Два бандита для матери-одиночки - Бетти Алая

— Дай мне руку, — он говорит так тихо, что я медленно умираю от волнения.

Протягиваю ладонь. Рус сжимает её. Ледяной! Хотя кожа пылает.

— Я тебя люблю, Вась…

— И я… — шепчу.

— Так, любовь — это отлично, но Лина, — Кай сурово глядит на меня, — обойди квартиру, зашторь все окна, замки проверь. Но не высовывайся. Поняла?

— За вами гонятся? — леденею, — Саша…

— Он под присмотром Семена. После сада он заберет Саню и Светлану Петровну, отвезет в безопасное место. Давай, милая, быстрее. Я пока с этим бойцом разберусь. Не зря служил в спецназе, уж первую помощь окажу.

Бегу и быстро закрываю все окна. Меня трясёт от страха. Спустя полчаса Рус засыпает. Кай перевязал его рану.

Подхожу к нему.

— Пойдем на кухню, я твоё лицо обработаю, — говорю нежно.

— Лина…

И смотрит на меня своими синими глазами. Прямо, как у моего Сашки. Разве может такое быть? Мой малыш от бывшего, но совсем на него не похож. А гораздо больше в нем от этого громилы, с которым я познакомилась совсем недавно.

Он поднимается.

Беру Кая за руку, веду на кухню. Он такой собранный, сдержанный. Настоящий боец.

— Прости, — выдыхает, когда я сажаю его на стул, затем осматриваю лицо.

Такой красивый. И даже синяки и кровоподтеки его не портят.

— Хорошо вас отделали…

— Наркомафия, — говорит мужчина, — мы в нашем казино запрещаем толкать товар. А кое-кто оказался очень настойчив…

Я аккуратно, с любовью обрабатываю его раны. Он даже не морщится.

— Вас хотели убить? — мой голос дрожит, а следом я начинаю трястись.

— Мамочка, — он спокойно глядит на меня, накрывает мою руку своей, — хотеть не значит убить. Вас мы защитим. Сеня проследит, чтобы твои сынишка и мама добрались до нашей квартиры.

— Я за вас тоже очень переживаю… — кусаю губы.

— Правда? — он хитро прищуривается, кладет ладонь на мою попу.

Сжимает.

— Тебе не кажется, что сейчас не место? — шепчу, тем не менее не убирая его руку.

Мне нравится, когда Кай меня касается. Уверенный, сильный. Словно скала.

— Помацать твои прелести всегда уместно, мамочка, — он забирает антисептик и вату, складывает на стол, а меня тянет к себе на колени.

— Кай, — обнимаю его, — я так соскучилась по вам!

— И мы по тебе, Лина… прости, что…

Но я прерываю его извинения, кладу палец на пухлые губы. Затем поддаюсь порыву и целую. Поцелуй мгновенно становится жарким, требовательным. Кай тут же забирает инициативу, играет с моим языком.

А я стону. Не могу сдерживаться! Он нужен мне!

Мужчина поглаживает мою грудь через тонкую ткань халата. Опускается и развязывает пояс. Обнимает меня за талию. Гладит, дразнит меня кончиками пальцев. По коже рассыпаются мурашки.

— Кай… мы не… не должны… ммм…

— Тшш, мы быстро, сладкая… хочу тебя… нам обоим нужна разрядка… привстань-ка… вот так… хорошо, что ты без трусов… и уже мокрая…

Он стягивает брюки, освобождает член. Сжимает мои бёдра и усаживает меня сверху.

— Ах… боже мой… ты такой огромный… Кааай, — мои киска сильно, отчаянно его стягивает.

— Блядь… мамочка… ты пиздец какая горячая… в тебе так… не могу… — хрипит он, насаживая меня на себя, — смотри на меня… в глаза… вот так… умница…

Стул скрипит, но нам плевать. Кай заполняет меня всю до краёв. Быстрее. Интенсивнее. Губы мужчины ласкают мои соски. Что я делаю? Он же ранен! Но не могу сопротивляться… слишком сильно хочу этого лысого громилу!

Мы кончаем спустя пару минут этого бешеного танца. Быстро и очень сильно. Вместе.

— Посиди так, Лина, — шепчет Кай, затем морщится, хватается за ребра.

— Они сломаны?

— Возможно.

— И я тебе их доломала, — пытаюсь слезть, но он удерживает меня.

— Сиди… не уходи. Я так люблю тебя, мамочка… пиздец… никогда и никого так не любил.

— Я тоже люблю тебя, Кай…

Но тут мой взгляд падает на стол. И чудовищное осознание вспыхивает, словно молния. Я же со всеми своими проблемами совершенно забыла про противозачаточные…

Глава 17

Кай

— Ну вы чего устроили? — в дверном проеме появляется Рус, шатается, держится за бок, — чуть я за дверь, а вы уже сношаетесь!

— Руслан! — Лина вдруг густо краснеет, соскакивает с меня, запахивает халатик, — зачем ты встал?

Сука… она такая горячая и сексуальная, я голову потерял напрочь. Но продолжаю держать её руку. Тяну на себя, возвращаю на колени. Она моя!

— Ты чего шатаешься по квартире? Нам нужно Ленку вызвать, я лишь первую помощь оказал, — рычу на друга.

Беру мобильный. Рус ехидно лыбится.

— Что за Лена? — сухо спрашивает мамочка.

Улыбаюсь. Такая красавица, а когда так ревнует, хочется оттрахать ее еще разок. И не один.

— Врач. Таскает нам медикаменты и штопает после неприятных бесед с конкурентами. И не болтает.

— Ммм… понятно, — тянет она, не спуская с меня взгляда.

Встает, поправляет халат.

— Мне нужно в душ. Ты в меня кончил, — разворачивается и гордо топает на выход из кухни, — Руслан, марш в постель! Мне тут трупов еще не хватало!

— Мы ее не трахаем, мамочка! — говорю ей вслед.

— Только ты в наших сердцах, — хрипит Рус.

— Вали отдыхать! — гаркаю на Клима.

Беру в руки упаковку антибиотиков. Друг садится рядом.

— Ты мне жизнь спас, — кашляет.

— Не за что.

— Я тебя не благодарил.

Смеемся. Да, у нас высокие отношения.

— Что за таблетки? — смотрит на пилюли в моих руках.

— Антибиотики, что я тебе дал. Лина очень странно на них покосилась, будто бы испугалась, — кручу в руках упаковку, — обычные вроде.

— Просроченные может?

Мамочка включает душ. Слышу глухой шум воды. Хочу к ней! Вспоминаю нашу ночь. Член снова стоит. Только с ней так. Хочется накачивать ее спермой каждый день, ночь, утро… в обед и на ужин. Пиздец я подсел.

— Не.

— Она ревнует, — хмыкает друг, — тут водка есть? Болит пиздец… всё тело нахуй. Долбаный козлина этот Каджит! Подставил… на ноги встану, ебальник разобью.

Каджит — это один из местных «воротил». Торгует девочками, наркотой и паленой водкой. Это с виду всё у нас чинно и красиво, в подполье всё еще «цветут» понятия из девяностых.

— Главное, чтобы Лину или ее родных не зацепило. Надо сейчас на дно залечь, отправить ее мать и Саню подальше.

— А Ваську себе оставим? — облизывается Рус.

— Конечно. Увезем и будем трахать днями и ночами напролет во всех позах, — мечтательно прикрываю глаза.

Ребра сильно болят. Знатно меня уделали. Давно так не нарывались. Беру мобильный. Набираю Ленку.

— Привет, Лен, — и тут из ванной выходит Лина.

Ее аппетитную фигурку