд на приборную панель и выдохнул: он успевал. Впритык, конечно, но успевал. А значит, унизительный звонок с никому не нужными оправданиями можно было пока отложить. Теперь на передний план вышел другой вопрос: каким таким непостижимым образом он умудрился отключиться перед носом коварного беса и проспать два дня, будильник и инстинкт самосохранения? Неужели Мелис не сумела его разбудить? Или даже не пыталась? Конечно, она наверняка даже обрадовалась, обнаружив, что он в кои-то веки последовал ее совету и наконец-то прилег отдохнуть… На двое, бес их в пентагру, суток! Да что за ерунда?! И как так вышло, что за все выходные ему, дежурному и выездному, не поступило ни одного звонка? Насколько он мог вспомнить, еще ни одно дежурство не проходило без тревожного звонка, посылающего голосом начальника в нетронутые цивилизацией и комфортом места, в которые как раз хотелось послать любимое руководство.

Погруженный в раздумья, Торен вильнул в сторону и едва успел избежать столкновения с вылетевшим из-за дома микроавтобусом.

– Так, стоп! Сконцентрируйся! – приказал себе Торен, вернув контроль над управлением машиной. – Еще не хватало дежурку угробить. Отвечай потом на ковре перед руководством.

– А себя угробить, значит, можно? Тебе бы пересмотреть приоритеты, – спокойно отозвалось пассажирское сиденье, и Торен от неожиданности снова крутанул руль, едва не влетев в барьерное ограждение. – Уй-ух, аккуратнее, мой сладкий, чай не кресты деревянные везешь! Просто удивительно, как ты умудрился дожить до такого возраста. Кстати, а сколько тебе сейчас?

Не обращая внимания на болтовню Листеры, Торен крепко сжал руль и выпрямился.

– Явно больше, чем тебе, – на автомате ответил он, покосившись на Листеру: ее стройные, обтянутые узкими черными джинсами ножки бесцеремонно украшали приборную панель, пока она пыталась настроить зеркало заднего вида под свою нескромную персону.

– Вот уж сомневаюсь, – хмыкнула Листера и сладко потянулась. – А впрочем, по вашим меркам вполне возможно, что мы с тобой… – Она встрепенулась, словно что-то вспомнив, и нахохлилась. – А хотя, знаешь, мужчине не пристало знать возраст девушки, с которой он решился связать свою душу и жизнь. Так что с твоей стороны крайне невежливо о таком спрашивать.

– И не собирался. Убери ноги с панели.

– Зануда, – буркнула Листера и «послушно» закинула одну ногу на другую. – Ты даже спишь как зануда. Хотя, знаешь, мой сладкий, – многозначительно промурлыкала Листера и придвинулась к нему настолько близко, насколько позволяли приборы управления между ними, – ты очень хорош, когда спишь! Такой милый, невинный. Беззащитный, словно младенец! И ты даже не представляешь, как же мне приятно было пожевать…

Торен напряг и опустил стопу, и автомобиль, возмущенно вздрогнув металлическим корпусом, остановился у загоревшегося красным светом светофора. Листеру силой инерции увлекло вниз, но она словно была готова к подобному повороту событий: ловко извернувшись всем телом, точно юркая патока, она мягко скользнула обратно на сиденье и погрозила Торену пальчиком.

– …карамельную конфетку, конечно же! Потому что вкус вашего насквозь пропитанного страхами и сомнениями эфира просто отвратительный! И это я еще молчу о твоей дурной привычке все контролировать и всех подавлять! – Листера снова закинула ноги на приборную панель. – Вот ведь духовка!

– Чего? Какая еще духовка? – растерянно пробормотал Торен, безуспешно пытаясь ухватить основную нить из потока жалобных излияний Листеры.

– Ну ты – духовка, понимаешь? – взмахнула она руками в попытках объяснить, что именно ей пришлось не по вкусу. – Давящий, опекающий со всех сторон, нудный человек. Настоящая духовка!

– Душнила, – на автомате поправил Торен, но уточнять значение этого термина не стал, хотя и очень хотелось. Как и полагается «настоящей духовке». – Убери ноги с панели. И сколько раз я просил тебя пристегнуться!

– Ни разу, – удивленно ответила Листера, и