Между преданностью и предательством - Шейн Роуз

Голубые глаза Эверли обвели нас всех. Я буквально видел, как быстро работала ее голова, – даже удивился, как из ушей не повалил дым. Она ненавидела тот факт, что не на все жизненные события могла продумать четкий план.

– Ей нравится в моем гостевом доме. Там достаточно места – ей хватит на время, пока мы разбираемся с наследством.

– Черт, – пробормотал По. – Карл, должно быть, оставил чертовски интересное завещание, да?

Взгляд Эви впился в меня. Она переживала: подтвержу или опровергну? Я дал ей слово.

Уэс вставил свою реплику:

– Мне сложно смириться с тем, что Эви ночует где-то, кроме моего дома.

Этот зал должен был стать моим убежищем, местом, где я мог бы чувствовать себя максимально комфортно. Но слова Уэса заставили мой желудок скрутиться от ревности, прожигающей все до основания.

Эверли цокнула языком.

– Уэс, ты все равно занят по ночам.

Так, она пыталась к нему переехать?

Черт.

– Эверли, если мы занимаемся моим запястьем, то делаем это сейчас.

Она прочистила горло.

– У меня еще остался один подход.

Клара, должно быть, почувствовала напряжение, потому что сказала:

– Приходи в мою пекарню завтра, Эви. Поболтаем. Я приготовлю печенье.

Эверли кивнула и помахала на прощание Кларе. Затем она полностью проигнорировала мою просьбу начать занятие со мной и направилась к перекладине. Уэс пошел за ней.

– Я помогу тебе с этим после реабилитации, Эверли.

Она повернулась, чтобы посмотреть на меня, и наклонила голову. Я впился в нее взглядом, ее голубые глаза встретились с моими. Она хотела, чтобы я сдался, отступил, но сегодня у меня не было настроения это делать. Я долго наблюдал за ней, и это зашло слишком далеко.

По подошел и попытался вмешаться.

– Давай сделаем этот последний подход. Эви пытается сделать десять подтягиваний уже пару недель. Думаю, сегодня у тебя получится, малышка.

– По, – тихо произнес я, но, казалось, это услышал весь зал. – Иди домой.

Он похрустел костяшками пальцев, наверное, подумывая о драке, но через секунду отступил и подтолкнул Ноа.

– Эви, зови, если понадобимся.

Уэс, однако, сделал еще один шаг к ней.

– Моей девушке нужен кто-то, кто ее подстрахует, и это буду я, Деклан.

– Твоя девушка, да?

– Деклан. – Эверли встала между нами. – Помнишь, о чем мы говорили?

Я не перевел на нее взгляд. Я смотрел на этого придурка – ждал, что он вспомнит, где находится. Что он поймет, что эта империя – моя.

– Уэс, твоя девушка будет со мной работать весь следующий час. Она занимается моим запястьем.

Он взглянул на мою руку и улыбнулся, будто вспомнил, что именно произошло.

– Неплохо тебе тогда досталось от Бенсона.

– Это точно, – я пожал плечами, пытаясь сдержать ярость. – И все же, как-то мне удалось в тот сезон взять еще одно кольцо, не так ли?

– Пошел ты, Деклан, – проворчал он, прежде чем уйти.

– Серьезно? – Эверли скрестила руки на груди, на которую мне все равно не стоило смотреть. Затем она прошептала: – Что с вами двумя?

– Тебе нужно порвать с ним, – выпалил я без объяснений.

– Уэс и я даже не в отношениях. Нам нечего разрывать, – она развела руками. – Честно, я не собираюсь в это углубляться, потому что мы уже установили границы.

– Разве? – Прошло два месяца с тех пор, как я трахнул ее на капоте своей машины, с тех пор, как по бумагам она стала моей женой, и с тех пор, как обнаружил, что мой член идеально чувствует себя внутри нее. Я не мог разглядеть сквозь мутные воды прошлого ту границу, о которой она говорила.

Мы будто взбирались на вершину какой-то горы, поднимались по ступеням к краю обрыва, с которого я собирался прыгнуть с тарзанки. Я предвкушал падение, искал прилив адреналина, которым была Эверли Белафонте.

Она тоже должна была это чувствовать.

Она подошла к эластичным лентам и указала на мое запястье.

– Это все, о чем мы будем говорить сегодня.

Я сузил глаза. Она еще не знала, что я перенес время закрытия зала на час раньше. Когда оно обновилось, я услышал шепот и недовольные возгласы.

– Черт, Дек. Полное закрытие? – крикнул кто-то.

Я пожал плечами, а Эверли тут же повернула руку, чтобы посмотреть на свои часы HEAT.

– Почему ты закрываешь зал? У нас еще твоя растяжка и ночная смена.

– Я хочу получить зал в свое распоряжение на час, – сказал я ей, не давая никаких объяснений. Все знали, что я никогда не закрываю зал раньше времени. Но теперь я был готов нарушить все наши правила.

Персонал вокруг нас засуетился, когда наступило время закрытия.

– Нам нужно уйти? – мягко спросила она, надавливая на мое запястье и заставляя меня сгибать его к груди. Я тянул эластичную ленту, закрепленную у моей ноги.

– Все остальные уходят. Мы остаемся.

– Нет. – Я уже вспотел, когда мы закончили.

15. Эверли

КОГДА ДЕКЛАН ВЫШЕЛ ИЗ ЛИФТА, он излучал чистую, концентрированную и почти осязаемую энергию. Он скользнул взглядом по моему телу, и я не смогла сдержать себя, даже несмотря на присутствие Уэса рядом. Ни один мужчина не влиял на меня так, как Деклан. Мы с ним постоянно препирались, но он позволил работать над восстановлением его запястья, касаться его кожи, пусть и чисто платонически. Я млела от того, как он заботился обо мне – так, будто это было само собой разумеющееся.

Он принес мне завтрак, кофе, подвез до работы. Он даже организовал благотворительный фонд для детей, которых я учила. Без колебаний. Не думая о последствиях. Он просто делал то, что хотел – ради меня. И даже не знал, что я уже считала его лучшим из всех моих мужчин. И я не могла избавиться от этой мысли. Даже когда звонила мама, чтобы поделиться со мной новостями.

– Я видела тебя в газете, Эверли. Деклан купил тебе завтрак? Мне казалось, ты просто живешь в его гостевом доме.

– Так и есть.

Я услышала улыбку в ее голосе:

– Если он делает тебя счастливой, я очень хочу…

Я прервала ее, не желая давать ложных надежд.

– Мы просто друзья, окей? Ничего больше.

– Ты рассказала ему об Энди? – спросила она, и мне захотелось закричать. Потому что нет, я не собиралась этого делать.

– Мне нужно идти, мам. Ты мое солнышко.

Она вздохнула:

– Мое единственное солнышко, – прошептала она. И