Жажда - Анна Котляревская

и попросившей называть ее «мама Симгей», и… невестой Гюлай, нас пригласили внутрь. Мама и девка с ужасным именем вошли в гостиную, а я резко развернулась к Демиду. Мужчина сразу потянулся ко мне, видимо, чтобы поцеловать. Чувствовал… что я на грани истерики!

– Объяснения, Демид! Мне нужны о-объяснения! – наступила каблуком ему на ногу.

Турок поморщился вздыхая.

– Луна моя, это не то, что ты подумала… я сам удивлен, – растерянно ответил мужчина, все же притягивая меня к себе.

– Это прикол?! То есть ты не в курсе, что в Турции тебя ждет невеста?? – фыркнула я. – Не раздражай меня, турок, иначе я уйду отсюда прямо сейчас!

Возможно, грубо получилось, но я что похожа на ту, кто подобное будет терпеть?

– Никуда ты не уйдешь, Алина, – мягко рыкнул турок и сжал нагло мою ягодицу. – Гюлай – не моя невеста. То есть никакого предложения она от меня не получала. Мы выросли в одном районе, наши семьи очень близко дружили… и всегда мечтали, что мы поженимся, – объяснял Демид. Что за сюр? Мы в каком вообще веке? – В Турции несколько иные брачные традиции. Никто заставить меня мужчину жениться на Гюлай не может, но семья может подталкивать определенным образом, – его мама специально эту девку пригласила или это ее собственная инициатива? – Когда я еще жил в Стамбуле, наши родители желали этого брака… но, честно говоря, думал, что десятилетие стерло с их голов этот бред. Не ожидал, что Гюлай придет…

– А она пришла, – закатила глаза я. – Потому что, кажется, совсем не против такого замужества!

Я была злой. Очень злой. Окей, с Демидом все ясно. Но эта Гюлай… гррр!

– Ревнуешь? – лукавая улыбка заиграла на устах турка.

– Я?! – фыркнула. – Было бы к кому!

Сняла куртку, бросив Демиду. Расправила плечи и пошла в гостиную. Сейчас этой Гюлай покажу… Услышала смешок турка за спиной. Ох, прибью его!

Мама Симгей встретила меня улыбкой, а вот эта Гюлай, хоть и выглядела как ангел в накидке, но взгляд был совсем не ангельским. Я таких дам сразу читаю. Села за стол рядом с мамой Симгей.

– Это вам, – забыв, что нужно разговаривать на турецком, я протянула букет женщине.

Она все поняла и поблагодарила:

– Teşekkür!

Честно говоря, я пока не понимала, как она относится ко мне. За кого вообще принимает? Вроде бы приветливая… с интересом рассматривает нас с Демидом… но, что получается, мечтает о браке сына с Гюлай? Не понимаю…

А эта девчонка, кстати, подскочила так, словно она не невеста, а служанка. Побежала за вазой, чтобы помочь маме Симгей с цветами. Подметила, что Гюлай хорошо знает дом, значит часто здесь бывает.

Прежде чем сесть рядом со мной, Демид оглянулся по сторонам, бросил тяжелый взгляд на стены.

– Все хорошо? – спросила я.

– Да, просто здесь почти ничего не изменилось… – объяснил мужчина, сосредоточиваясь на столовых приборах в руках. Наверное, даже они не изменились.

– Понимаю… воспоминания, – кивнула я.

– Этой ложкой всегда ел папа, – потер лоб Демид. – Как главный в семье… видишь, здесь даже высечены его инициалы, – он указал на маленькие буквы.

Положила ладонь на колено Демида под столом, успокаивающе поглаживая. Он немного резко откинул ложку, беря в руки другую.

Гюлай и мама Симгей вернулись. Женщина сразу начала рассказывать что-то на турецком. Кажется, говорила, что очень счастлива и не верит, что Демид приехал. Она подготовила шикарный стол, как оказалось, Гюлай помогала ей. Я улыбалась так натянуто, что кажется только слепой поверит в мою искренность.

– Ellerine sağlık! – обратился мужчина к своей «невесте». Я знала перевод. «Здоровье твоим рукам» – это стандартная фраза в Турции. Но разозлило! Я хочу, чтобы Демид вообще не смотрел на эту Гюлай!

Я молча пыхтела, пробуя еду. Но оценить ее вкус я сейчас не могла, потому что мозг кипел. Паранойя дурманила так, что меня раздражала даже одежда турчанки. Очень несвоевременно вспомнились сексуальные фантазии Демида… ам-гр-хр! Нет, эта девка не может его возбуждать!

Так погрузилась в себя, что не сразу поняла, что мама Симгей обращается ко мне.

– Мама спрашивает, понравилось ли тебе в Стамбуле? Хорошую ли экскурсию я провел тебе? – перевел мужчина, сплетая наши пальцы.

Посчитав в голове до трех, я начала рассказывать о нашей прогулке. Очень эмоционально и романтично, назло этой Гюлай. Демид все переводил, я надеюсь, что столь же красочно.

– Мама спрашивает, понравилась ли тебе турецкая кухня? Говорит, что наслышана об украинском борще… Может быть, ты поделишься с ней рецептом?

– Понравилась. Особенно турецкий кофе, более ароматный я нигде не пробовал, – искренне ответила я. – А что касается борща… если честно, то я не готовлю. Но рецепт вам достану!

Когда Гюлай услышала перевод, ее глаза засияли. Она серьезно полагает, что сможет привязать Демида к себе готовкой? Ха! Он уже подсел на завтраки со мной… Бросила самоуверенный взгляд на турчанку.

Маме Симгей понравилась моя увлеченность турецким кофе и она предложила, что может научить его варить. Я согласилась, не зная, что Гюлай тоже увяжется за нами. Оставили мы султана, заходя на маленькую кухню. Я включила на всякий случай голосовой переводчик, чтобы хоть некоторые слова понимать.

Для приготовления кофе по-турецки следует молоть кофейные зерна непосредственно перед приготовлением.

– Кислород убивает кофе. На кофе, который был открыт долгое время, пена не образуется. А пена – это визитка кофе по-турецки, – объяснила мама Симгей. Переводчик не работал корректно, но я догадалась о чем идет речь.

На 6 мл воды мы отмерили 8 г кофе. Всыпали в турку кофе и залили водой. Затем поставили ее на раскаленный до 300 градусов песок, собранный в сосуде. Интересно, я еще такого не видела. Мама Симгей приказала тщательно турку совать.

– Дождитесь, когда по краям стенок появится потемнение, – кажется, так сказала женщина. – Гюлай подскажет тебе, Ай-лин.

Женщина улыбнулась, оставляя нас и возвращаясь к сыну. Поняла, что ей захотелось побыть с Демидом наедине. Но оставлять меня наедине с Гюлай – это была очень плохая идея… Поймала придирчивый взгляд турчанки на себе. Проигнорировала, продолжая заниматься приготовлением