Два бандита для матери-одиночки - Бетти Алая

— Эй! Лина! На меня смотри! — гляжу в синие глаза своего бандита, — машина бронированная. Военные разработки. Так что всё будет хорошо. Не плачь, мамочка.

— Ладно… — выдыхаю.

Не скажу, что становится сильно легче. Мы выезжаем на дорогу. Вокруг множество машин и я успокаиваюсь. Не будут же нас убивать посреди города? Стараюсь глубоко дышать.

— Санька ждет тебя, — улыбается Руслан, — его лучше, чем президента охраняют.

— Спасибо вам.

— Это наш косяк, Вася, — вздыхает улыбашка, — размякли мы. Нужно будет преподать Каджиту урок. А заодно и остальным гиенам, что точат на нас зуб.

— Но ты ранен… Кай тоже, — тихо говорю.

— Не сейчас. Пока заляжем на дно.

— Моя работа…

— Забудь о ней. По крайней мере пока. Ты наша женщина и тоже под ударом.

— И что значит «залечь на дно»? — не унимаюсь я.

Мне нужно говорить с ними, иначе опять появится страх. А голоса моих мужчин успокаивают, вселяют уверенность.

— Кстати, — говорит Кай, — Лина беременна!

Тишина. Рус прокашливается.

— Что?

— Да!

— ЭЙ! — возмущаюсь, — ты с чего это взял?

— Ну ты же не пила таблетки? А в тебе столько нашей спермы было, — облизывается лысый, — nxy беременна! И наверняка не одним ребенком!

— Не пила? — Рус округляет глаза, — как это интересно!

Блин! Климов так смотрит! Внимательно, изучающе. А я краснею. По взгляду не могу понять его чувств.

Ты специально залетела!

Вспоминаю жестокие слова бывшего мужа. Ложь! Но почему-то мне сейчас становится стыдно. Это действительно мой косяк. Я с самого начала сказала, что пью таблетки, разрешила не надевать презервативы.

Я жду, что Руслан будет рад также, как и его друг?

— Круто, да? — улыбается Кай, — у нас будет малыш. Брат или сестричка для Саньки.

Но Климов молчит. Лишь смотрит. А я чувствую себя всё хуже. Кай рад, а вот Руслан…

— Ты чего затих-то?

— Ничего, — Климов отворачивается.

Я не имею права обижаться. Но всё-таки, какие же они разные!

Мы съезжаем с переполненной дороги. Высотки сменяются домами малой этажности. Кай жмёт на газ.

— Зубр, — вдруг сквозь зубы цедит Руслан, — у нас гости.

Сердце замирает. Вжимаюсь в кожу сиденья.

— Доставай пушку, друг. Попробую оторваться, — коротко отрезает лысый, затем бьет по педали газа.

Меня бросает в сторону. Резкий удар, лязг железа. МАМОЧКИ!

— Вася, пригнись! — рычит Рус.

А я вижу, как вокруг нас обступают четыре черных внедорожника.

Адреналин бьет в голову. Бросаюсь на сиденье, прикрываю голову. Так вот, почему Климов был так напряжен! Он уже увидел те машины.

Бум!

Лечу в другую сторону. Слышу мат, потом выстрел. Глухой звук, словно щелчок. Этого моя психика вынести уже не в состоянии.

Теряю сознание…

— Мама! — по лицу бродят крошечные нежные пальчики сына.

— Саша? — распахиваю глаза.

Лежу на постели. В большое окно бьются рыжие закатные лучи. Уже вечер? Сколько я была без сознания?

— Милый мой! Ты в порядке?! — сгребаю сына в охапку, целую.

Вдыхаю его легкий, нежный аромат. Мой родной.

— Мама! Задуфыф! — он начинает брыкаться.

Ну прям мужик. Улыбаюсь.

— Как ты? — глажу малыша по голове.

— Халасо! Дядя Кай и дядя Луслан скасали, фто ты долзна поспать! Но я скусяю, мамуля!

— И я скучаю, мой маленький.

