Рождество по-драконьи. Лучшие враги - Леси Филеберт

противостоять внешним угрозам. А эти ребята были слишком самобытны, у них имелись свои таланты, но они не укладывались в стандартные рамки суровой страны закрытого типа. Тея создает вокруг себя слишком много шума, Брендона не заставишь броситься в бой, Элар должен успеть всё просчитать, Морвенна... ей, кажется, просто нет до всего этого дела. Мира предпочитает прятаться, а не атаковать, Бенджамин побеждает обедом, а Гаррет прёт напролом, что неплохо, но явно не является ценным магическим ресурсом.

Они были не слабыми, они просто находились в системе, где необходимо было играть по другим правилам. И глядя на эту пеструю, странную, но невероятно колоритную компанию, я подумала, что, возможно, мне повезло куда больше, чем я могла предположить: в клане «звезд» академии от меня ждали бы только одного — соответствия их блеску, а здесь... здесь я могла быть просто собой. Со своим наспех слепленным прошлым, драконом в голове и нестабильной магией льда.

Глава 10. Перекрестилась

Бенджамин протянул мне кружку с чем-то дымящимся.

— На, согрейся.

— Что это?

— Не яд, — усмехнулся парень. — Похлебка, по моему особенному рецепту. Хорошо восстанавливает силы. А то ты бледная какая-то, распределение явно далось тебе непросто.

— Даже не представляешь, насколько, — буркнула я.

Приняла кружку с благодарностью и осторожно сделала глоток. Запах от нее исходил специфический, пахло в основном дымом и картошкой, похлебка оказалась густой, соленой и на удивление съедобной, даже почти вкусной. Но главное — она действительно удивительным образом придавала сил, от нее исходило приятное тепло.

— Ты зельевар, что ли? — спросила я у обжоры Бенджамина, который продолжал что-то жевать, на этот раз — орешки, кажется, или нечто, похожее на них.

— Ну.... Если магию еды можно так назвать, — хохотнул парень.

— Так, Кьяра, — Тея снова устроилась на полу, уставившись на меня своими огромными глазами. — Давай, делись, как там твоё распределение проходило? Скаар тебя сильно мучил?

— Да так...

Я отмахнулась и решила перевести разговор в другое русло:

— Он назначил мне индивидуальные занятия. Пойду к нему в пятницу.

В гостиной повисла тишина, нарушаемая лишь треском огня и тихим чавканьем Бенджамина.

Первым нарушил молчание Брендон.

— Ну ты и влипла, — с неподдельным сочувствием произнес он.

А Тея присвистнула.

— Со Скааром тет-а-тет? Бедная ты моя... Он же сожжет тебя дотла на первой же тренировке, в прямом и переносном смысле!

— Он маг льда, Тея. Могущественный саликид, — с важным видом напомнил Эл. — Он заморозит заживо и взорвет изнутри, зачем ему сжигать дотла?

— Какие вы тут все позитивные, — нервно усмехнулась я.

— Путь познания на индивидуальных занятиях с мастером Скааром усыпан страданиями, так все про него говорят, — пожала плечами Мира. — Хотя я не проверяла, конечно, и упаси небеса, меня когда-нибудь это проверить на своей шкуре...

И она осенила себя жестом, приложив указательный и безымянный пальцы ко лбу, потом к точке солнечного сплетения, потом снова — ко лбу. Надо понимать, это аналог знакомого мне «перекрестилась».

— Я мало что знаю о мастере Скааре, если честно, — улыбнулась я. — До поселения, где жила с родителями, такая информация особо не доходит, там академическими звездами не особо интересуются.

— Да ладно б он только академическим был! — фыркнула Тея. — Он же близок к императорскому роду.

— Отец мастера Лукаса Скаара — младший брат нашего Великого Императора, — важно кивнул Брендон.

Эти слова прозвучали для меня, словно удар обухом по голове. В ушах зазвенело, а комната на секунду поплыла перед глазами.

О как. Нормальная такая шишка...

Племянник Императора.

Не просто знатный, не просто талантливый верховный маг, а аж целая кровь правящей династии, той самой, что веками правила Валтарией.

Внутри всё похолодело и сжалось в один тугой болезненный комок, мое притворное спокойствие трещало по швам. Я сидела, уставившись в глубину своей кружки, чувствуя, как кровь отливает от лица, и надеясь, что никто не заметит моего ужаса.

Великие Драконы... Лукас Скаар — племянник Императора...

Хотелось либо захохотать истерически, либо разрыдаться.

«С-с-слуша-а-ай, — медленно прошелестела Зигорра. — А как мы умудрилис-с-сь при попадании во вражес-с-скую с-с-страну с-с-сразу влипнуть в венценосную ос-с-собу?..».

Что ж, видимо, у меня королевский вкус на неприятности. Не могу же я выбирать своих должников среди простых смертных, когда можно сразу нацелиться на племянника Императора!..

Сидела, тупо уставившись в точку перед собой, и понимала, что каждая секунда, проведенная рядом с Лукасом, — это игра с огнем. Нет, не с огнем даже — с расплавленной лавой! Он был не просто угрозой как слишком близко контактирующий со мной преподаватель... Он был воплощением самой системы Валтарии, от которой мне следовало бежать как можно дальше. Племянник императора — это вам не абы кто, это фигура серьезная.

Сколько ему понадобится времени, чтобы сопоставить все факты и понять, что я и есть та сбежавшая лакорская принцесса?

Я бы сказала — можно начинать обратный отсчет...

А он заодно с кем? Судя по тому, что я успела увидеть-услышать, Лукас не приемлет методы тех варваров, за которыми я наблюдала около поезда. Ну или врал мне, что не приемлет, впрочем, все его действия пока что только пошли мне на пользу, и в бою он себя проявлял отличным напарником, а в таких сражениях всегда сразу видно, кто тебе друг, а кто — враг, потому что когда речь идет о спасении собственной шкуры, то в человеке просыпаются все его истинные черты характера. Перед лицом смертельной опасности притворяться очень сложно, знаете ли. И в Лукасе я видела скорее благородство, которое ну никак нельзя было сопоставить с теми чудовищами-саликидами, которые похитили лакорский поезд вместе со мной и другими его пассажирами.

Значит, у меня еще был шанс улизнуть из академии до того, как Лукас сопоставит все факты. Судя по всему, его все эти дела со сбежавшей принцессой не касаются, этим занимаются другие люди, а он, как преподаватель, занят подготовкой воинов для защиты границ, ему не до политических интриг. И это давало мне фору.

Что же делать? Бежать прямо сейчас? Мой инстинкт самосохранения так и кричал: «Беги отсюда!». Но нет, глупо... Мне полезно сейчас затихнуть в академии, куда очень сложно попасть, и где не кинутся меня проверять. На руку мне было и то, что документы при поступлении здесь действительно не