Лекарственный сад для дракона - Юна Ариманта

Люда и ее маленькое семейство всю ночь не отходили от постели больного. Меняли простыни, обтирали влажными полотенцами, вливали в рот отвар и смазывали раны.

Наутро Люда отослала Миру и Горма отдыхать, а сама сидела в кресле с книгой, чтобы не уснуть. Но буквы расплывались перед глазами, и смысл прочитанного ускользал.

— Что читаешь?

От хриплого голоса, прозвучавшего так неожиданно, Люда вздрогнула, а затем в надежде вскинула глаза. Каэль лежал на подушках и пытливо изучал ее лицо.

— Тебе лучше? Пить будешь? — Люда торопливо отложила книгу и поднялась с кресла, но тут же ухватилась за спинку — от усталости голову повело.

— Лучше, — тихо ответил Каэль, продолжая смотреть на нее со странным выражением лица. — А ты… не спала?

— Разве уснешь? — вздохнула Люда, наливая воду в стакан и усаживаясь у его изголовья. — Всю ночь у тебя был жар. Мы боялись, что ты не доживешь до утра. Лекарь сказал, что мы больше мы ничего не можем сделать — все зависит только от тебя.

Она подложила под его подушку свернутое одеяло, чтобы приподнять изголовье, и поднесла к его губам стакан с водой.

Каэль жадно припал к стакану и выпил его до дна, а затем поднял руку и вытер рот тыльной стороной.

— Боялись… — сказал он задумчиво. — Мертвецов боитесь? Зря. Все умирают. И люди, и драконы. Ничего в этом нет.

— Да при чем здесь это? — всплеснула руками Люда.

— Где у вас уборная? — поинтересовался Каэль, отбрасывая одеяло и садясь в постели.

Люда поспешно отвела глаза. Видеть его обнаженным, когда он в сознании, совсем не то же самое, чем когда он нуждался в помощи.

— Тебе не стоит так рано вставать. Давай я принесу тебе сосуд для… хм… нужды, — пробормотала она.

— Ну уж нет, — цинично усмехнулся он. — Довольно и того, что ты всю ночь меня щупала. Все рассмотрела?

— Что? — Люда аж дар речи потеряла от такой неблагодарности. Что он вообще о себе возомнил? — Ты ничего не перепутал? Я всю ночь тебе жар сбивала! В таких случаях обычно говорят «спасибо»!

— Спасибо, — равнодушно обронил он, вставая с кровати и оглядываясь. Несмотря на некоторую скованность движений, в нем угадывалась прежняя сила. Мускулы перекатывались под исчерченной ранами кожей. — А где моя одежда?

Люда тоже вскочила на ноги, ощущая, как в груди закипает злость.

— Сейчас принесу тебе новую одежду. Старая пришла в негодность, — процедила она, сжимая и разжимая кулаки. — А уборная у нас на улице. Там как раз сейчас приятный освежающий дождик. Заодно и помоешься!

Сказав это, она пулей вылетела из комнаты и захлопнула за собой дверь. Руки тряслись, как у пьянчужки, а сердце колотилось в груди быстро и поверхностно. Она сама даже понять не могла, отчего ей так обидно. Ведь это же Каэль! Чего от него ждать? Разве стоило надеяться на уважение или хотя бы благодарность? Глупо… Она с самого начала знала, с кем имеет дело, и все же…

Люда тихо прокралась в комнату Горма и, стараясь не разбудить его, беззвучно открыла комод. Одежда старика не будет Каэлю впору, но другой мужской одежды у них не было. «Доберется до дома и так, все равно в драконьем облике полетит!» — сердито подумала она, выбирая из одежды Горма самую заношенную рубаху и самые потертые штаны.

Выпрямившись, она бросила взгляд в окно и остановилась. Каэль стоял обнаженный под дождем спиной к ней, запрокинув голову и подставив лицо каплям воды. Вода струйками стекала по его темным волосам, по рельефным плечам и округлым ягодицам. О чем-то он сейчас думает? О ней? Глупой человеческой женщине, что не дала ему умереть даже после того, что он ей сделал… Или строит новые планы по завоеванию мира? Этого мужчину ей никогда не понять.

Люда вздохнула и, крадучись покинув комнату, заторопилась к выходу.

— Каэль! — позвала она, остановившись на крыльце. Но он стоял, будто изваяние. Не услышал?

— Каэль, я пошутила! Не стой под дождем так долго, — снова окликнула его Люда. — Жар только спал и…

— Почему? — его едва слышный голос прошелестел, сливаясь с дождем.

— Что почему? — растерялась Люда, непроизвольно делая шаг к нему. Под дождь.

— Почему не позволила мне умереть? — повысил он голос, все также глядя в небо, не обращая внимания на бьющие по лицу капли.

— Каэль, это… — Люда замялась, не зная, как объяснить. Может быть у них в этом мире так легко решаются все проблемы, но она привыкла к другому.

Он повернулся к ней всем телом и вдруг расхохотался легко и беззаботно. Люда только укоризненно покачала головой и спустилась к крыльца. Холодные струи дождя хлестали по лицу, пропитывали одежду, но это был обычный дождь. А от того, ядовитого, Каэль закрывал ее своим телом. И она этого не забудет.

— Оденься, — произнесла она тихо, протягивая ему комок с одеждой Горма. — И пойдем в дом, я сварила бульон. Думала, ты после болезни будешь слаб.

— И бульон сойдет, раз ничего получше нет, — хмыкнул он и прошел мимо нее. Несколько минут Люда постояла под дождем, глядя на закрывшуюся за его спиной дверь и теряясь в догадках по поводу того, что творится в его голове. Но уж лучше так, чем то ледяное презрение, которым он окатил ее, узнав об убытках в лечебнице.

Когда она вошла дом, со стороны кухни послышались звяканье посуды, и она поспешила туда. Каэль, одетый в короткие для него штаны и тонкую рубаху, деловито рылся на полках с припасами.

— Почему у вас опять поесть нечего? — сварливо проворчал он, отбрасывая мешочки с кореньями себе под ноги. — Опять одна трава! Я что, недостаточно тебе средств выделил? Нельзя было закупить продуктов?

— Все средства ушли на лечебницу, — виновато произнесла Люда, подходя к плите и разливая по мискам жидкий суп. — Я и подумать не могла, что неудачи будут сыпаться на меня, как из рога изобилия. Иски эти, пожар, теперь еще эта буря…

— Неудачи? — Каэль оставил в покое полки и, развалившись за обеденным столом, задумчиво побарабанил пальцами по