Осматриваю комнату. Светлая, с большими окнами и высокими потолками. Обставлена со вкусом.

Поднимаюсь. В голове шумит.

— Ай! — нащупываю шишку на затылке, — ударилась всё-таки.

— Пойдем! Бабуля внизу! — малыш тянет меня к выходу, — дом такой болсой! Ни у кого такого нет!

Он гордо топает своими крошечными ножками. Саше нравится такая жизнь. Мой сын даже не понимает, что стоит за всей этой роскошью. Могу ли я позволить себе подвергать его опасности? И маму…

Спускаюсь.

— Мамочка! — Кай сидит на кухне, в его руках чашка кофе, — ты чего вскочила-то?

Руслан рядом с ним. Улыбается.

— Мы можем поговорить, Вась? — он бледный, но уже не такой измученный.

— Сань, пошли к бабушке. Твоя мама в саду, Лина, — говорит Кай.

А что происходит?

Кай берет моего сына за руку и уводит. Мы с Климовым остаемся наедине.

— Ты правда беременна? — встает, подходит ко мне.

— Уже переоделся… — смотрю на него в футболке и джинсах.

Он выглядит моложе. И улыбка не слезает с губ.

— Не меняй тему, сладкая, — берет мои руки и целует пальцы.

— Нет. Кай себе навыдумывал, — тихо говорю, — просто я… забыла про таблетки. Нужно купить будет.

— Не пей их больше, — тянет меня к себе, крепко обнимает.

Его объятия такие теплые. Крепкие. Так обнимает мужчина. Словно говорит: все в порядке, я всё решу. И решает потом. Без лишних слов.

— Я тебе верю, — вдруг шепчу.

— М? — он стоит, не отпускает.

— И Каю верю. Вы оба очень важны для меня. И сегодня я впервые испугалась, что потеряю вас.

— Никогда, Вася, — Рус прижимает меня к себе, целует.

Глубоко, с чувством. Не как обычно. А словно пробуя на вкус. Открывая новое.

— И я хочу стать отцом… — шепчет, затем снова целует.

А я жмусь к нему. Словно маленькая девочка, ищущая защиты. Уставшая выживать. Больше не желающая быть сильной. Я отдаю им право на себя.

— Ну опять! — гаркает Кай, внезапно появившийся в проёме.

— Что? — тянет Рус, — мне нужны положительные эмоции, чтобы быстрее встать на ноги.

— И думаешь, что можешь нашу мамочку себе забрать?

Лысый громила подходит сзади. Обнимает меня. Теперь оба мои мужчины сжимают меня в своих сильных руках. Сашки только не хватает. В который раз убеждаюсь, что лишь с этими двумя я счастлива.

— Кхм! — сзади раздается кашель, и разбивает наше нежное трио, — зятьки! Дайте мне привыкнуть!

— Мама! — бегу к ней, обнимаю, — я так рада, что ты в порядке!

— Ну, не считая морального ущерба, — она мирно грызет яблоко, — Сашеньке очень понравился ваш сад.

— Это моей матери, — говорит Рус, — она должна скоро приехать. Познакомитесь.

Мама Руслана? Я ведь ничего о них так и не узнала.

— Вы ей понравитесь, — Рус снова прилипает ко мне, — она живет здесь одна с прислугой. Порой медсестра приезжает. Но я все больше думаю, что стоит мне тоже переехать за город.

— Босс! — к нам заходит высоченный парень.

Ростом не меньше Кая, волосы длинные темные, стянуты на затылке в пучок. Идеально выбритый, в чёрной военной форме. Крепкий. Очень красивые восточные черты лица. Темные проницательные глаза. Но молодой, на вид лет двадцать, не больше.

— Рустам, — улыбается Кай, — ну что там?

— Всё готово. Мы выяснили, где засел Каджит со сворой. Ночью возьмем всех.

— Думаю, ты знаешь, что он нужен нам живым? — хрипит Руслан.

Его взгляд становится агрессивным, хищным. Мда, не хотела бы я встать у него