Искусство быть тобой - Эмили Ли

«Ваша Светлость», как будто не знает, что она ему по статусу, как Анита. Лорд немного стушевался под её тяжелым взглядом и потянулся за часами, любовно погладил их в кармане. — Его Высочество Финн настоял на отсутствии слуг при трапезе, — сказал Кейден, заполняя долгую паузу. — Поэтому позвольте поухаживать за вами. Что вам положить? Кейтлин наугад ткнула пальцем ближайшее блюдо и, чуть отстранившись, следила, как Кейден наполняет её тарелку. Далее последовал вопрос про напиток. И снова Кейден учтиво исполнил её желание. Потом приступил к трапезе сам. Кейтлин взяла вилку и, настороженно поглядывая на лорда, подцепила лежащие мелконарезанные овощи. — Ваша Светлость, правильно этот столовый прибор нужно держать вот так. — Лорд продемонстрировал. Она помнила шутку Кайла, но всё равно повторила за Кейденом: всё-таки старик не производил впечатления шутника. Лорд одобрительно кивнул и... начал объяснять назначение столовых приборов, порядок потребления блюд. Голос лорда был лишен поучительных интонаций или скрытой иронии, не было и чувства превосходства, какого-то мрачного торжества во взгляде. К этому прилагались вежливое обращение на «вы» и обязательная приставка «Ваша Светлость». Кейтлин за время ужина прошла все стадии принятия: отрицание, гнев, смирение. Вначале она даже, грешным делом, подумала, что старик спятил и принимал её за настоящую Мередит, но всё продолжающая лекция этикета каждый раз эту мысль обрывала. Перед тем как покинуть столовую, Кейтлин всё же решилась спросить: — Кейден… — И тут же осеклась. Он к ней с таким почтением относился весь вечер, что её вольное обращение теперь прозвучало высшей степенью грубости. — Лорд Реджир, вы же знаете, кто я. Так к чему это всё? Мы с вами наедине, вы не обязаны… — Мысль она не закончила. Почему-то не хотелось. Показалось унизительным. Как будто вежливости и почтения была достойна только Мередит, а не Кейтлин. Он словно угадал её мысли — взгляд потеплел. — Я надеюсь, вы же не всерьёз думали, что я стану грубить красивой леди? Вот теперь она уловила его иронию. Но не такую, как у Кайла, а… по-отечески добрую. И это сбивало с толку и смущало. Она привыкла злиться на Кейдена и теперь не знала, как отнестись к нему такому. Она отчаянно пыталась найти, как увести сейчас начатый ею самой разговор в другое русло, но, как назло, не могла ничего придумать. — У меня есть несколько книг, которые могут показаться вам полезными, — сам перевел тему Кейден. — Спасибо, лорд Реджир, я на них с удовольствием взгляну. — Я принесу вам их чуть позже, лично, — с улыбкой сказал он и добавил: — И лучше говорите «лорд Кейден», если можно. Слишком официальное обращение меня смущает. — Конечно, лорд Кейден, — сказала Кейтлин и направилась на выход. Мысль пришла внезапно и заставила волноваться. Кейтлин обернулась. — Могу я покидать свою комнату? — Ваш вопрос оскорбительный! — вполне натурально возмутился лорд. — Вы гостья, не пленница. А скоро станете и хозяйкой. Кейтлин хмыкнула. У Финна точно на этот счет было другое мнение. — Хорошего вечера, — поспешила попрощаться она, боясь, что Кейден вдруг скажет, что пошутил. — Хорошего вечера, Ваша Светлость.

Глава 14

Несмотря на темное время суток, парк хорошо был освещен. Кейтлин подозревала, что пока господа не спят, фонари не гасят на случай, если вдруг кто-то захочет прогуляться. Она медленно блуждала здесь уже не один час, размышляя о прошлом и гадая о будущем, и никого за это время не встретила: ни слуг, ни охраны. Порой она ощущала чьё-то пристальное внимание, но когда резко оборачивалась в попытке застать врасплох, то никого не видела. Списав в конце концов это на усталость, Кейтлин стала каждый раз отмахиваться от вспыхивающих тревожных мыслей об убийце, который мог сюда проникнуть. И пусть слуг здесь немного — Финн об этом упоминал, — охраны хватало. Это она заметила ещё на подъезде к резиденции. Кейтлин надеялась, что урок Его Высочество усвоил и не допустит повторения истории с Мередит. Решив перед сном немного посидеть у воды, Кейтлин направилась к пруду. Оказалось, подобная мысль посетила не только её. Стройную фигуру Кайла увидела издалека. Младший принц расслабленно сидел на лавочке, вытянув и скрестив ноги, он смотрел вдаль. Руки были сцеплены в замок — большие пальцы описывали круги по отношению к друг другу, подобно маятнику. Девушку услышал сразу, как только она вышла из-за поворота, и повернул к ней голову. — Тебе не хватает изящества при ходьбе, — сказал Кайл, как только она подошла, и пододвинулся. — А тебе такта при разговоре, — парировала Кейтлин и села рядом, а потом спохватилась и спросила: — Это прилично? — Она дополнила вопрос выразительным взглядом, показывая, что сидит возле него. — Можешь постоять, — небрежно бросил он и снова уставился вдаль. — Так точно будет неприлично, — иронично сказала Кейтлин, надеясь, что он откликнется и вернётся в прежнее расположение духа. Видеть его таким задумчивым и угрюмым — непривычно. Кайл хмыкнул. Устало. — Сильно ругался? — решилась спросить Кейтлин. — Кто? Финн? — не понял вначале Кайл. Девушка кивнула. Принц вдруг захохотал, снова заговорил, только когда смог успокоиться. Зло. Язвительно. — Вот только не говори, что беспокоилась за меня. — Беспокоилась, — честно сказала она. — Ты же не рассчитываешь, что я сейчас растаю от твоей поддержки и расскажу слезливую историю про сложное детство, не любовь матери и пренебрежение отца? — продолжил глумиться над её душевным порывом он. — Хочешь подружиться, втереться в доверие или забраться в мою постель? — А у тебя есть такая история, от которой всё это будет возможно? — спокойно спросила Кейтлин, вглядываясь в его лицо и пытаясь разгадать, где притворство, а где спрятана реальная боль. Зачем ей это? Она не знала. — У меня было и есть всё, что я пожелаю. И беспокоит меня только скука. Когда перепробовал, получил и увидел всё, что хотел, сложно чем-то удивить или обрадовать. — И поэтому цепляешь брата? Хочешь повысить градус эмоционального накала? Это твой способ разлечься? — В точку! — ухмыльнулся он. — А ты сообразительная! Люблю таких… С ними весело… — Выходит, ты сегодня знатно повеселился. Финн очень злился, наверняка наговорил гадостей. Всё, как ты и хотел. — Рвущуюся иронию с оттенком грусти в голосе она заменила на легкие, веселые переливы, желая поддержать его игру в легкомыслие. — Да, неплохо вышло. Непременно повторю. — Он словно потерял к ней интерес и опять уставился на водную гладь. — Не могу сказать, что я получала прямо всё, что пожелаю, но родители меня часто баловали. Отец мастерил мне игрушки наподобие тех, какие я хотела бы купить в лавке, а мама просто потрясающе шила. У меня были