Фредерик - Алиса Бастиан

— В общем, хочу немножко поиздеваться. — Ты взяла свою сумку с соседнего кресла и положила её на колени. — Так что, есть номер-то?

— Не надо, — усмехнулся доктор Ч.

— Что, думаете, он не заслуживает, чтобы над ним немножко поиздевались? — подняла брови ты.

— Заслуживает, но не заслуживает, чтобы это делали вы.

Ого.

Вы посмотрели друг на друга, улыбнулись друг другу, поняли, что никакого напряжения между вами больше нет.

— Ладно, — сказала ты. — Может, вы и правы.

Пора было расходиться, но у тебя были другие планы. Ты надеялась, что доктор Ч. проводит тебя на остановку. Как назло, он снова подвёл тебя, как и вчера:

— До свидания, — вежливо и почти с теплотой сказал он, неизменно помогая тебе надеть пальто. — Хорошего вечера.

— И вам, — отозвалась ты весьма разочарованно.

Доктор Ч. вернулся за свой стол, и тебе пришлось выйти из кабинета. Но далеко ты уходить не собиралась. Через пару минут доктор Ч. закрыл кабинет и застал тебя на скамейке для посетителей. Ты усиленно рылась в сумке и старалась придать лицу тревожное выражение. Потом громко вздохнула и посмотрела на психиатра.

— Что случилось? — спросил он, видя, как ты расстроена.

— Представляете, — сказала ты донельзя печально, — кажется, я забыла ключи от квартиры.

— О, — доктор Ч. не ожидал такого ответа. — У кого-то ещё они есть?

— Да. У соседей.

Ложь. Вы никогда не позволили бы соседям держать у себя ключи от вашей квартиры.

— Но они в отъезде, — добавила ты. — Можете себе представить?

— Это плохо, — задумчиво отозвался доктор Ч.

— Они должны вернуться завтра. Но я не люблю отели и не хочу тратить деньги, — вздохнула ты.

— Понимаю, — сказал он, на самом деле не представляя, к чему ты клонишь.

Десять долгих секунд вы смотрели друг на друга, и ты наконец решилась:

— Могу я переночевать у вас? — прямо спросила ты, надеясь, что это его обезоружит. — Всего одну ночь?

Или как пойдёт.

— Что ж, — если доктор Ч. и смутился, то никак себя не выдал, — пожалуй, это можно устроить. Но, думаю, вам придётся оказать мне определённую услугу.

— О, разумеется, — понимающе улыбнулась ты.

Предсказуемый извращенец. Ничего, ты была готова.

— Мне как раз нужно помыть холодильник, — ухмыльнулся доктор Ч.

30

На улице шёл мелкий дождь. Доктор Ч. раскрыл огромный зонт-трость и держал его над тобой — ну ладно, над вами обоими, — одной рукой вызывая такси в приложении. Уже не в первый раз. Он вполне мог позволить себе ездить на такси каждый день. Впрочем, ты не возражала. Сейчас тебе больше хотелось сесть в сухую тёплую машину и поехать навстречу неизвестному, чем трястись в промозглом автобусе по дороге в своё одинокое убежище, пустотой напоминающее, как далека ты от своей потерянной жизни.

Это просто зонт. Доктор Ч. знал это, но всё равно ощущал что-то забытое и весьма приятное, держа его над тобой. Возможно, потому что давненько он не держал зонтов над красивыми женщинами, которые собирались ехать к нему ночевать. Он вспомнил, что всё-таки успел убрать небольшой утренний бардак, и порадовался этому. Он даже подумал, что очень кстати выстирал то мягкое одеяло, которое он даст тебе накрыться. Дальше его мысли направились куда-то не туда, и зонт начал крениться.

Хорошо, что такси уже подъехало.

Через пятнадцать минут вы были дома у доктора Ч. Ты сняла пальто и обувь, оказавшись в носках и своём костюме из вискозы. Хорошо, что рубашка была длинная и свободная. Можно будет остаться в ней, если что. Конечно, тебе ужасно хотелось взять с собой сменную одежду, что-то домашнее и удобное, а ещё тапочки, зубную щётку и прочее, но это было бы уже слишком. Ты же не могла знать заранее, что забудешь ключи и будешь ночевать в чужой квартире, верно?

Удивительно, но у доктора Ч. нашлись тапочки для гостей. На вид даже чистые. Буквально новые. Вероятно, гостей у него бывало не так много. Он решил показать тебе своё жильё, и ты отметила, что делает он это не без гордости. Понятно, почему: это была огромная, просто гигантская квартира, в гостиной которой даже стоял рояль.

— Вы играете? — с искренним удивлением спросила ты.

Почему-то тебе с трудом представлялся доктор Ч., играющий Шопена или Рахманинова.

— А, не особо, — в буквальном смысле отмахнулся он, проходя дальше, на кухню.

Всё ясно. Лишь статусный предмет интерьера, изысканное свидетельство богатства и успешности.

Ты с грустью смотрела на белый лакированный Bechstein и вспоминала, как вы спонтанно сыграли Шопена в четыре руки на второй день знакомства. У твоего сердца не было выбора уже тогда.

— Хотите поиграть? — спросил тебя доктор Ч., заметивший, что ты застряла в гостиной.

Я уже играю. И надеюсь, что в итоге мелодия будет не для двух рук.

— Нет, — покачала ты головой, проходя к кухне. Естественно, огромной, красивой и обставленной всевозможной техникой. Ты никогда не стала бы играть для доктора Ч.

Дальше он показал тебе ванную (с очень просторной душевой кабиной) и уборную, тоже огромные, отдельную комнату-кабинет с книжными шкафами и письменным столом (всё не такое удручающее, как в лечебнице). Свою спальню он почему-то показывать не стал, хотя тебе было бы интересно её посмотреть. Она могла бы многое рассказать о докторе Ч. Какого цвета постельное бельё? Что на прикроватной тумбочке? Может, что-то неприличное?

Может, ты скоро это узнаешь.

В целом квартира доктора Ч. выглядела лучше его кабинета в больнице. Она была не такой вычурной, не такой пафосной (если не брать в расчёт рояль), не такой безвкусной. Возможно, потому, что в ней его почти никто не видел и не было необходимости каждый день выставлять всё напоказ. Просторная, без лишнего хлама, современная.

Немного пустоватая.

Одинокая, если уж на то пошло.

Доктор Ч. ушёл в спальню переодеться, а ты вернулась в комнату-кабинет. В углу стоял увлажнитель воздуха, на столе лежало несколько папок с бумагами. Ты прислушалась: он ещё не вышел. Ты невзначай скинула бумаги на пол, чтобы при необходимости изобразить, что произошла случайность и ты их просто поднимаешь. Присев, ты стала рассматривать листки и поднимать их обратно на стол. Что-то было совсем неинтересно: счета, налоговые декларации, рабочие таблицы. Потом ты отдёрнула руку, порезавшись об острую бумагу; на пол упала капля крови. Как раз рядом с его фотографией, выглядывающей из прозрачной папки. Ты сунула палец в рот, чтобы остановить кровь, и стала просматривать документы. Это было настоящее чёртово досье на твою любовь. От основных