(не) настоящий пират для поддельной рабыни - Наталия Ош

если он сам не сможет взломать защитный купол, то вызовет весь флот. Тогда от убежища не останется ничего. Команда «Канарейки» злилась и порывалась дать сражение. Билл несколько раз говорил нам о том, что затевались бунты. Курт отказывался рискнуть. Он стал мрачнее тучи, я же боялась сказать хоть одно лишнее слово, старалась молчать, превратившись из помощницы в обузу.

Съев слегка теплую серую бурду, именуемую похлебкой, я зажала рот руками и подбежала к гальюну.

Сидя прямо на полу, я вытерла трясущимися руками слезы.

— Женушка моя, — тихо сказал Курт, подхватывая меня на руки.

— Все хорошо, просто…

Курт бережно положил меня в гамак, поправил косу, что теперь доходила до середины спины.

— Я тут, только лекаря позову.

— Не надо. Это просто от еды, — схватила его за руку, чтобы не уходил.

Курт грустно улыбнулся и, медленно освободив пальцы, подошел к двери и крикнул в коридор:

— Лекаря в капитанскую каюту!

Никлас не заставил себя долго ждать, а вскоре я не знала, как мне быть. Теперь я точно останусь на Аперее, но мы даже не можем туда добраться.

Курт устроился рядом со мной на гамаке, как только Никлас, грустно улыбаясь, вышел из каюты.

— Иди сюда, — притягивая меня к себе и устраивая на плече сказал муж. — Ты сделала меня счастливым в самый необычный момент.

Его пальцы начали расшнуровывать мой корсет. Я тихо шмыгнула носом.

— Ну же, — усмехнулся Курт. — Чего ты испугалась?

Молча замотала головой, боясь произнести вслух свои мысли. Курт начал едва ощутимо водить кончиками пальцев по моему, пока еще плоскому, животу.

— Знаешь, — тихо заговорил Курт. — Год назад, мы собирались вернуть мне Беркутовы скалы. Только планы у нас с Биллом были разные. Он хотел меня женить на какой-нибудь магичке из знатного, но бедного водного рода. Дальше я мог выкупить у них земли и титул, потом полноправно претендовать на Беркутовы скалы. Я же просто хотел взять их штурмом.

Я тяжело вздохнула, вспоминая случайно подслушанный когда-то давно кусок разговора. Обняла Курта, удобнее устраиваясь на его плече.

— В один из дней мы так сильно поругались, что решили возвращаться на Аперею. Провизии на обратный путь нам не хватало, а наши были все далеко. Поблизости оказался торговый корабль воздушников.

Я не сдержала смешок.

— Билл пошел на уступки, и мы отправились к Помариэлу. Самыми сложными были четыре дня, что ты провела без сознания.

— Как четыре? — вскинула я голову, глядя на Курта. — Мне казалось, что я уснула вечером, а проснулась утром.

— Так и было, но между ними прошло еще четыре дня.

— Подожди, получается, что когда я тебе рассказывала про Скуала и рабов…

Курт молча кивнул.

— Вот почему ты мне поверил... А в сундуке зачем запер?

— А ты как думаешь? — усмехнулся он.

— Ты тогда меня рисовал? — задала я новый вопрос, поняв, что Курт выходил на палубу для проверки курса.

— У меня было время подумать. Мне хотелось узнать, что такое, когда ты сам кому-то нужен, когда ты можешь защитить. А когда ты очнулась, то я убедился в том, что не смогу тебя отпустить. Билл же надеялся, что ты сбежишь, — Курт усмехнулся, вздохнул и продолжил свой рассказ. — Потом мы вернулись в Аперею. Ты попросилась в следующий поход. Я не знаю, что ты со мной творишь. Видя твои слезы, я готов совершать глупости, только бы ты успокоилась. И вместо того, чтобы собрать всех, я решил еще год продолжить заниматься нашими схемами.

— Получается, что я не дала тебе вернуть дом дважды…

— Ты не дала мне совершить ошибку. За этот год я понял, что мой дом — это ты сама.

— А что за история с канарейками? — спросила я.

Курт уже хотел ответить, как в дверь каюты забарабанили:

— Капитан, выйдите на палубу!

— Пойдем, посмотрим, что там.

На горизонте маячил галеон Скуала, а от него в нашу сторону тянулся густой белый туман.

Курт передернул плечами и медленно расправил левое, где был один из отпечатков магии.

— Капитан, полный штиль, — доложил Билл. Разозлившись, добавил: — Как он узнает, где мы?

— Кто-то отслеживает наших птичек и шлет ему координаты, — предположил Алик.

Мне не понравилось, что в этот момент, все кроме Курта посмотрели на меня.

— Еще скажи, что я, — прорычал Курт. — Моя жена все время со мной.

Это сняло подозрения с меня, но вопрос повис в воздухе. Кто же тогда?

— Поднять паруса! — скомандовал Билл.

— Отставить! — прервал его Курт.

— Соглашусь с капитаном, — прозвучал тихий, но уверенный голос.

Впервые на полуют поднимался Никлас. Все тут же посмотрели на него.

— Это магический туман поглощения. Любой маг открывший резерв хотя бы для мелкого заклинания будет сразу же опустошен.

— Он же запрещен! — возмутилась я.

— А ты еще не поняла, что Скуал давно перешел границы закона? — с усмешкой сказал Курт.

— И что нам теперь делать? — спросила я то, что беспокоило всех.

— Ждать, — пожав плечами ответил Никлас. — Такое заклинание требует огромного резерва, да и площадь они охватывают большую…

Глава 42

Появившийся утром туман не развеялся к вечеру, и даже за ночь. Мысли о том, как подпитывал свой резерв маг, создавший это заклинание вызывали боль в сердце. Я старалась не думать об этом, но не могла полностью отрешиться. Безжалостность Скуала и то, как он использует людей меня пугала.

В темноте ночи, окутанная туманом «Канарейка» медленно двигалась на веслах. Это было почти бессмысленно. Тихий всплеск от весел разлетался очень далеко, но команда старалась делать это как можно тише.

Напряжение ощущалось во всем, мы даже не ложились спать, просто ждали. Я удивилась, когда Курт молча поднялся с гамака и начал собирать мои вещи и часть своих в сундук. Потом он вывел меня на палубу.

Билл был измотан так сильно, что едва стоял на ногах, придерживаясь за трос.

— Билл, — тихо заговорил Курт, подходя ближе. — Скажи Алику и Никласу собирать вещи, сам тоже собирайся. Сундук Кайез у входа.

Билл молча кивнул и направился к люку на нижнюю палубу, скорее всего где-то там был Алик.

— Что ты задумал? — шепотом спросила я.

— Гайвис, шлюпку на воду… И тихо.

Команда, подчиняясь новому приказу капитана, старалась как можно бесшумнее спустить шлюпку, а до меня начало доходить.

— Я не оставлю тебя, ты обещал.

— Тихо, женушка, тихо, — Курт прижал меня к себе.

Сейчас он был без рубашки, и я провела пальцами по его горячей коже, царапая ее, будто стараясь срастись с мужем. Курт усмехнулся и накрыл мою руку своей.

— Туман