Два бандита для матери-одиночки - Бетти Алая

— Ножку подними…

Делаю всё, что говорит мой лысый татуированный любовник. Никогда не испытывала радости от подчинения. Когда муж пытался доминировать, всё моё естество сопротивлялось, боролось. А эти двое…

Намного опаснее. Жестче. Но моё женское раскрывается перед их мужским. Впитывает, впускает. Без малейшего сопротивления…

— ААХ! — вскрикиваю, когда Кай целиком погружается в меня.

— Доброе утро, Вася… — Климов смотрит.

Приоткрываю рот, облизываю высохшие губы. Резкие толчки. Один за другим. Мощные, сильные. Кай очень голоден.

— Ммм! Ммм! — стону, улыбашка очерчивает пальцами мои губы.

Обхватываю их, провожу язычком. Из горла Руса вырывается низкий рык. Улыбашка приникает к моим соскам.

Душу крики подушкой. Кончаю, Кай накачивает меня спермой.

— Мне нужно в душ, — целую обоих, а они растягиваются на постели, любуются мной.

Выглядят, как довольные сытые коты. Мои. Любимые.

Когда выхожу, мужчин уже нет. И куда смылись? У меня куча вопросов! Но сначала кофе!

Натягиваю рубашку Руслана. Спускаюсь на кухню. Сейчас, по прошествии дня, я могу уже рассмотреть красивый интерьер этого дома. Светлый, просторный.

Беру кофе, засыпаю в кофемашину, заливаю воду. Напеваю себе под нос. Сашенька с мамой наверняка еще не проснулись.

— Доброе утро, девушка… — чуть не роняю кружку, услышав резкий, строгий женский голос.

Разворачиваюсь. На меня смотрит женщина. Яркие рыжие волосы, лицо в веснушках, на вид лет шестьдесят. И она в инвалидном кресле.

Это…

— Что же вы так испугались? — ее голос твердый, уверенный.

— Простите, я…

Боже, я не так себе представляла знакомство с матерью Руслана. Стою, вся оттраханная, растрепанная, в одной рубашке. Губы опухшие, между ног всё тянет после оргазма.

Ууу, позорище!

— Не извиняйтесь. Вы делали кофе? Мне сделаете? — мягко добавляет она.

— Конечно!

— А где мой непутевый сын? — вздыхает она, — я уж и не мечтала, что он приведет домой женщину. Меня зовут Евдокия Ильинична.

— Василина, — блею, ругая себя за стеснительность.

— Красивое имя, — мягко, даже мечтательно произносит она, — и очень редкое. Рада, что Руслан наконец-то соизволил нас познакомить.

Сердце пропускает удар. Он рассказывал обо мне?

Она не знает про его ранение? Нападение? Господи! Как же неловко!

— Вы какой кофе любите? — нахожусь с ответом не сразу.

— Чёрный, — говорит она, — без сахара.

Принюхиваюсь. Интересно! От этой женщины пахнет прекрасными и очень дорогими духами. Итальянские фруктовые. Персик, чёрная смородина. По-взрослому сдержанно, но одновременно нежно и по-девичьи.

Она вообще вся тоненькая и изящная. Спокойная. Даже несмотря на инвалидное кресло. Матерью Руслана хочется любоваться.

И, кажется, я вижу, от кого у него такая обаятельная улыбка.

— Мама! — улыбашка заходит на кухню, подмигивает мне, — уже познакомилась с моей будущей женой?

— С хера ли твоей? — басит Кай, хмурясь, — доброе утро, Евдокия Ильинишна!

— Кай! — она смеется, — здравствуй, здоровяк.

Они обнимаются. Поразительно! Не знай я, что эти двое носят в пиджаках пистолет, подумала бы, что они просто мирные бизнесмены, уважающие старших.

Мать Руслана смотрит на меня, прищуривается.

— Тяжело с ними, да? — спрашивает.

— Есть немного, — улыбаюсь.

— Ничего, зато они как стена, защитят от чего угодно. Уж я своего воспитала, как следует. А Кай вообще душка.

— Спасибо, — улыбается громила и подмигивает мне.

Она говорит так, словно в курсе о том, что мы втроем.

— МАМА! — Сашенька вбегает и обнимает меня.

