Попаданка. Замуж по принуждению - Юлий Люцифер

— Милорд. Гости собираются к вечернему чаю. Леди Арден спрашивала, присоединится ли хозяйка дома.

Хозяйка дома.

Слова прозвучали намеренно.

Кайден посмотрел на меня.

Я чувствовала, как во мне медленно поднимается холодная, жесткая собранность.

Селена хочет посмотреть.

Ну что ж.

Пусть смотрит.

Я подняла подбородок.

— Передайте леди Арден, — сказала достаточно громко, чтобы слышали за дверью, — что хозяйка дома присоединится. И не заставит себя ждать.

За дверью повисла пауза.

Потом сухое:

— Как скажете, леди.

Когда шаги Рейнара удалились, Кайден все еще смотрел на меня.

— Что?

— Ничего.

— Вот только не начинайте с этим вашим выражением лица.

— Каким?

— Как будто вы внезапно решили, что я вас удивила.

Он едва заметно склонил голову.

— Так и есть.

— Привыкайте.

— Уже поздно.

Я раздраженно фыркнула.

Но внутри, против воли, что-то дрогнуло от этого его спокойного признания.

— Идем, — сказала я резко. — Мне еще нужно подготовиться к встрече с женщиной, которая решила, что я ей мешаю.

Он открыл дверь первым, но у самого порога вдруг остановился и тихо произнес:

— Ты не мешаешь ей.

— А что тогда?

Он обернулся через плечо.

— Ты рушишь то, во что она вложила слишком много лет.

После чего вышел.

А я осталась на секунду одна в комнате, держа в руках письмо женщины, которая оказалась совсем не той, кем ее считали.

Эвелина была не слабой.

Не сломанной.

Не покорной.

Она сопротивлялась так, как могла.

И, возможно, именно это ее и погубило.

Я аккуратно сложила письмо и спрятала его ближе к сердцу.

Потому что теперь оно было не просто уликой.

Оно было предупреждением.

И обещанием тоже.

Я не стану для этой сделки удобной невестой.

Не для короны.

Не для Селены.

И даже не для Кайдена — как бы опасно ни становилось рядом с ним.

Глава 14. Его власть надо мной

К вечернему чаю я готовилась так, словно собиралась не в гостиную, а на войну.

Наверное, так оно и было.

Лисса принесла три платья на выбор — темно-зеленое, жемчужно-серое и глубокого винного оттенка. Последнее я сразу отодвинула. Не потому, что было некрасивым. Наоборот. Слишком красивым. И слишком близким к цвету платья Селены из видения. Мне не хотелось ни повторять ее, ни соревноваться на ее поле.

— Это, — сказала я, указывая на жемчужно-серое.

Лисса кивнула и начала помогать мне одеваться.

— Волосы наверх? — спросила она осторожно.

Я посмотрела в зеркало.

— Нет. Не полностью. Пусть часть останется распущенной.

— Да, леди.

Она работала быстро и мягко, но я все равно чувствовала в ее движениях напряжение. Дом уже знал о приезде Селены. Дом уже шептался. Дом вообще будто с утра дышал ожиданием, как зверь, который почуял кровь, но еще не знает, где именно начнется бой.

— Лисса.

— Да?

— Ее боятся?

Она не переспросила, о ком речь.

— Да, леди.

— Почему?

— Потому что она улыбается, когда всем вокруг уже страшно.

Я поймала ее взгляд в зеркале.

— Красивое описание.

— Это не описание. Это то, что о ней говорят.

Я слабо усмехнулась.

— У вас в доме вообще все самое важное говорят шепотом.

— Иногда шепот безопаснее.

— Здесь — да.

Лисса закончила с волосами и подала мне серьги — маленькие капли светлого камня в серебре. Я надела их и поднялась.

Отражение встретило меня женщиной, которая выглядела спокойнее, чем чувствовала себя внутри. Именно это мне и было нужно.

Не напуганная невеста.

Не запертая пленница.

Леди Вальтер.

Пусть даже роль чужая.

Пусть даже временно.

Пусть даже я ненавижу, что в этой роли приходится использовать имя, которое не мое.

Когда я вошла в гостиную, разговоры действительно на секунду стихли.

Комната была наполнена мягким светом ламп и закатным янтарем из высоких окон. На низком столе уже стояли чай, сладости, тонкий фарфор и хрусталь. Пожилой аристократ из столицы сидел у камина. Молодой белозубый красавец рассказывал что-то леди Агнес. Селена расположилась на диване так, будто всегда там сидела. Бордовый шелк, длинные пальцы на фарфоровой чашке, спокойная осанка женщины, привыкшей, что все внимание в комнате в итоге принадлежит ей.

А Кайден стоял у окна.

Скрестив руки на груди. В черном. Как всегда. Слишком неподвижный. Слишком собранный. Его взгляд сразу нашел меня, и я на одну короткую секунду почувствовала почти физический толчок — будто он отмечал все сразу: платье, лицо, походку, степень моего спокойствия.

Ненавижу, что я уже умею это чувствовать.

— Леди Вальтер, — первой заговорила Селена. — Вы не заставили себя ждать.

Я вошла глубже в комнату.

— Не люблю разочаровывать гостей в собственном доме.

Это было сказано мягко. Вежливо. С улыбкой.

Но легкий холод под словами услышали все.

Селена тоже.

Ее губы дрогнули.

— Как быстро вы привыкли к этому дому.

— Быстрее, чем некоторым хотелось бы, — ответила я и села в кресло напротив.

Пожилой аристократ закашлялся в чашку. Молодой красавец замолчал слишком поспешно.

Агнес наблюдала из угла комнаты с тем самым лицом, на котором не читалось ничего — и потому читалось все.

Кайден не вмешивался.

Пока.

— Надеюсь, дорога не утомила вас, леди Арден, — сказала я.

— Благодарю. Ради важных встреч можно пережить и куда худшее.

Она смотрела прямо на меня.

Я — на нее.

Вокруг нас текла светская беседа, но на самом деле в комнате уже существовала вторая, подповерхностная. Настоящая.

Я знаю, что ты чужая.

Я знаю, что ты опасна.

Я вижу, что ты пришла не с миром.

И я не собираюсь отступать.

— Леди Вальтер очень быстро осваивается в новой роли, — вдруг произнес молодой красавец, желая, видимо, хоть как-то сгладить воздух. — Это редкое качество.

— Или вынужденное, — тихо заметила Агнес.

Селена отпила чай.

— Иногда лучшие роли достаются тем, кто не успел от них отказаться.

Я поставила чашку на блюдце.

— А иногда — тем, кто слишком долго ждал и все равно опоздал.

Вот теперь удар пришелся точно.

Пожилой аристократ отвел глаза. Молодой явно пожалел, что вообще открыл рот. Даже Агнес чуть шевельнулась в кресле.

Селена улыбнулась.

Очень медленно.

— Вы любите острые слова, леди Вальтер.

— Только если собеседник достоин.

Рядом с окном что-то тихо звякнуло.

Я не обернулась, но почти была уверена: Кайден чуть сильнее сжал в пальцах бокал.

— А вы не боитесь, — мягко спросила Селена, — что в этом доме острые слова могут однажды обернуться острее, чем хотелось бы?

— Боюсь, — ответила я так же мягко. — Но не слов.

Повисла тишина.

Она не была неловкой.

Она была опасной.

Кайден шагнул от окна.

— Леди Арден, — произнес он ровно, — если вы приехали пугать