Телохранитель для мажорки - Татьяна Катаева

Потому что стоит мне пошевелиться, я ощущаю позади горячее дыхание и сильное, ровное биение его сердца. А ещё потому, что в свою пятую точку я чувствую эрегированный член моего телохранителя, который вчера лишил меня девственности. Вот так утро...

В принципе всё произошло даже лучше, чем я планировала. Спасибо двум бокалам пива, которые не опоили меня, но сделали чуточку смелее. А ещё спасибо Артёму, что не так уж сильно и сопротивлялся.

Эта ночь...

Ночь, которую не стереть из памяти, даже если бы я сильно этого хотела. Но я ведь не хочу, однозначно. Она отпечаталась на теле, в каждом сантиметре кожи, где были его руки. В каждом вдохе, где я ловила его запах. Всё, что было между нами, — это не просто страсть. Это что-то, от чего у меня до сих пор дрожат пальцы, стоит только вспомнить, как он прикасался.

Артём был осторожен. Не такой, как я ожидала. Не грубый, не холодный. Наоборот — сильный, но внимательный, будто боялся причинить боль. И когда его ладонь скользила по моей спине, я впервые в жизни поняла, что такое быть желанной. Чего только стоил его взгляд.

Я боялась смотреть ему в глаза тогда. Боялась увидеть сожаление или равнодушие, но там было что-то другое… будто он сам боролся с тем, чтобы не потерять контроль.

И всё равно, проснувшись сейчас, я чувствую, как внутри всё сжимается от страха. Что если он снова станет тем прежним Артёмом — холодным, отстранённым, сдержанным?

Что если притворится, что ничего не произошло?

Я не хочу быть для него ошибкой.

Медленно, стараясь не шуметь, я поворачиваюсь. Он спит. Или делает вид. Солнце падает на его лицо, высвечивая резкие черты — скулы, челюсть, чуть прищуренные веки. На губах — ни следа вчерашней страсти. Сейчас он кажется… спокойным. Почти домашним.

И именно это пугает сильнее всего. Потому что я начинаю понимать — этот человек не просто перевернул мою жизнь. Он стал в ней центром. И если сегодня он отдалится, я не знаю, что со мной будет.

Смешно. Я, Марьяна Левшина, — та, что всегда делала вид, будто ей плевать на всех. Та, что смеялась в лицо опасности, спорила с ним, дразнила, играла. А теперь лежу под одеялом и молюсь, чтобы один конкретный мужчина не отвернулся утром, когда откроет глаза.

Может, я сама виновата. Слишком быстро, слишком по-настоящему. Но вчера я просто не могла иначе. Он посмотрел на меня — и я поняла, что это мой момент. Не из фильмов, не из сказок. Настоящий.

Я аккуратно провожу пальцами по его руке, лежащей на моей талии. Кожа тёплая, и в этом прикосновении — такая сила, что я едва дышу. Хочется касаться и касаться его. Хочется снова почувствовать его вкус. Силу. Власть.

Боже, кажется я влюбилась в этого угрюмого вояку. Хотя... Не такой он и угрюмый. Наоборот, весёлый и задорный. А ещё, страстный и горячий. Красивый и сексуальный...

— Кажется, кто-то уже успел отдохнуть и выспаться, — не открывая глаз говорит он. Его рука медленно поднимается по моему бедру, тем самым вызывая трепет и бешеное сердцебиение. — Доброе утро, принцесса. Что у нас на завтрак?

— А что? Извини, я ничего не приготовила, — растерянно торохчу.

— Жаль-жаль... Придётся довольствоваться только десертом.

Пока я пытаюсь переварить его слова, он уже опрокидывает меня на спину и нависает сверху. Его глаза открываются и... Ой мамочки. Там снова это дикое желание. Я видела его вчера. Чувствовала.

— Артём-м... — наверное это звучит жалко. Потому что я не знаю, что хочу сказать. То ли отпусти. То ли продолжай.

— Давай сначала завтрак, а потом разговоры. Лады принцесса?

Я взволновано киваю головой. А мой телохранитель тем временем, тянется к моей груди. Его губы обхватываю сосок и втягивают в рот. Горячая влага скользит по нему, оставляя мокрые следы. Горошина мгновенно твердеет и я прикрываю глаза от удовольствия. Это какое-то блаженство. Мой личный рай...

Его губы продолжают целовать грудь, а вот руки... Одна из них уж точно где-то между моих ног. Артём расставляет их шире, и скользит по складам, слегка их задевая.

— Так не больно? — выпускает он изо рта сосок.

— Нет, — быстро отвечаю. Хочется сказать, что мне больно, когда он убирает руки и губы от моего тела.

— А так? — один его палец скользит между половых губ и входит во влагалище.

— Неу, — мычу несуразно, даже не понимая, что совсем неправильно говорю. Просто буквы утратили хоть какое-то значение, когда он касается плоти.

— А вот так? — он всё это время смотрит мне в глаза. А я в его... Уже два пальца входят в меня и он начинает делать медленные движения, создавая трение между моим клитором и его кожей. Боже я закусываю нижнюю губы и хватаюсь ладонью за простынь. Напряжение ниже живота моментально набирает обороты. Не думала, что так быстро можно загораться.

— Ай да хорошая девочка, — снова шепчут его губы. А после снова он втягивает сосок в рот, а пальцами продолжает движение между ног.

— Аххаха, — тяну я и запрокидываю голову вверх. Движения становятся всё активнее. А моё сознание всё дальше уплывает от реальности.

— Аааа, — кричу я когда оргазм накрывает с головой. Мои губы искусаны, тело размякло, но мне так хорошо...

Я даже не сразу понимаю, что Артём уже не целует грудь. Я даже не сразу понимаю, что он уже придавливает моё тело своим и вместо пальцев подставляет член. Один толчок и он во мне. В этот раз уже вовсе не больно. Преграды больше нет. На его пути больше ни одного препятствия.

Новая волна поднимается также быстро, как и первая. Артем наваливается на меня и начинает активно целовать. Я задыхаюсь от его страсти, эмоций, от толчков. Это что-то невероятное. Ошеломительное.

— Боже, Артём, — шепчу я. Сил кричать нет. Просто это всё... Я не знаю как описать. Я просто растворяюсь в нём. Тону. Как мне нравится эти все чувства. Чёрт, кажется я влюбилась.

Это должно жутко пугать. Потому он мой телохранитель, а я его задание. Но блин, когда он во мне, а я под ним, это вообще не пугает. Мы одно целое.

В этот раз я кончаю, в тот момент, когда Артем выравнивается и запрокидывает одну мою ногу себе на плечи. Его губы кусают, а тело