Лягушки, принцессы и прочие твари - Ксения Алексеенко

принцесса была похожа на сестру только носом. Но Таль, стоило ей ее увидеть, буквально зарыла копытом землю. Алка распрощалась и сбежала, а Фанти пришлось выдержать крайне непростой мысленный разговор:

— Берем младшую! — решила Таль.

— Несовершеннолетних не ворую, — меланхолично отвечал Фанти.

— Мы пригласим! Только пригласим, а она согласится, обязательно согласится, согласится-согласится-согласится!

Про то, что вторая принцесса тоже еще не очень совершеннолетняя, она благоразумно промолчала.

— Ты ее сестру видела? — спросил Фанти, впервые решившись напрямую оспорить решение Таль.

Алка была дерганной, боялась каждого шороха и, будь у нее уши, как у Фанти, обязательно прижимала бы их к голове, стараясь казаться меньше и незаметнее. За весь разговор она хорошо если пару раз на эльфиса взглянула.

Однако рядом с сестрой что-то в ее лице дрогнуло. Она, казалось, получила силы перестать на некоторое время бояться Фанти, защитить, если что, сестру.

Связываться с разъяренными женщинами, которые нагонят и наваляют, Фанти не хотел. У него после графенка в дождливую погоду ребра ныли. А если учесть, что на следующий день прибудет ее друг, наверняка очень серьезный парень, у принцесс всегда очень серьезные друзья, злить Алку не хотелось.

— Видела. Тусклая трусиха, — заявила Таль категорично, — ее мы на новые свершения не вдохновим.

— Если мы похитим ее сестру, — как можно четче подумал Фанти, — То мы вдохновим ее вернуться домой и попросить мамочку отрубить всему нашему табору головы. Не стоит злить загнанную в угол крысу.

Таль рассмеялась. К удивлению Фанти она еще не разозлилась и не наслала на него мигрень. Это было ненормально. Он же спорил!

— Надо же, дурачок решил воспользоваться мозгами. Только тут ты не прав. Если мы возьмем младшую, она просто пойдет за нами.

— Вместе с другом.

— Да пускай приводит друга, жалко, что ли?

— Да, жалко! — рявкнул Фанти мысленно, — Говорят, она путается с Филреном! Это будет больно! Опять! Но тебе-то что?! Бить-то будут меня! Это не тебе заращивать открытые переломы, и не тебе валяться в горячке!

Тело у них пока было общее, но Таль приобщалась только к тем ощущениям, к которым хотела. Например, уже несколько дней Фанти не чувствовал вкуса пищи.

— Такой же трус, как и она.

— Нет. Я просто благоразумен.

— Трус. Ты впервые со мной решился спорить, потому что испугался, — холодно подумала Таль, — испугался-испугался-испугался, трусишка! Выродились славные О.

— Нет. Я просто не хочу страдать за твои гнилые идеи. Либо мы похищаем старшую, либо мы вообще возвращаемся в табор и я совершенствую свои музыкальные навыки в кругу семьи. А тебя заблокирую, найду в какой-нибудь Джокте какую-нибудь ведьму из ментальных, и заблокирую на оставшиеся пять лет.

Фанти был серьезен. Таль мысленно захлопала в ладошки:

— А младшую?

— Не трогаем. Младшая останется другу, заодно стеснит его в передвижениях.

— Ну ладно, так и быть, — согласилась Таль подозрительно легко, — но! Я буду тоже ее красть, а то опять меня проведешь, как с лошадкой.

— Ладно, — согласился Фанти кисло.

Операция прошла как по маслу. Стоило только ему начать действовать по-своему.

Она даже подозрительно легко согласилась пойти с ним дальше. Шутила. Улыбалась почти. Не жаловалась на жару, хотя Фанти не смог оставить ее на солнце с непокрытой головой.

Ее кратковременные панические атаки Фанти списал на обычную для молодых девушек нервозность. Все эти знатные дамы, по наблюдениям Фанти, просто обожали падать в обморок и истерить. Обычно их было очень легко успокоить, поделившись силами, что Фанти и сделал. Силы рухнули как в бездонный колодец, и теперь помощь понадобилась уже Фанти… Он понял, насколько ошибся, приняв это за обычное кокетство, и впредь смотрел на Алку уже с гораздо большим уважением.

Что-то с ней было не так. Не было никаких признаков болезни или проклятья, кроме собственно проявлений, но само проклятье определенно было.

Таль противно хихикала, пока Фанти играл Алке. Однако появление огромного и злобного пса оказалось неожиданностью даже для нее. Друг-то и вправду оказался непрост, настоящий перевертыш-хранитель!

— Ну что, — спросил Фанти, когда Таль уже совсем раскрылась, раскрыв заодно почти все свои карты, и они уныло плелись по дороге за Релом-Лером, — Подружилась?

— Ага! Подружилась! Наверное, я ей сразу понравилась, глотку-то тебе не перегрызли!

Фанти едва подавил желание побиться головой о ближайшее дерево.

— А знаешь, что круто? — спросила Таль, и не дожидаясь ответа продолжила, — Что-то затевается, что-то грандиозное-грандиозное-грандиозное. И интересное! Этого я просто не могу проспать, да?

Фанти обреченно вздохнул.

— Ладно. Боги с тобой…

— А вот и нет-нет-нет! — Хихикнула Таль, — Боги ровно напротив!

Глава 6,

в которой нет влюбленных, так что они и не ссорятся, а Куциан принимает решение и все понимает, хоть и не говорит

Куциан подбросил кошель на ладони.

— Я вернул задаток. Тетушка Хос не отказалась помочь земляку… Лика, скажи мне…

Я поудобнее уселась на кровати.

Желающих прочесть мне нотацию организовалась целая очередь. К счастью, Далька была явно готова защищать меня грудью, и, что немаловажно, если понадобиться пустить в ход Силу. Как только я вошла, она уцепилась за рукав моей ночнушки с явным намереньем никуда не пускать, и смотрела на всех, кто пытался приблизиться, грозно и предостерегающе. Лер хотел было Куциана выгнать, чтобы прочистить мне мозги наедине, но злобные взгляды против Куца оказались не слишком-то эффективны, а вслух Лер почему-то ничего не говорил. Может, тому виной были красные глаза Дальки: явно ведь ревела, иначе Лер бы не ее не постеснялся. Я твердо решила, что, когда мы наконец останемся одни, обязательно ее об этом расспрошу. И намылю шеи виноватым, а то ишь! Обнаглели. Довели младшую сестренку, вот-вот на людей кидаться начнет.

Куц же красиво облокотился на стенку. Он бы еще пуговку на рубашке расстегнул и смоляные кудри растрепал, точно тогда был бы вылитый пират с гравюры в книжке «Семь детей капитана Госта». Даже глаза у него были того же светло-серого цвета. Впрочем, его сходство с благородным корсаром я отмечала для себя уже не раз.

Но отнюдь не красивые глаза завладели моим вниманием с того самого момента, когда я вошла в комнату. Куц подбрасывал на руке очень знакомый потертый кошель, и лично мне было о-о-очень интересно узнать, как он его раздобыл. Точнее, где раздобыл, было понятно и так, но зачем?

Подбрасывал и ловил, подбрасывал и ловил… было в этом процессе что-то медитативное.

Земляки, значит? Что-то подобное я и предполагала. Нехорошо шантажировать пожилых людей, ну да ладно. Главное, что подарок Циа мне, наверное, все-таки собирались вернуть.

— Лика, — продолжил Куц задумчиво,