Серая шейка. Непридуманная смерть - Груша Ерофеева

Я пыталась искать ответ на вопрос: «За что они со мной так?»

Давно смирилась с нелюбовью родителей ко мне. Даже нашла для неё объяснение. Они были слишком молоды. Сами еще дети, когда родилась я, второй ребёнок. Совершенно им тогда ненужный. Просто плод с пропущенным на ликвидацию сроком. Нежеланный ребёнок. Оставили меня жить, вырастили, обучили, кормили и одевали — исполнили свой родительский долг. И уже за это я должна быть им благодарна. И я благодарна.

Родители и сейчас не считали своё поведение предательством. «Хуй не сточился, а сестре приятно», — так сказал папа. Я в его понимании ничего не теряла. А мама старалась не произносить никаких слов. Но её поступки говорили громче. Она поощряла блуд сестрички с моим мужем уже тем, что видела, наблюдала это и не вмешивалась. Её младшую и любимую дочь, обиженную небрежением её «официального» женатого любовника, внимание Кирилла грело. И значит, это грело и мою маму. Потому что младшую она любила по-настоящему. За нее она готова в огонь и в воду. Радовать младшую она могла чем угодно. Жизнь и брак старшей дочери в системе ценностей моей мамы были гораздо ниже, чем прихоти младшей дочери.

Но ведь меня не убили в конце концов. Не отравили. Не подстроили автомобильную аварию. А могли бы. Да, похоже, что ждали моей смерти. Подозрение на онкологию очень спокойно было воспринято моей семьёй. Никто не испугался. Кроме меня самой. Семья словно затихла в ожидании. Чего? Моей смерти. Роли после неё уже были расписаны. Но мне, конечно же, никто и никогда в этом не признается. И никому не признаются. Это висело между ними осязаемо. Но не озвучивалось.

Да и потом, после развода, Кирилл сознательно доводил меня до самоубийства. А родители это понимали. Но не пытались защитить меня.

Изменить уже ничего не получится.

Вынуть из памяти тоже нельзя.

А именно забыть мне советовала моя новая подруга Октябрина.

— Просто забудь! — коротко и требовательно звучал её совет мне.

Просто?!

Забыть?!

Это возможно в одном случае — выжечь мне мозг. Как это делали при лоботомии. Хирургически, скальпелем вырезать мне часть мозга. Или пропустить электрический разряд.

Забыть половину жизни? Забыть 25 лет брака? Забыть свою семью?

Глупый совет.

Ничего нельзя забыть.

Никто никогда и ничего не забывает.

— И отдай ты ему всё, что он требует! — добавляла решительная подруга. — Пусть подавится!

У неё тоже в личной жизни наметился разлад. Общая почва для нашего сближения.

Отношения у Октябрины с её Алексеем были долгие и сложные. Они встречались. Временами жили вместе. Разбегались. Октябрину не слишком любила мама Лёши, преподаватель в институте. И, похоже, сводничала, подсовывала мягкому и податливому сыну аспиранток из хороших, с её точки зрения, семей. Октябринка бесилась!

Недавно она пережила тяжелую болезнь. И вот в этой патовой ситуации Лёша проявил себя не мамсиком, а чистым и благородным рыцарем. Он наконец женился на Октябрине!

Я смотрела на этого маленького тщедушного и лысенького человека как на героя! Почти стопроцентно мужчины сбегают от серьёзно заболевших жён. Даже после многолетнего брака. А этот женился! Пошел против любимой мамы.

Но, увы, мы не в сказке живем. И мамсик втихаря от выздоровевшей всем на радость жены принялся бегать налево.

Когда Октябрина поделилась со мной сомнениями в верности супруга, я не поверила.

Нет, в блудливость мужскую я верила. Я не могла представить, кто может польститься на Октябринкиного дрыща. Ну вот кого он может соблазнить? Бедный. Слабый. Хилый. Это на моего Кирилла бабы слюнями капали. А тут же обнять и плакать.

Да, нашлись желающие приласкать. Даже такого. Даже уже женатого.

Мой папа, в свойственной ему грубой манере, процитировал как-то народную мудрость: «Какая женщина ни будь, а все равно её ебутЬ».

С мужчинами еще круче. Их не просто ебут. За них конкурируют. Даже за таких вот, которых можно терпеть возле себя из большой любви или из жалости. Несчастная страна, где достойные женского внимания мужчины почти не встречаются. Где даже пьянь и срань становится объектом женского внимания. А за благосклонность просто мужика, который не бьет, работает хоть где-то и не каждый день пьёт, устраиваются женские бои.

Октябрина проиграла этот бой молодой аспирантке.

Вишенкой на торте стали цветы. Подруга обнаружила, что её благоверный на последние семейные деньги подарил дорогой букет цветов юной прелестнице. Он оставался рыцарем. Но уже другой прекрасной дамы. За счет дамы, отошедшей на второй план.

Октябрина плевалась ядом. Но почему-то не пыталась действовать так, как советовала мне. Ни забыть всё, ни отдать ему всё. Она даже не соглашалась просто дать мужу свободу без боя. Пока не получила через «Госуслуги» уведомление о разводе. Общих детей и совместного имущества нет. Их развели и без её согласия.

31. Гуманитарная помощь

Кроме Октябрины у меня завелся еще один приятель. Мужчина!

Нашла его я на сайте знакомств в короткий период бурного поиска кобеля.

Александр на кобеля совсем не походил. Хотя был самым что ни на есть завсегдатаем сайта знакомств. Сидел там со старой фотографией, где он еще ничего... И со скрученным на 10 лет пробегом. Без обозначения женатого статуса. Это такой маст хэв профессиональных сайтовских сидельцев.

Маленький. Лысенький. Возрастной.

Саша не затыкал меня словами "Где там у тебя кроватка, давай скорей". Он предлагал отношения, совместные поездки на природу, выходы в люди. И этим серьезно отличался от прочих завсегдатаев сайта знакомств. Даже проявлял заботу о моих насущных делах.

— У тебя не работает стиральная машина? Я приведу на днях своего друга, он разбирается.

И действительно привёл. Друг вскрыл машинку, расколупал всю электронную панель. Дважды я кормила Сашу с другом ужинами. Машинка так и осталась неисправной. Друг, скажем так, играл, но не угадал ни одной буквы. Но играл же! Мужчина проявлял ко мне интерес и, главное, заботу. Сам не умел, но пытался организовать мне помощь. Так мило. Так располагающе.

Саша умел терпеливо слушать. И он любил вкусно поесть.

Оказалось, это всё, что мне сейчас нужно было. Выговориться. И накормить.

За четверть века я разучилась готовить для себя. Для семьи, потом для одного мужа готова была часами стоять у вечного огня газовой плиты. Свежая полноценная пища — мой священный долг жены перед мужем.

Перед самым разводом муж, вернувшись от любовницы, устроил мне истерику: "ты специально пережарила мне яичницу, ты же знаешь,