Подонки «Найди и возьми» - Кейт Блейз

— Ладно, — Кейн вдруг хлопнул в ладоши. — Раз уж мы все собрались, предлагаю расслабиться. Я позвал парочку своих подруг. Девчонки огонь, любят повеселиться. Организуем небольшой... хоррор? — Он подмигнул.

Рид пожал плечами.

— Мне без разницы.

— А ты? — Кейн посмотрел на Хантера.

Хантер поднялся.

— Пас. У меня есть дело.

— Серьёзно? — Кейн изогнул бровь. — С каких пор ты отказываешься от такого?

— С сегодняшних.

Кейн и Рид переглянулись. В этом взгляде читалось всё: удивление, недоверие и странное, почти болезненное понимание.

— Она так сильно тебя зацепила? — спросил Кейн уже без насмешки.

Хантер посмотрел на него. В глазах — тёмная, глухая решимость.

— Она... другая.

— Все они одинаковые, бро. Три дырки, а в голове дерьмо.

— Все, кого я встречал ранее — да. — Хантер покачал головой. — Но не эта. Она далеко не дура. А главное — она не просто хочет выжить в нашем мире. Она не желает становиться его частью любой ценой. Поэтому она и выделяется.

— И что это меняет? — Рид прищурился.

— Всё. — Хантер сжал кулаки. — Когда я рядом с ней, я чувствую себя живым. Не Рейном. Не сыном своего отца. Просто живым.

Он направился к выходу, даже не взглянув на гитару, оставленную на диване.

У лифта обернулся.

— Я вернусь под утро. Если что — звоните.

Двери лифта закрылись, скрывая его от друзей.

Кейн затянулся, выпустил дым в потолок.

— Интересно, что в ней такого?

— Узнаем, — ответил Рид, пожимая плечами. — Рано или поздно.

Кейн кивнул, глядя на закрытые двери лифта. В глазах мелькнула тень.

— Главное, чтобы она не стала его слабостью. Иначе это угроза всем нам и всему, что мы так долго выстраивали.

Рид промолчал. Только сжал челюсть и снова повернулся к окну.

Глава 24. Без права на ложь

Тишина в комнате звенела натянутой струной. Лив смотрела в конспект, но буквы расплывались перед глазами. Мысли возвращались к одному и тому же — к подсобке, к его рукам, к его голосу, шепчущему «адреналин». Она ненавидела себя за эту память. И за ожидание, которому не находила объяснения.

Стук в дверь разорвал тишину, как выстрел.

Лив подскочила, чернила размазались по бумаге. Сердце рухнуло вниз, потом забилось в горле — глухо, испуганно. Она уже знала. Ещё до того, как услышала голос.

Джесс подскочила на кровати, уронив телефон.

— Какого хрена? — выдохнула она.

Стук повторился — настойчивый, нетерпеливый.

— Лив, открой. Я знаю, что ты там.

Голос Хантера. Спокойный, уверенный, будто он имел полное право ломиться к ней посреди ночи.

Лив замерла. Воздух в комнате стал иным — тяжёлым, густым, будто его заполнил он один, ещё не войдя. Она втянула запах, который научилась узнавать вслепую, и на секунду зажмурилась. Тело отозвалось предательской дрожью.

— Открой, или я выломаю эту херову дверь.

Джесс посмотрела на Лив круглыми глазами.

— Лив, это Хантер? Что он...

— Не открывай, — прошептала Лив. — Не смей.

Джесс уже вскочила и рванула ручку вниз.

Хантер ворвался внутрь, заполняя собой всё пространство тесной комнаты. Взгляд скользнул по Джесс, по Лив, застывшей у стола, и остановился на той, кого искал.

— Нам нужно поговорить.

— А я не хочу с тобой говорить. — Лив скрестила руки на груди, впиваясь пальцами в предплечья. — Выйди.

Он шагнул к ней. Лив попятилась, упёрлась спиной в стену. Хантер наклонился, заглядывая в глаза.

— Я сказал — поговорить.

— А я сказала — выйди.

Он выпрямился, перевёл взгляд на Джесс. Та смотрела на них с открытым ртом, явно смакуя разворачивающуюся драму.

— Джесс, — Хантер достал бумажник, вытащил пачку купюр. — Вот тебе пятьсот баксов. Сходи куда-нибудь.

Джесс уставилась на деньги, потом на Хантера, потом на Лив.

— Пятьсот? — переспросила она.

— Можешь присоединиться к Кейну. У него там вечеринка. Девчонки, алкоголь, всякое.

Джесс схватила купюры быстрее, чем Лив успела сказать хоть слово.

— Охренеть! — Она сунула деньги в карман, натягивая кроссовки. — Лив, я к одному знакомому. Если что — звони. Но лучше не звони!

Она подмигнула подруге и вылетела за дверь, даже не обернувшись.

Дверь захлопнулась. Тишина стала плотной, осязаемой.

Лив смотрела на Хантера, чувствуя, как внутри закипает злость.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. — Он усмехнулся, оглядывая комнату. Взгляд остановился на её кровати.

Лив стояла у стены, сжимая кулаки.

— Чего ты хочешь, Хантер? — выплюнула она. — Ты уже получил свой секс. Адреналин, помнишь? Шок? Ты сам так сказал. Так какого хрена тебе ещё надо?

— Я пришёл поговорить, — ответил он лениво.

— Поговорить? — Она рассмеялась — зло, горько. — С каких пор ты разговариваешь?

— С некоторых. — Он приподнял бровь. — Хотя, если ты хочешь повторить... я не против. Я, если честно, так и не понял, понравилось мне или нет. Надо проверить.

Лив смотрела на него. Внутри всё кипело. Она резко развернулась, подошла к двери и распахнула её настежь. Пальцем указала на проём.

— Вон. Пошёл вон из моей комнаты.

Хантер медленно подошёл к ней. Без спешки, с ленцой, будто у него была вечность. Лив смотрела, как он приближается, и внутри что-то сжималось в тугой узел — страх или предвкушение? Она уже потеряла способность различать.

Он взялся за ручку двери.

Лив замерла в ожидании — сейчас он уйдёт. Сейчас она останется одна. И в этот момент внутри кольнуло что-то, похожее на разочарование. Этого не могло быть. Она запретила себе это чувство.

Резким движением Хантер захлопнул дверь и в ту же секунду прижался к ней всем телом. Лив оказалась зажата между холодным деревом и его жаром. Она ощущала каждый мускул его груди, каждое движение дыхания. Её собственное дыхание сбилось, пульс застучал в висках.

— Ты же знаешь, что хочешь меня, — прошептал он, глядя ей в глаза.

— Пошёл ты, — выдохнула она, но голос предательски дрогнул.

— Врёшь. — Он усмехнулся. — Давай сыграем в игру.

— В игру? — Она смотрела на него, не веря своим ушам.

— Каждый говорит правду и снимает с себя вещь. Сам. Если врёшь — тот, кто спросил, рвёт вещь с того, кто соврал.

Лив смотрела на него. Внутри всё