Дар огненной саламандры - Ти Шарэль

За нами прислали королевский кэб, и я чуть оживилась в преддверии путешествия, пусть и не далекого.

На улице уже заметно похолодало. К концу Листопада деревья стояли абсолютно голые и, несмотря на то, что месяц Первого Снега еще не настал, сам первый снег уже пару раз покрывал тонким слоем траву и дорожки. Спортивные занятия перенесли в зал под академией, и на улице теперь мы занимались только огневой практикой.

Из гардероба Астерии я выбрала ботинки и короткую дубленку и, стоя на крыльце, жалела, что не нашла какую-нибудь шапку. Мелисса закуталась в шарф по самый нос. Мы перебрасывались вежливыми фразами, от которых обе испытывали еще большую неловкость. И слаженно выдохнули, когда королевский кэб приземлился перед ступенями. Красивое и волшебное средство, все еще удивляющее меня самим фактом своего существования.

Внутри кэба я сразу прилипла к окнам, которых снаружи и видно не было. А изнутри открывался вид от пола до потолка в обе стороны. Мелисса села у другого окна и всю дорогу мы усиленно делали вид, что любуемся пейзажами.

Ткань на платье мы выбрали почти не сговариваясь. Когда мастерицы приложили к моим рыжим волосам темно синюю плотную ткань с вышивкой в тон, дружно закивали все — и мы с Мелиссой и сами девушки. Дополнительные ткани — на нижние юбки и отделку они подберут потом сами, а мы основательно зависли над фасоном. Но мое оживление уже сошло на нет, и в конце концов, я согласилась на первое платье, что одобрили мастерицы и моя бывшая соседка.

— Выпьем кофия в городе? — спросила Мелисса, когда мы вышли из мастерской.

Я кивнула и подошла к водителю кэбу, чтобы уточнить — сможет ли он нас забрать чуть позже. Мужчина не возражал.

Мелисса повела меня в местный аналог кафе, оживленно рассказывая по дороге про столицу. Пожалуй, даже слишком оживленно.

«Что-то не так» — подала голос Ярра, но я это и сама видела. Девушка стала нервничать и постоянно оглядываться по сторонам.

— Мелисса, что случилось? — спросила я, — ты что-то…

Договорить я не успела. Сильные руки ухватили меня поперек живота и рывком затащили в темноту дверного проема.

Испугаться я толком не успела. Зашедшая следом Мелисса включила свет и закрыла дверь. Я вывернулась из неохотно отпустивших меня мужских рук, уже по лицу Мелиссы понимая, кого увижу. Вика, конечно.

— Объясните мне — что происходит? — сердито спросила я, отступая.

— Прости, Тэрри, — Мелисса подошла ближе и теперь умоляюще заглядывала в глаза. — Я знаю, ты бы не согласилась встретиться, а Вик очень просил.

— Терри, — вмешался Виктор, — я знаю о состязании. Я заберу тебя.

— Для чего?

Мужчина моргнул, а я подумала, что называть этого человека парнем у меня теперь язык не поворачивается. Два месяца назад он был совсем другим — более расслабленным и беззаботным. Его волосы отросли, на щеках появилась легкая щетина, но главное — изменился взгляд. Стал жестче и острее.

— Я приехал нелегально, Терри. Я думал, что тебе нужна помощь.

— Нужна, — честно признала я, — но я не понимаю, Вик, как мне можно помочь.

— Я увезу тебя.

Я хмыкнула, совершенно успокоившись и с легким интересом разглядывая мужчину:

— Каждый вит определяет во мне саламандру раньше, чем видит меня саму.

— Я знаю, Тэрри, я подготовился. Все-таки, не зря я был лучшим в потоке. Держи.

Вик протянул мне браслет. Его назначение было очевидным, но я брать я не торопилась.

"Ярра?" — позвала я. — "Опасность нам грозит?"

"Нет", — сказала драконица. С неохотой, как мне показалось.

Артефакт я взяла. Мелисса подошла ближе и теперь тоже рассматривала украшение — массивный широкий браслет со странными голубоватыми камнями.

— Тэрри, — снова обратился ко мне Вик, пока я вертела украшение в руках, — я сделаю все, чтобы помочь. Только скажи — как?

— У меня есть время... - начала я, но Вик меня перебил:

— И что оно тебе даст? Я увезу тебя к своим дальним родственникам. С браслетом никто не узнает в тебе виту, а тем более саламандру. Я... не буду тебя ни к чему принуждать, Тэрри.

— Вик, — сказала я твердо. — Спасибо. Я правда очень ценю твою помощь. Особенно сейчас, когда кажется, что никому не нужна я сама, а только мои способности.

Кстати, а как именно я или Ярра сможем сделать вита драконом? Вряд ли ответ мне понравится, поэтому спрошу позже.

Вик уже понял, что я скажу и помрачнел. Мелисса посмотрела с уже привычным укором. Я продолжила:

— Я воспользуюсь твоей помощью, даю слово. Если не будет другого выхода. Проходить обряд не по своей воле я не буду ни с кем.

— Я обещал тебе, Тэрри, что всегда буду рядом. Найди меня через Мелиссу. С тобой запрещено общаться напрямую. Только с разрешения ректора.

При этих словах взгляд Виктора сделался жестким и злым. Но, в целом, я его понимала. Меня такая новость тоже не порадовала.

— Идите. Тебя уже ищут.

Я хотела сказать, что предупредила водителя, но мимо дома, мелькнув в занавешенных окнах, пробежало несколько человек. Я нахмурилась, а Вик горько улыбнулся:

— Думала, что тебя отпустят в город без присмотра? Не будь наивной, моя девочка. Береги себя.

Мы выждали несколько минут и пошли обратно к кэбу. По дороге мы не разговаривали. Я все еще вертела в руках браслет и думала, что это выбор без выбора. Кем бы я ни была — витой или виталиной — своей жизнью мне жить не дадут.

И снова дни потянулись серой чередой. Я пропадала в библиотеке, но с каждым походом туда ширилась пропасть безнадежности. Пожалуй, в эти дни я была самым несчастным существом во всей академии. Все остальные оказались захвачены подготовкой к Королевскому Балу — событию из ряда вон выходящему.

В первую очередь, оно захватило девушек, но и парни не остались безучастными. Отделение артефакторов готовило какое-то немыслимое освещение, лекари обещали поразить всех напитками, боевики старших курсов пытались создать огненного дракона. Видела пару раз их попытки — если эта толстая змея и есть дракон, то хорошо, что их так мало.

Грэм держал меня в курсе относительно предстоящих состязаний, а я держала браслет в укромном месте, решив воспользоваться им, когда станет ясно, что выбора нет. Надеюсь только, что мое решение не выйдет боком самому Вику.

Я сидела в библиотеке, когда вошел Грэм. Он еще и слова не успел сказать, когда