Прости, Мария - Аманта Сантос

— Я помню! Лейтенант Орнелас начинал это дело. И начал он его именно в связи с домом Лопесов.

Потом он поднял глаза на девушку и спросил:

— А зачем тебе эта старая история? О ней уже давно все забыли!

— Не все! — ответила Эвелин, скрыв невольную дрожь в голосе. — Лорена дель Вильяр — моя мать! Лопесы незаконно оклеветали ее и довели до гибели, и я не позволю, чтобы это злодеяние осталось безнаказанным!

Кандидо кивнул и задумался. Потом почесал затылок.

— Что касается полицейских, то все, что о них можно узнать, я узнаю без труда и доставлю тебе Но на выяснение круга общения Марии мне понадобится несколько больше времени.

— Что ж, я согласна ждать. Но чем быстрее ты справишься с этим, тем лучше. Времени у меня мало. И не жалей денег, если это будет нужно.

— О’кей, — улыбнулся Кандидо и поднялся. — Тогда как только я соберу материалы, я приеду к тебе.

ГЛАВА 27

За то время, что упустила Мария, потеряв память, она сильно отстала. В мире моды отстать на год — почти смертельно. Но, восстановив свою фабрику и свозив новую коллекцию в Японию, она начала потихоньку выбираться из этой пропасти. Работы, конечно, было много, но работа давала ей удовлетворение. Сложности, возникшие с поставщиками и потребителями из-за нарушения контрактов улаживал верный Рейнальдо, который мотался из страны в страну не зная передышки. Ана терпеливо ждала его, понимая, что когда-нибудь это должно закончиться, но сейчас ей нужно набраться терпения. Мария всегда помогала своей семье, не могла же ее сестра быть настолько эгоистичной, чтобы оторвать от дела самого нужного сейчас специалиста. И девушка тихонько вздыхала. А Рейнальдо улыбался. Его радовало, что Ана недовольна задержкой — ведь раньше она была так равнодушна к нему, слишком боясь нового разочарования. Но он не разочарует свою невесту. Сейчас осталось совсем немного, он уладит все дела и они поженятся. Но медлить с делами невозможно. Они уже и так потеряли рынок Северной Америки, потеряют и остальные внешние рынки, если он не справится. Но он справится. Ведь он стольким обязан Марии Лопес. И в том, что зависит от его знаний, умений, предприимчивости, она может на него положиться, ничего не опасаясь.

Однажды Мария поинтересовалась у Аны, куда она ходит последнее время, никому не говоря, где бывает. По правде сказать, у Марии появились опасения, что в отсутствие Рейнальдо у Анн появился ухажер, и она решила напрямую поговорить с сестрой. Но все оказалось гораздо проще: оказывается, Ана пристрастилась посещать гадалку и ворожею донью Сэнтину, что жила неподалеку от дома доньи Мати.

Донья Сэнтина жила одна, зарабатывая себе на жизнь рукоделием. Это была миниатюрная женщина неопределенного возраста, и главным в ее жизни было увлечение колдовством и другими тайными науками. Она гадала на картах и по звездам, могла изготовить приворотное зелье, заклинала духов, любила порассуждать о капризах судьбы, но еще большим ее пристрастием была информация. Ее интересовали сведения обо всех и обо всем: подробности личной жизни, скандалы, сплетни, она знала все о невероятном количестве жителей Мехико, а уж о более-менее известных личностях — и подавно. Ее клиентурой были молоденькие девушки, пожилые кумушки и старые девы со всей округи. Плату она брала чисто символическую, зато сведений получала — дай боже! Правда, никто не мог упрекнуть донью Сэнтину в том, чтобы она когда-нибудь что-нибудь выболтала. Да и о ней самой ходило множество слухов, хотя никто не знал доподлинно ничего о ее жизни.

Да, в шкатулке доньи Сэнтины хранилось много секретов, и коллекция ее постоянно пополнялась. А теперь и Ана зачастила к ней.

— Ана, неужели ты и вправду веришь во все эти фокусы? — недоуменно спросила у сестры Мария, но Ана капризно надула губки:

— А почему бы и нет? Она же совершенно точно предсказала мне, что Рейнальдо уедет. И Насарии нагадала, что она получит подарок от мужа, а на следующий день Луис в самом деле подарил ей новое платье!

— Да, но Луис и так делает Насарии подарки чуть ли не каждый день...

— Ну и что, все равно предсказание сбылось. И потом, это платье было красивее прочих!

— Право, лучше бы ты сходила в церковь, Ана, — вздохнула Мария, — а то наговорит тебе эта донья Сэнтина всякой чуши, сама же потом будешь мучаться.

Но Ана пропустила слова Марии мимо ушей. А зря...

Рита учила Чучо читать. Это занятие ему тоже очень нравилось. Он с удовольствием рассматривал картинки в детских книжках, которые ему покупали и Рита, и Роман. Умный, сообразительный мальчик быстро запоминал буквы и скоро научился складывать их в слова. Новая игра, а он считал это игрой, доставляла ему немало радости.

— Мама, давай почитаем про слона, — просил он, увидев книжку, на обложке которой было изображено это животное.

— Нет, сынок, читать ты будешь сам, ведь ты же уже умеешь.

— Ну, хорошо, вначале я почитаю сам потом ты мне тоже почитаешь, ладно?

А потом Чучо с гордостью демонстрировал всем кто находился в доме, как он хорошо умеет читать. Он с нетерпением дожидался, когда отец придет с работы забирался к нему на колени с книжкой и начинал рассказывать, чему его научила мама, показывать картинки в любимых книжках и, конечно же, читать, чтобы папа знал, как он уже хорошо умеет это делать, И Роман не обманывал его ожиданий и хвалил:

— Какой ты молодец, Чучо.

— Да, папа, я скоро смогу читать твои толстые-толстые книги, — с гордостью говорил сияющий Чучо.

Перлита по-прежнему отказывалась лечиться. Она стала еще более худенькой и бледной. Казалось, единственное, что поддерживало в ней жизнь, был Маркитос. О ребенке она заботилась, он всегда был чистенький и ухоженный, но на это уходили все ее силы.