Злодейка желает искупления - Аника Град

«Слева, за прачечными...» — мысль пронеслась чётко, как указка наставницы в детстве.

Я обошла стену, ступая по мокрой траве. Влажный запах щелочного мыла, развевающиеся простыни — даже в это время здесь висели гирлянды белья, сушащегося после дневной стирки. И там — старое юйшу, нефритовое дерево.

Да, с моего перерождения ничего не изменилось. Дерево прорастало и служило напоминанием о беспечности городской стражи. Небеса, легче легкого взобраться. О чем думают воины, до сих пор не вырубившие его?

Корни дерева, будто когти дракона, впились в камни кладки, а ветви тянулись к зубцам стены.

«Бабка говорила: тёмный путь даёт силу, но отнимает лёгкость духа. Зато стены тебе нипочем».

Я сбросила мужской плащ, оставшись в чёрном шёлковом одеянии, облегающем, как вторая кожа. Энергия ци сгустилась в ступнях. Прыжок — и пальцы впились в шершавый камень. Ещё рывок, и я уже на ветке, чувствуя, как древесина податливо гнётся подо мной. Горьковатый запах коры смешался с ароматом моих волос — персика и жасмина.

Я замерла, прислушиваясь: раздавалось только кваканье лягушек из императорского рва, да скрип флюгера где-то вдалеке

Дворцовые крыши расстилались передо мной чешуёй гигантской рыбы. Черепица люли — гладкая, коварная — но мои стопы помнили каждую неровность. Я былую жизнь я часто по ней гарцевала. Скользила тенью, минуя галереи с дремлющей стражей. Вот и Юйхуатан — Нефритовый пруд. Лотосы, даже ночью поражали своим великолепием — огромные, бледные, как призраки в лунном свете.

Но я моргнула несколько раз, обнаружив случайных посетителей.

Какая удача...

Какой ужас...

Император Юншэн стоял у мраморных перил, бросая крошки в воду. Карпы вспенивали гладь, а их золотые спины мелькали и звенели, напоминая пересчет монет в Министерства казначейства.

Рядом, сгорбившись в почтительном поклоне, стоял Цзян Бо — евнух, верно служивший своему императору, а еще редкий служащий, что хорошо относился ко мне.

Его лицо было похоже на высохшую грушу.

— А придёт ли она, Цзян Бо?» — голос Юншэна, тихий и робкий, донёсся до меня сквозь тишину. — Вдруг она не из подходящей семьи?

— Мой император, вы дали четкие указания. Для вас нет разницы, из какой семьи произошла девушка, — заискивающе пробормотал евнух. — да и простите, но та, о ком вы так долго мечтаете, довольна известна в столице. Это госпожа Лин Джиа, совсем неудивительно, что она вам понравилась. Ее зовут самой прекрасной девой империи Цянь.

Сердце ёкнуло. Значит, он уже думает о ней...

Записка Лин Джиа лежала у меня за пазухой, свёрнутая в бамбуковый футляр. Я вытащила её, прицелилась. Ветерок — и тонкая трубка упала в куст пионов, в двух шагах от Цзян Бо. Он вздрогнул, опустился и поднял предмет. Его взгляд метнулся вверх — прямо на меня, прижавшуюся к тени колонны на крыше. Я не отдавала себе отчета, но верила, что Цзян Бо не выдаст, приложила палец к губам.

Шшш...

Цзян Бо замер. Не крикнул. Не позвал стражу. Лишь кивнул, почти невидимо, и сунул записку в рукав.

— Что такое? — Юншэн обернулся. — Почему медлишь и не идешь за мной?

— Просто ветер сдул старый свиток, мой император, — евнух подал императору футляр с изящным поклоном. — Но... сегодня в Министерство Церемоний пришло любопытное письмо. Хотели выбросить, но я сохранил. Подумал — вдруг развлечёт вас?

Юншэн с сомнением вытащил послание, а после развернул пергамент. Луна выхватила его улыбку — чистую, беззаботную, какую я почти никогда не видела в своём прошлом правлении. Он прочёл строки Лин Джиа: «...мой герой, заступник, чья доброта коснулась даже ничтожной рабыни...»

Он был счастлив.

— Цветы лотоса прекрасны, Цзян Бо, — прошептал император, глядя на пруд, а не на цветы. — Но некоторые послания... пахнут весной сильнее.

Евнух склонился ниже, пряча ухмылку. Я уже отползала по крыше, когда услышала:

— Вам так понравилась Лин Джиа? Может отменить отбор, проще сразу назвать невесту?

Жаль, что дослушать ответ мне не удалось. Он меня не сильно занимал. Юншэн не вправе отказаться от выбора императрицы, благородным девам придется пройти испытание, но приятно знать, что мои усилия оценили не понапрасну. Да и я вновь удостоверилась в разумности и верности Цзян Бо.

Хороший евнух, умный. Такие долго не живут, если их господин не умеет интриговать.

К моему вящему сожалению, император не славился подобной способностью.

Путь к Министерству Наказаний пролегал через невероятное количество построек. Кто-то из прислуги с насмешкой назвал эти крыши «Лесом чиновничьих палат». И этот смельчак был ближе всего к правде.

Я пробежалась по черепице, бесшумно, словно настоящая кошка. Остановилась перед самым большим и мрачным зданием.

Министерство выделялось холодностью: тёмная древесина, минимум позолоты, решётки на окнах, похожие на зубья страшного зверя.

«Под стать хозяину — собаке Лянь Суаню», — подумала я, сканируя взглядом двор.

Стража? Двое у ворот дремали, прислонившись к своим алебардам. Третий, на крыльце, мирно похрапывал. Беспечность — сестра коррупции. Догадываюсь, как легко их обводят вокруг пальца преступники.

Неожиданно, под крышей я услышала шум, а ветер принес мне знакомый запах. Я никогда не обращала внимания на запах. Можжевельник, конская сбруя и... сандал.

Тот самый аромат. Смертельно опасный. Я не прыгнула — рухнула в тень глубокого карниза, прижавшись к холодной черепице. Кровь гудела в ушах. Внизу, в арке, ведущей к министерству, стоял Яо Вэймин. Его стальные латы тускло мерцали в лунном свете. Рядом — молодой генерал с лицом, застывшим в вечном напряжении. Кажется, около него всегда крутился мужчина по имени Кэ Дашен.

— И это что, персик?» — втянул он носом воздух. Его профиль, острый, как клинок, был обращён к крыше, где я пряталась.

— А жасмин ты не чувствуешь? — кривился Яо Веймин. — Опять этот приторный дух. Словно весь гарем вылил на себя благовония. Еще немного, попрошу Юншэна запретить жасмин.

Молодой генерал растерянно заморгал.

— Генерал? Да мало ли персика и жасмина в стенах дворца? Да каждая наложница...

— Не каждая, сочетание резкое и непривычное, — отрезал Яо. Его нос дрогнул. — И запах... не из флаконов. Он дикий. Сладковато-горький. — Он сделал шаг вперёд, его взгляд скользнул по черепице, будто прощупывая каждую впадину. — И сегодня он здесь. Может, любитель этого запаха тоже пробрался в Запретный город?

Я вжалась в камень, стараясь не дышать и проклиная себя. Впредь буду знать, что мое любимое сочетание: персик и жасмин вызывают у Яо Веймина разные тревоги.

— Прикажи, — Яо