Нежеланный брак, или уроки любви для герцога - Кати Владмар

— Я буду готова, — ответила я.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, словно хотел что-то сказать, но передумал.

— Тогда позвольте пожелать вам хорошего отдыха, — наконец произнес он, вставая из-за стола.

Он проводил меня до дверей комнаты и слегка поклонился.

— Спокойной ночи, — сказал он.

— Спокойной ночи, — ответила я, чувствуя странное разочарование от того, что день закончился.

Когда дверь за мной закрылась, я прислонилась к ней спиной и прикрыла глаза. Сердце билось слишком быстро, а в голове роились противоречивые мысли. Сегодняшний день изменил что-то между нами, и я не была уверена, радоваться этому или бояться.

Я медленно подошла к окну. В темном стекле отражалось мое лицо, но перед внутренним взором вдруг возник образ Родерика. Когда это началось? Когда я стала так отчетливо замечать каждую черточку на его лице, каждое изменение в выражении глаз?

Я перебирала в памяти моменты прошедшего дня. Вот он протягивает мне руку, помогая выйти из кареты. Вот легкая улыбка трогает его губы, когда он рассказывает о детской проказе — уголки рта чуть приподнимаются, а в глазах появляются искорки. А потом — задумчивый взгляд, устремленный вдаль, когда он говорил об отце. Морщинка между бровями, появляющаяся, когда он о чем-то беспокоится. Жест, которым он поправляет волосы, когда смущен. Низкий голос, звучащий мягче, когда он произносит мое имя.

Все эти детали, раньше ускользавшие от моего внимания, теперь словно высечены в памяти. Я помнила каждое слово, каждый взгляд, каждое случайное прикосновение.

Я резко мотнула головой. Нет, это опасный путь. Нельзя позволять себе никаких чувств. Нельзя привязываться к нему, нельзя доверять. Что я вообще о нем знаю? Несколько историй из детства не делают его другим человеком. Он все тот же герцог Бельмонт, который держал меня взаперти и поклялся превратить мою жизнь в ад.

Возможно, мне только кажется, что он стал лучше ко мне относиться. Возможно, он просто решил придать нашей жизни подобие нормальности на время этой поездки. Ему нужно представить меня ко двору, и будет странно, если мы будем держаться как чужие люди. Но его планы относительно меня от этого никак не поменяются.

Я прижала прохладные пальцы к горящим щекам. И все же… все же что-то изменилось. Я видела это в его глазах, когда он смотрел на меня за ужином. Слышала в его голосе. Чувствовала в его прикосновениях.

Отойдя от окна, я медленно начала расстегивать платье. Что бы ни происходило между нами, я должна оставаться настороже. Не могу позволить себе забыть, что я здесь чужая, что весь этот мир — не мой. И что герцог Бельмонт, каким бы человечным он ни казался сегодня, все еще остается загадкой для меня.

Но засыпая, я все равно вспоминала его улыбку и тепло его руки. Где-то глубоко внутри теплилась предательская надежда, что, может быть, не все так безнадежно, как кажется.

Глава 24. В столице

Мы въехали в столицу ранним вечером. Я сидела ровно, стараясь не выдать своего волнения, хотя сердце билось чаще обычного. Розали наверняка бывала здесь не раз, и проявлять чрезмерное изумление было бы подозрительно.

— Давно вы были в столице в последний раз? — спросил герцог, наблюдая за моей реакцией.

— Довольно давно, — ответила я уклончиво, стараясь не вдаваться в подробности, которых не знала.

— Многое изменилось за последние годы, — сказал он, глядя в окно кареты. — Особенно после того, как король решил перестроить центральную часть города.

— Вот как? — спросила я с интересом.

— Да, по проекту принца Альберта. Второй сын короля оказался не только ученым, но и талантливым градостроителем. Это его идея: широкие улицы с газовым освещением, общественные парки и новая система водоснабжения.

— Звучит впечатляюще, — заметила я, внимательно разглядывая проплывающие мимо дома и деревья.

— Говорят, у принца есть еще более смелые идеи, — продолжил герцог, — но многие при дворе считают их слишком радикальными.

— Какие, например? — спросила я, не в силах скрыть любопытство.

— Он предлагает открыть университет, где могли бы учиться не только мужчины, но и женщины, — Родерик произнес это таким тоном, словно сама мысль казалась ему абсурдной. — И еще какие-то проекты по использованию электричества вместо газа. Представляете?

Я кивнула, стараясь выглядеть удивленной, хотя внутри меня разгоралось настоящее восхищение. Младший сын короля явно опережал свое время. Теперь мне даже захотелось с ним познакомиться.

Вскоре карета остановилась перед трехэтажным особняком из серого камня. Герцог помог мне выйти.

Нас встретил пожилой дворецкий Паркер. После краткого знакомства герцог объяснил, что дом большую часть времени стоит пустым, и сейчас открыто только одно крыло.

— Я распорядился, чтобы нам подали ужин в малой столовой, когда вы будете готовы, — сказал герцог, когда экономка миссис Хилл собралась проводить меня в мои комнаты. — Буду ждать вас там через полтора часа.

Мои покои оказались просторными и элегантными, хотя чувствовалось, что ими давно не пользовались.

После освежающей ванны я надела простое платье цвета морской волны и спустилась вниз. Герцог ждал меня в небольшой уютной комнате, где был накрыт стол на двоих. Когда я вошла, он поднялся мне навстречу.

— Этот цвет вам необыкновенно идет, — сказал он, задержав на мне взгляд дольше обычного. — Ваши глаза кажутся глубокими, как море.

Я почувствовала, как щеки заливает румянец. Я не привыкла слышать от него комплименты, и совершенно не была к этому готова.

— Благодарю вас, — пробормотала я, опуская глаза.

Он отодвинул для меня стул, и я заметила легкую улыбку, тронувшую его губы, словно мое смущение доставило ему удовольствие.

Ужин был подан незамедлительно: нежный крем-суп из спаржи, запеченная телятина с розмарином и гарниром из молодого картофеля, а на десерт — воздушный шоколадный мусс с ягодами. Мы ели в молчании, пока я наконец не решилась задать вопрос, который беспокоил меня весь день.

— Мне нужно знать что-то особенное о предстоящем бале? — спросила я, отпивая глоток из бокала. — Не хотела бы поставить вас в неловкое положение своим незнанием.

Герцог внимательно посмотрел на меня.

— Королевский летний бал — одно из важнейших событий сезона, — начал он. — Там будет весь двор и знатнейшие семьи королевства. — Он помолчал, словно подбирая слова. — Наш брак вызвал… определенные разговоры. Многие будут наблюдать