Дар огненной саламандры - Ти Шарэль

Иногда ректор тренировался с огнем. В такие моменты я понимала, что моя группа на занятиях по практике — слепые и беспомощные щенки перед таким противником. Аверик был виртуозен. Он почти не пользовался обычными снарядами. Зачем? Его огонь был послушным и причудливым, принимая каждый раз различные формы: плеть, стена, лассо.

Иногда я засматривалась так, что практически забывала о своем собственном занятии. Давала себе мысленную оплеуху и отворачивалась, собирая остатки силы воли для концентрации. Я не хотела себя обманывать, мне нравился такой герцог — сильный, красивый мужчина, воин и маг. Если забыть о его несносном характере и жутком самомнении. Но Ярра даже это не считала недостатком, и, порой, я начинала подозревать, что она каким-то образом влияет на мои мысли, заставляя испытывать приязнь.

Мои дни в академии стали более размеренными. Или это я стала более спокойной? Вечерами я заставляла себя работать с графемами, а если была сильно уставшей, чтобы вникать в эту мешанину физики и магии, то шла в библиотеку и брала библы по витологии, пытаясь параллельно найти ответы на собственные вопросы.

— «Где настоящая Астерия, Ярра?» — решилась спросить я как-то.

— «В твоем мире».

— «Как это могло произойти?»

— «Все идет как должно».

— «Мои родители…»

— «Твоя мама знает больше, чем ты думаешь. Твоя бабушка совершила ошибку, детка. А расплачиваться пришлось тебе с матерью».

— «Расскажи!»

— «Позже. Еще рано».

— «Как мне вернуться?» — я, наконец, задала главный вопрос и с замиранием сердца ждала ответ.

— «Никак. Пока никак. Позже сможешь. Если захочешь».

К сожалению, больше на эту тему Ярра разговаривать отказалась, и я уступила. На время. Вопреки моим страхам, мне было с ней почти комфортно. Жаль только, что из-за приступов головокружения, разговаривать мы могли в редкие моменты уединения.

Время неумолимо отлистывало дни. Я завела на доске календарик как визуальный мотиватор, и теперь отчетливо понимала, что мне нужно ускориться. Отложила изучение витологии и максимально сосредоточилась на теории, открывая альбом каждую свободную минуту — вечерами и во время уроков со свободным посещением.

— Вит Лавий, — обратилась я к лектору после очередного урока, когда набралась храбрости. Рамус ждал меня за дверью. Он предлагал подойти вместе, но вряд ли это было бы хорошей идеей.

— Слушаю вас, вита Астрия, — колючие глаза преподавателя впились в мое лицо, и я сглотнула.

— Я хотела бы сдать зачет по вашему предмету за четвертый курс, — пробормотала я, растеряв всю решимость. Этот человек вызывал у меня страх — безотчётный, но непреодолимый. И настолько сильный, что я забывала, как дышать.

— Уверены, что готовы? — в его голосе не было издевки, только лед. Мне захотелось подуть на вдруг озябшие пальцы.

— Д-да, — выдавила я.

— А я так не думаю, — он постоял, задумчиво глядя на меня. Я смогла протолкнуть замерзшее дыхание в легкие и обратно, и снова перестала дышать, когда вит Лавий продолжил. — Я готов уделить вам время, чтобы объяснить… сложные моменты.

— Что? — спросила я, непонимающе глядя на него. Он. Мне. Готов. Объяснять?

— Жду вас завтра во время обеденного перерыва, — безразличным тоном объявил лектор.

Я нашла в себе силы кивнуть, и тут же пулей выскочила из кабинета.

— Ну как прошло? — спросил Рамус, как только я захлопнула дверь аудитории.

В последние дни, опека парня из молчаливой переросла в деятельную. Я была благодарна, честно, но, все-таки, не могла принять его дружелюбие без опаски.

— Не знаю, — честно сказала я, пытаясь справиться с потрясением. — Вит Лавий предложил дополнительные занятия.

— Серьезно? — глаза Рама округлились. — Первый раз слышу, чтобы кто-то удостаивался такой… чести.

— Сомнительной, — буркнула я, направляясь на следующее занятие.

А на другой день, не менее сомнительную честь мне оказал вит ректор, пригласив на прогулку по парку. Его не было на вчерашней тренировке и я, честно признаюсь, испытала легкое разочарование. Сократила собственное занятие до минимума и снова засела за альбом Грэма.

Но до вечерней прогулки у меня время было, а занятие с витом Лавием предстояло прямо сейчас.

— Присаживайтесь, — кивнул магистр на первый ряд, и я проскользнула на сиденье.

— Давайте посмотрим, что вы смогли узнать. Откройте свой альбом и зарисуйте знак ускорения.

Это я помнила. Торопливо открыла альбом на пустой странице, зарисовала карандашом знак, добавила нужные векторы.

Вит Лавий поднялся в проход между рядами и встал позади меня, глядя через плечо. От его присутствия у меня волоски на шее встали дыбом. Я поежилась, отчетливо ощущая себя жертвой — кроликом, сидящим беззащитной спиной к волку.

На моем запястье снова нагрелся браслет. Когда жжение стало нестерпимым, я обхватила запястье другой рукой, и вит Лавий хмыкнул, заметив мой жест. Жжение сразу исчезло.

— Хорошо, — медленно проговорил магистр за моей спиной, и не понятно было, о чем он говорит — о знаке или обнаруженном артефакте. Я молча смотрела в стол, ожидая дальнейших действий мужчины.

Задания посыпались одно за другим. Весь час я рисовала, вспоминала и снова рисовала. Несколько раз магистр поправлял меня. Его комментарии были сухими, но понятными.

— Достаточно, — наконец, объявил вит Лавий. — Продолжим завтра. В то же время.

Я быстро покидала свои вещи в сумку, попрощалась, не поднимая глаз, и вышла. Рамус ждал меня в коридоре.

— Вита Астерия! Вы… такая бледная!

— Знаешь что, Рамус, — неожиданно бросила я в сердцах, — или ты обращаешься ко мне на «ты» или никак.

Парень ошарашенно замер, потом оглянулся на дверь, определил источник моей агрессии и кивнул:

— Хорошо, Астерия. Но только наедине.

После занятий я вернулась в комнату, чтобы оставить сумку. Постояла перед шкафом, раздумывая, нужно ли мне переодеваться для встречи с ректором. Решила, что не буду. Накинула на рубашку с жилеткой пиджак и вышла на крыльцо, решив подождать вита Аверика снаружи. Но, к моему удивлению, он меня уже ждал. Окинул внимательным взглядом и, указав рукой в сторону парка, спустился по ступеням. Я пошла рядом, отвечая на ничего не значащие вежливые вопросы. Но, после занятия с витом Лавием у меня почти не осталось душевных сил, и я устало спросила:

— Зачем вы позвали меня, вит Аверик?

— Могу я пообщаться со своей невестой?

Ну вот, он снова за свое. Конечно, я не могла оставить это утверждение без ответа, поэтому прогулку мы продолжили, разговаривая на несколько повышенных тонах, пока речь не зашла о моих дополнительных занятиях.

— Как проходят ваши занятия?

— Занятия проходят... результативно.

Да уж. Подходящая формулировка, не поспоришь.

— Вит Лавий груб с вами?

— Нет. Он строг. Но беспристрастен. Наверное.

— Я могу поприсутствовать на вашем занятии? — спросил