Королева выполняет обещание - Татьяна Миненкова

— Должна, — признаваться в происходящем не хочется, но я знаю, что Костя точно поможет. — И мне нужно, чтобы кто-нибудь забрал меня отсюда.Немедленно.

Костя молчит. Ему требуется время, чтобы переварить услышанное и свести дебет с кредитом. К счастью, Семенов очень догадливый. Иногда даже слишком. Должность обязывает.

— Ты передумала выходить замуж?Опять?

— Да. Но рассказывать обо всём у меня сейчас времени нет. Ты поможешь? У тебя же в отделе всегда найдётся пара свободных ребят за рулём, которые смогут подобрать меня по пути на выезд.

Он усмехается и, отметая всякие сомнения, решительно сообщает:

— Нет, Романова. Я приеду сам. Как минимум, чтобы пошутить про колобок, который и от бабушки ушёл, и от дедушки ушёл…

— А как максимум? — перебиваю я, потому что впереди уже виднеется здание ЗАГСА с белыми колоннами и мне нужно, чтобы Костя прекратил упражняться в стендапе и быстрее выезжал.

— Я столько лет гадал, что у тебя в голове творится, когда ты сбега́ешь со свадеб, а теперь появилась возможность узнать лично.

Перед тем как он отключает вызов, я слышу звук пиликнувшей сигнализации, означающий, что Семёнов в полной мере осознал серьёзность ситуации. Хорошо, что я позвонила именно ему. Был ведь порыв позвонить Князеву, но я не стала — у него теперь новая жизнь и новая невеста. В отличие от Кости, Лис легко мог послать меня куда подальшеи был бы прав.

Лимузин въезжает на огромную парковку перед дворцом бракосочетаний и делает красивый круг, позволяя гостям рассмотреть белые полированные бока, а мне собраться с силами и отключить эмоции, оставив только холодную злость.

—Один…два…три…четыре… — шёпотом считаю я в гулкой тишине салона.

Так я всегда концентрировалась перед боями на татами. Перед сложными спаррингами. Перед реваншем с Тимом. Перед тем как сменить номер и исчезнуть из жизни Князева.

Коротко выдыхаю, когда лимузин останавливается у витой каменной лестницы.

Теперь понимаю, для чего сегодня надела ботинки.Не зря. Надо было ещё чёрные колготки в сетку надеть. Это Князев знал меня безбашенной хулиганкой.Невзорову предстоит узнать сейчас. Кажется, мне и правда ненадолго придётся стать прежней. Сжимаю кулаки и выхожу под аплодисменты и приветственные крики обступивших машину гостей.

13.Ухмылка

7 июня, суббота

Bang Bang Romeo — Seven Nation Army

Со своей первой свадьбы я сбежала слишком быстро. Не доехав до ЗАГСа, предпочла коротко объясниться с ошарашенным Семеновым по телефону. Да, вышло не слишком красиво и несправедливо по отношению к Косте, но так было правильно.

Сейчас всё для меня — впервые. Красивый Дворец бракосочетаний, напоминающий сказочный замок с белыми колоннами. Ярко-разодетая шумная толпа. Ящики с шампанским. Невзоров не захотел устраивать выездную регистрацию — он для такого слишком консервативен, но мне и само́й любопытно узнать,как создают семью нормальные люди.

Яр — далеко не дурак. Уметь интуитивно чувствовать неприятности — часть его предпринимательской жилки. Ему полувзгляда достаточно для того, чтобы понять: что-то не так. Хотя вряд ли он осознаёт, что именно и просто хмурится, оглядывая чёрные ботинки, выглядывающие из-под приподнятого подола, и мою ухмылку. Она из прошлого. Такой Невзоров меня ещё ни разу не видел.

У гостей предпринимательской жилки нет. Они делают то, ради чего явились — шумят и веселятся. Я ведь почти никого из них не знаю. Максимум — шапочные знакомства. На мгновение в голове проносится мысль, что не передумай я выходить замуж, чувствовала бы себя здесь максимально некомфортно. Мама предпочла бракосочетанию дочери новый проект. Папа ожидаемо не явился, даже не потрудившись выдумать объяснений. У Кати младший сын подхватил кишечную инфекцию. Получается, здесь могли быть лишь Ксенька и Сава.К счастью, их нет.

— Здравствуйте, Аниса!

— Аниса, восхитительно выглядите!

— Благодарю за приглашение!

Все спешат выразить эмоции — я оказываюсь в центре внимания и вынужденно киваю, но постепенно поднимаюсь по усыпанной людьми лестнице к Яру. Он — моя цель. Такой важный и безукоризненный в классическом чёрном костюме.Чёрный — мой цвет, но ему тоже идёт. Восхититься бы, но я не могу избавиться от навязчивых ассоциаций с преисполненным собственной важности пингвином. На моих губах играет неестественная улыбка, больше похожая на оскал, а зубы сжаты почти до боли.

— Ниса? — Когда я оказываюсь за пару ступенек, Невзоров удивлённо поднимает бровь.

— Есть разговор. — Отделавшись, наконец, от назойливых гостей, я пристально смотрю на Ярослава, проедаю его взглядом, чтобы осознал собственную ошибку до того, как я ему о ней расскажу.

У него ведь есть шанс всё исправить. Небольшой, но есть. Если подберёт правильные слова.У слов бывает магия, с некоторых пор мне известно об этом не понаслышке. Если Яр осознает собственную неправоту и скажет то, что нужно, я уступлю. Ради Савки, ради стабильности, ради всех этих незнакомых людей, что собрались во дворе ЗАГСа и душевного спокойствия Розы Степановны — в конце концов, она тоже человек.

Но лишь один мужчина на моей памяти умел подбирать правильные слова. Это было и остаётся его суперспособностью.Невзорову такого умения не дано.

— У нас регистрация через десять минут, — строго отрезает он, а этот сухой тон с ноткой снисходительности раздражает. — Давай после. Идём за мной. И где твоя свидетельница?

— Мы поговорим, Яр. Сейчас.И без свидетелей.

— Звучит опасно, — усмехается Невзоров, но эта усмешка тоже напоминает оскал — она для остальных, чтобы создать видимость, будто всё происходящее — нормально и по плану.

На самом деле он зол — за неповиновение, за опоздание, за ботинки, но показывать свою злость при всех — дурной тон. Поэтому Ярослав сам тянет меня за запястье, почти затаскивая в ЗАГС. И вот когда мы оказываемся в коридоре, обе улыбки гаснут синхронно.

— Что происходит, Аниса?! — гневно сверкает глазами Невзоров. — Что это, мать твою, за представление?

В отличие от его, моя злость успела остыть. Теперь внутренности покрылись тонкой корочкой льда, и, глядя на пока ещё жениха, понимаю, что не ощущаю к нему никакой симпатии. Только жалость, да и то, едва ощутимую. Поэтому отвечаю двумя холодными и короткими словами:

—Обуза и прицеп.

Пара секунд и взгляд темно-карих глаз пронзает понимание.Понимание, но не сожаление. С его ответом жалости во мне не остаётся:

— Кто-то из нас должен называть вещи своими именами, Аниса, — хмурится Ярослав. — Ты ведь