— Привет, милый! Как спалось? — переключаю внимание на малыша.

— Кловать клутая! У нас такой нет дома! — лепечет он, — а фто на завтлак?

— Пока не знаю, милый.

— Ой, здлавствуйте! — увидев незнакомое лицо, сынок краснеет, прячется за меня.

— Иди сюда, — Рус зовет Сашеньку.

Но тот продолжает за меня цепляться.

— Иди, иди! — подначивает его Кай, — хочешь познакомиться с мамой дяди Руслана?

Евдокия Ильинична с улыбкой смотрит на нас. Ребенок осторожно берет Кая за протянутую ладонь. Тот подводит его к пожилой женщине.

— Привет, — говорит ласково, — я Дуня. А ты кто?

Пучу глаза. Дуня? Ничего себе!

— Саса… — он явно стесняется.

— Приятно познакомиться, Сашенька, — она протягивает ему ладонь.

Руслан аж раздувается от самодовольства. Сейчас они с моим сыном мало чем отличаются. Саша жмет ее руку.

— У вас теплая лука.. — мнется, — и мягкая.

— Ты очаровашка, — улыбается она.

— Дядя Луслан мой папа! — заявляет он, — а у вас тозе два папы?!

Ох!

— Ты рассказал? — шепчу улыбашке.

— А что такого?

— Ничего. Просто необычно…

— Не волнуйся, Вася, — Рус притягивает меня к себе, целует в висок, — мама у меня мировая.

— Это я вижу.

Постепенно Сашенька проникается к своей будущей бабушке симпатией и уже вовсю лепечет о своей непростой малышковой жизни. Моя мама тоже присоединяется к диалогу и вот, на кухне уже целая толпа людей.

— Люда приготовит завтрак, — говорит мама Руса, — давайте мы с вами переместимся в гостиную.

— Поддерживаю! — говорит мама.

Пока их экономка занимается завтраком, мы рассаживаемся на удобном и мягком диване. Наши матери очень быстро находят общий язык. Но на фоне этой семейной идиллии Кай вдруг становится каким-то отрешенным. Больше молчит, смотрит в окно.

— Ой, правда?! А у нас… — мамы будто забывают о нас.

— У тебя классная мама, — шепчу Русу.

— Знаю. Поэтому я и хотел вас познакомить. Чтобы ты поняла: мои намерения самые серьезные.

Хихикаю. Но поведение Кая меня беспокоит. Он становится всё мрачнее.

— В этом доме подают вино? — слышу знакомый голос со стороны входа, — Рустам, ты всё красивее с каждым днём!

Элина Эдуардовна!

— О! — Рус подскакивает, — привезли нашу диву?

— Ты действуешь совершенно бесчестно! — актриса театрально закатывает глаза, цепляясь за молодого начальника охраны моих бандитов, — послать за мной это произведение искусства! Апполона!

— Я знаю, что ты падкая на красавчиков, — ржет Рус.

— Чертяка! — хихикает Элина, — Васечка! Ты здесь!

Она целует меня в щеку. Окинув всю нашу компанию взглядом, Элина Эдуардовна растекается в довольной ухмылке.

— Ну что насчет вина? — спрашивает ее Евдокия Ильинишна.

— Ой, Дунь! После поездки с этим ходячим сексом мне точно нужно выпить.

Гляжу на Рустама. Парень самодовольно улыбается. Интересно, у них с Элиной что-то есть? Судя по его поведению, он осведомлен о своей привлекательности. Наверняка не одна девушка пала жертвой этих черных глаз.

— А он женат? — спрашиваю у Руслана.

— Рустам? Нет. Он у нас сердцеед, на Элинку глянь, — ржет Климов.

— А они это…

— Любовники? — без тени стеснения уточняет улыбашка.

— Ну да…

— Возможно. Я не лезу в их личную жизнь. Хотя давно уже говорю ему, что хватит скакать по богатым дамам в возрасте, пора бы найти жену.

Теперь уже все три пожилые женщины мирно беседуют. Моя мама с ними, как рыба в воде. Сашенька купается во внимании, сидя на коленях Евдокии Ильиничны.

— Я постоянно здесь одна, — вздыхает она, перебирая