Создатель злодейки. Том 1 - Sol Leesu

– Вы выглядите счастливой.

Вместо того чтобы внимательно меня слушать, он просто пялился. Лишь тогда я поняла, что воодушевилась настолько, что это отразилось на моей мимике..

– Кх… кхм… – Я неловко прокашлялась и отвернулась.

Тогда Киллиан мягко развернул меня обратно к себе. Когда наши взгляды встретились, его зрачки заблестели, будто отраженный в воде лунный свет.

– Приятно смотреть.

На что? На твою улыбку? Я ошарашенно уставилась на него, а потом, словно обезумев, закашлялась сильнее.

Киллиан терпеливо подождал, пока я успокоюсь, и лишь тогда спросил:

– Вы любите платья?

Я хрипло ответила:

– Ну… в детстве я какое-то время мечтала создавать одежду. Но потом жизнь взяла меня в оборот, и я забыла о мечтах.

Да, я всегда интересовалась нарядами. Хотя платья в стиле рококо, которые сейчас повсеместно распространены в империи, я находила совершенно неудобными и раздражающими.

Именно поэтому я и включила в свою книгу эпизод, где Шарлотта придумывает новый фасон платья. Вообще-то, сама Шарлотта была воплощением того, кем десять лет назад я хотела стать. У нас был похожий характер, но совершенно разное окружение.

Мне всегда казалась завидной жизнь, где тебя любят просто так, без усилий. Я хотела провести такую жизнь, в которой даже человек без особых достоинств, как я, получал бы любовь, защиту и поддержку своих желаний.

Но ирония судьбы заключалась в том, что в итоге я стала Айлой-злодейкой и вместо любви снискала лишь презрение, да еще и оказалась на грани смерти. Ну да, жизнь редко идет по плану.

Чтобы стряхнуть нахлынувшую тоску, я сказала как ни в чем не бывало:

– Мало кто в мире живет так, как хочет. Мечта потому и мечта, что ее невозможно осуществить.

– Неужели?

– А у тебя была мечта, Киллиан?

– Я уже и не помню.

– Ха-ха, и что это значит?

Он снова примерил свое амплуа пятисотлетнего старика? Я только рассмеялась над его старческим ворчанием. А ведь если подумать, я и сама совсем недавно напрочь забыла, что у меня когда-то была мечта.

Вот ведь… я и сама превращаюсь в старушку.

– Киллиан, ты же сам говорил, что если я не хочу носить корсет, то могу этого не делать. Услышав это, я сразу подумала о таком платье.

Я рассмеялась и отмахнулась, словно это пустяк, но он тут же спросил:

– А помните, что я сказал потом?

– Хм… «если что-то не нравится, нет никакой причины подгонять себя под это»?

– А потом?

– Сделать так, чтобы он не был нужен. Если корсет не нужен, то и надевать его не придется, верно?

– Вот видите, вы нашли решение.

С этими словами он, будто в знак похвалы, погладил меня по голове. Та закачалась в такт его движению, и я, ошарашенная, только и смогла, что смотреть на него с глупым видом.

Нет, серьезно? Он считает это нормальным планом?

Смоделировать и сшить платье, которого в этом мире никогда не существовало, и появиться в нем на императорском балу, где собираются самые педантичные аристократы высшего общества?!

– Меня же точно за это осудят…

– Тебя все равно осуждают, что бы ты ни делала. Так что уж лучше пусть будет за что.

Логично, даже возразить нечего. Я невольно кивнула, поддавшись его убеждению. И правда. Если меня в любом случае будут ругать, то почему бы не надеть то, что хочется самой?

Увидев, что я мгновенно прониклась его словами, Киллиан рассмеялся: мол, хоть теперь-то мы нашли общий язык.

– У вас приоритеты перевернуты с ног на голову.

– Э?..

– Запомните: на первом месте – вы сама. – Он ткнул мне в лоб указательным пальцем и продолжил: – Сначала думайте о том, чего хотите вы, чем вы хотите обладать, что вам нужно сделать, что принесет пользу, что доставит вам радость. Все остальное можете решать потом, когда завершите свои дела и вам станет скучно.

Он вновь вошел в роль гувернера и поправил мою неровную осанку.

– Ваш ответ?

Добровольно выбрав в качестве своего учителя главного злодея среди всех злодеев, я должна была принимать его поучения такими, какие они есть.

– Да, поняла.

– А если кто-то назовет это эгоизмом, пусть тогда всю жизнь проживет, озираясь на чужое мнение.

– Перестань читать мои мысли.

– Это не чтение мыслей, а проницательность.

– Проницательность? И что это, по-твоему?

– Когда живешь бесчисленные века, когда многое видишь и многое переживаешь, то просто начинаешь все понимать.

Тридцать с лишним лет навряд ли можно назвать вечностью. Я подумала, что он всего лишь хорошо читает людей, и рассеянно потрогала свое лицо. Хотя я считала, что неплохо умею скрывать эмоции… странно.

– Итак, кого вы хотите в качестве мастера пошива?

– Ты и правда приведешь любого?

Он поднял бровь, как будто удивляясь, почему я задаю такие очевидные вопросы.

– Назови имя.

Если бы это сказал кто-то другой, я бы бросила на него холодный, пренебрежительный взгляд, думая при этом: «Что это за пафосные речи!» Но ведь это Киллиан… и если он говорит «приведу», то вполне может и силой притащить.

– В таком случае… – Я на секунду задумалась, а потом невольно улыбнулась. Если можно привести кого угодно, то выбор очевиден. – Императорский придворный мастер. Лучший в этой эпохе, Полан.

– Ха.

– И кстати, это как раз то, чего я хочу. И то, чем я хочу владеть. И то, что принесет мне выгоду. Верно? Значит, обязательно нужно это сделать.

Он рассмеялся, не ожидая такого поворота. А я не удержалась от искренней улыбки, чувствуя, что застала всегда невозмутимого мужчину врасплох.

– Если уж решилась, то надо сделать все как следует, ведь я использовала громкое слово «мечта»…

Он фыркнул, но, видя мою детскую радость, тоже усмехнулся.

– Вы хоть знаете, почему придворного мастера называют придворным?

– Но ведь ты все равно сможешь привести его, правда?

– Сделаю что угодно.

В ответ на легкий вызов в моем голосе Киллиан мило улыбнулся. А затем изящно наклонился, как бы отдавая честь.

– Если это приказ моей госпожи, я с радостью его исполню.

Когда же он снова поднял голову, на губах его появилась редкая зловещая улыбка – та самая, что напоминала мне о Короле демонов.

* * *

– Я подготовил для тебя новые покои. Скоро за твоими вещами пришлют людей, так что с сегодняшнего дня ты будешь жить во дворце, – Вернер наконец заговорил о том, что давно его беспокоило.

Ему не нравилось, что Шарлотта живет в доме людей, с которыми ее не связывает родство.

– Что? – Шарлотта удивленно распахнула глаза, словно не понимая, с чего бы наследному принцу вдруг проявлять к ней такую заботу. – Ваше высочество, я уже доставила вам немало хлопот. Того, что вы