Мой дорогой муж - Оксана Сергеевна Головина

Виктория тем временем, став нечаянным свидетелем этой сцены, не решилась войти обратно на кухню и осталась в коридоре. Сложив руки на груди, она опустила голову, обдумывая услышанное. Её проблемы казались ничтожными по сравнению с тем, что, судя по всему, пришлось пережить этим двоим… Она надеялась, что однажды сможет узнать всю историю, соединившую Вадима и Сашу. Кем был тот дорогой ему человек? И почему семья настолько отвергала ребёнка, что вынудила восстать против них собственного сына?

ГЛАВА 20

Утро пятницы встретило густым туманом, который окутал весь город, превращая привычный вид из окна в загадочный, почти сказочный пейзаж. В квартире царила тишина, но она была другой, не такой, как вчера, — более хрупкой и звенящей. Виктория проснулась за несколько минут до будильника. Она долго лежала, глядя в бледно-серый прямоугольник потолка и прокручивая в голове вчерашний вечер. Сцена на кухне, невольной свидетельницей которой она стала, не выходила из головы.

Тот ледяной взгляд Вадима, когда он узнал о встрече Саши с его братом, и то, с какой отчаянной нежностью девочка пыталась его успокоить… В их отношениях было гораздо больше глубины и боли, чем она могла себе представить. А на их фоне её собственные проблемы сейчас казались ей такими наивными и мелкими. Стало немного стыдно за то, что втянула Вадима в свою мелкую бытовую войну, когда у него, очевидно, шла своя, гораздо более серьёзная.

Она поднялась, стараясь двигаться как можно тише. Не хотелось нарушать утреннее хрупкое спокойствие. Вчера, после разговора на кухне, Вадим ушёл в свою комнату и больше не выходил. Видимо, работал за ноутбуком там же, не захотел оставаться в гостиной. Саша тоже быстро скрылась. Виктория ещё долго сидела одна, глядя в тёмное окно и чувствуя себя чужой в собственном доме, подслушавшей то, что её не касалось.

Приняв душ и наспех одевшись в потёртые джинсы и любимую тёмно-зелёную футболку, она тихонько проскользнула на кухню. К её удивлению, Вадим уже был там. Он стоял у окна с чашкой кофе в руках, одетый в тёмные брюки и серую рубашку, уже полностью готовый к выходу. Его силуэт чётко вырисовывался на фоне молочного света. Вид у него был уставший, под глазами залегли едва заметные тени, говорившие о бессонной ночи. Но он держался как обычно — прямо, собранно, с непроницаемым выражением лица.

— Доброе утро, — её голос прозвучал тише, чем она хотела.

Вадим обернулся, и на его губах появилась тень улыбки, которая, впрочем, не коснулась глаз.

— Доброе утро. Кофе?

— Да, пожалуйста.

Они молчали, пока закипал чайник. Тишину нарушал лишь нарастающий свист. Виктория чувствовала неловкость. Она не знала, как себя вести, что говорить. Сделать вид, что ничего не было? Или, может, стоит как-то показать свою поддержку? Но как, если она не знала всей правды?

— Я ухожу раньше, — нарушил тишину Вадим, ставя перед ней чашку. — Нужно заехать в офис перед парами. Саша ещё спит, я не стал её будить. Её будильник заведён на семь. Ты не могла бы проследить, чтобы она позавтракала, прежде чем уйти в школу?

— Конечно, — кивнула Виктория, благодарная за эту простую, конкретную просьбу, которая возвращала их в русло нормального быта. — Не беспокойся.

— Спасибо.

Вадим допил свой кофе одним глотком, поставил чашку в раковину и направился к выходу. У самой двери он на мгновение остановился, обернувшись.

— И… Виктория.

— Да?

— Спасибо, что не задаёшь вопросов, — тихо сказал он.

И в этих простых словах было столько благодарности и доверия, что у неё перехватило дыхание. Она лишь кивнула, не в силах произнести ни слова. Вадим ушёл, и квартира снова погрузилась в тишину.

Когда прозвенел будильник Саши, Виктория уже приготовила простой завтрак и налила в стакан сок. Девочка вышла из комнаты сонная, но уже одетая к школе. Она выглядела слегка поникшей.

— Доброе утро, — пробормотала Саша, садясь за стол.

— Доброе утро, соня, — постаралась как можно бодрее ответить Виктория. — Завтракай, а то опоздаешь.

Саша послушно принялась за еду, но делала это без обычного аппетита, задумчиво ковыряя омлет вилкой.

— У вас всё в порядке? — не выдержала Виктория.

Саша подняла на неё свои ясные, но сегодня немного грустные глаза.

— Всё нормально, — она пожала плечами. — Просто… Вадим очень переживает. А я не хочу, чтобы он переживал.

— Я понимаю, — мягко сказала Виктория. — Но ты не виновата, что встретила… его.

Саша вздохнула.

— Я знаю. Но… я ненавижу, когда Вадим такой. Он становится… чужим. Как будто это не он. Я боюсь, что однажды он не сможет вернуться обратно…

От этих по-детски простых, но пугающих в своей сути слов у Виктории похолодело внутри. Она инстинктивно протянула руку и накрыла ладонь Саши своей.

— Он вернётся. Всегда будет возвращаться. Потому что у него есть ты.

Саша посмотрела на неё, и в её глазах блеснули слёзы. Она быстро смахнула их тыльной стороной ладони.

— Ты права. Спасибо, Вик.

Она доела свой завтрак, и её настроение, казалось, немного улучшилось. Когда Саша уходила, то даже улыбнулась на прощание.

— Увидимся вечером.

— Увидимся…

Закрыв за ней дверь, Виктория осталась одна. Ей самой нужно было собираться, но она ещё несколько минут стояла в прихожей, прислушиваясь к тишине. Теперь эта квартира была наполнена не только её одиночеством, но и чужими тайнами и переживаниями. И, как ни странно, это не отталкивало, а наоборот, заставляло чувствовать себя… нужной.

***

В университете день тянулся бесконечно долго. Виктория старалась сосредоточиться на лекциях, но мысли то и дело уносились прочь. Она видела Вадима лишь мельком, на большом перерыве. Он стоял в компании Романа и ещё нескольких парней из своей группы, что-то обсуждая. Выглядел он как обычно — спокойным и отстранённым. Но теперь Виктория знала, что скрывается за этой маской. Их взгляды на мгновение встретились поверх голов других студентов, и Вадим едва заметно кивнул ей. Этого короткого жеста было достаточно.

Лена, заметив этот безмолвный диалог, тут же толкнула её в бок.

— Ну что, «муж» строит глазки? — прошептала она.

Виктория лишь отмахнулась, но не смогла сдержать улыбки. Неожиданно она поймала себя на мысли, что ждёт конца пар. Ждёт, когда вернётся домой. Не в пустую, тихую квартиру, а в