Опальная жена. Хозяйка Северных земель - Ирина Манаева

— И упадёшь на мой кулак вторым глазом.

— Оба в лекарскую, — сухо бросаю я. — И без драки хотя бы пять минут.

— Я не начинал, — бурчит Круц.

— Конечно, — лениво тянет Эрвейн. — Ты просто ответил.

— Заткнись.

Открываю дверь, входя первой, за мной троица.

— Лейна, займёшься этим? — больше утверждаю, чем спрашиваю, кивая на наёмника, и она смотрит на него, нахмурив брови.

— Новенький? — не может взять в толк.

— Подарок от одного эрда, — отзываюсь, указывая Мазу на конец лекарской, где за ширмой сидит его друг, а Эрвейну на кушетку.

— Сам разберусь, — ворчит наёмник.

— Садись уже.

Он нехотя подчиняется. Лейна подходит к нему с холодным компрессом, а я поворачиваюсь к Эрвейну.

— Я цел, — пожимает плечами.

Но это ложь. Свет из окна падает на его лицо, и я отчётливо вижу рассечённую бровь, над которой кровь уже запеклась тёмной коркой. Скулу наливает фиолетовым, на нижней губе трещина. Он держится ровно, но правая рука двигается осторожнее, значит, задели плечо.

— И ты садись, — говорю уже спокойнее, готовясь его лечить. Надо же, на ровном месте создали мне проблему, когда нужно бросить все силы на страшную болезнь.

Как только Эрвейн размещается на кушетке, подношу ладонь к его брови, и в этот момент он поднимает на меня взгляд. Не насмешливый, не вызывающий, а внимательный и спокойный.

Внутри что-то неприятно сжимается, и я отдаю всё внимание его брови.

Под пальцами чувствую лёгкую пульсацию: сосуды не повреждены, но удар был сильный. Провожу тонкой нитью магии, стягиваю края рассечения, останавливаю внутреннее кровоизлияние в скуле. На этот раз не ощущаю сопротивления, словно он сразу же позволяет сделать с собой то, что мне заблагорассудится.

Далее перебираюсь к плечу и нахожу глубокий ушиб. И снова его молчаливый взгляд пронзает насквозь, а я чувствую себя не в своей тарелке. Но не спрашиваю, что ему нужно, а просто игнорирую. Снимаю отёк, проверяю, нет ли трещины в ключице. Обошлось.

— Всё, — резко убираю ладони. — Жить будешь.

— Жаль, — усмехается он, но в голосе нет прежней лёгкости.

— Ты всегда можешь обратиться ко мне, — отзывается Круц.

— Кажется, вы нашли друг друга, фыркаю, качая головой. — Лейна, закончишь тут, а я к себе, — оповещаю её, отправляясь к корытцу, чтобы помыть руки. — Если случится что-то непредвиденное — позови. В остальных случаях, пожалуйста, справься своими силами. Мне необходимо хорошенько подумать.

— Поняла.

— И никого без моего разрешения не выпускать.

Глава 50

Я закрываю за собой дверь личной комнаты и приваливаюсь к стене спиной. В коридоре гул: Севир уже собирает людей, которые начинают стекаться в зал, где вчера собирались по торжественному случаю. Теперь причина другая.

«Я уверена, что это не последний случай якоря», — обращаюсь к Ашкаю, направляясь к кровати. Хочется просто лечь и закрыть глаза.

Никто не знает, сколько испытаний уготовлено.

«Давай не будем цитировать великих фамильяров, а лучше подумаем, что нам делать в этой ситуации».

Не хочу тебя расстраивать, но рядом с теми двумя твоя магия становится слабее. Они вытягивают её из тебя, и чем дольше ты станешь находиться с ними, тем более высока вероятность, что ты потеряешь дар.

«Разве можно утратить дар эфы?»

Даже у сильных драконов, таких как Эвериан, сумели заблокировать магию. Конечно, ты сильный лекарь, но не бывает ничего, что нельзя сломать или убить.

«Совершенно меня не радуешь».

Зато честно. Да и не вижу смысла в этом. Через пару дней сюда прибудет твой муж и заберёт тебя по подписанному приказу императора, находясь в сопровождении специального отряда Совета.

«Предлагаешь ничего не делать и оставить этих людей умирать?!»

Я лишь говорю, что ты даже себе помочь не в силах, а на заболевших следует потратить много времени, чтобы работать осторожно. У тебя его попросту нет. Так что, мой тебе совет: отправляйся в постель к увальню и предайся любовным утехам, чтобы было что вспомнить перед тем, как они запрут тебя в замке.

«Очень щедрое предложение, спасибо».

Я желаю тебе добра, Мейя, но он выследит тебя, даже если ты сбежишь отсюда. Тем более, что теперь под боком наёмник, что не спустит глаз. Тебе просто некуда идти! Варруген для тебя закрыт, ведь он первый нажаловался императору на свою жену. Ты заведомо плохая. Добраться назад через ледяную бурю — ты не сумеешь. Зря м ы сюда пришли, это тупик. Надеюсь, мерзавцы всё же остыли, и им нужна твоя сила, а не голова. Так что отдохни, как следует, наешься вдоволь и развлекись. С Эрвейном.

«Ты говоришь мне, чтобы я сдалась?»

Смотрела на вещи здраво.

«Подумаю об этом позже, а теперь давай поговорим о якоре. Получается, просто вырвать его не удастся, потому что спасём одного — приговорим к смерти другого».

Или целый Креп. Кто знает, может якорь заложен на место. Ты не успокоишься?

«Конечно, нет! И мы должны знать наверняка! Что если подключить второе зрение и попробовать осторожно открепить? Не дёргать, а именно открепить?

Она вплетается в ткани, — напоминает Ашкай. — Как корень в почву.

«Ослабить почву вокруг? Лишить питания. Снять воспаление, максимум снизить процессы в телах, чтобы они перестали быть удобной средой, и когда она ослабнет…»

Стук в дверь прерывает мои размышления.

— Лекарка, ты тут? — раздаётся за дверью женский голос.

Открываю, встречаясь взглядом с одной из помощниц Хольц, а рядом стоит Курц и Эрвейн. Они долго были здесь? Вели себя так тихо, что я и подумать не могла об их присутствии.

— Альта вызывает к себе, — косится в их сторону женщина и тут же удаляется.

— Может, хватит заниматься ерундой? — начинаю злиться. — Ну куда я денусь из замка?

— Приказ, — отвечает мне на это наёмник, и я закатываю глаза.

Давай его усыпим, — предлагает Ашкай.

— Давай его свяжем, — предлагает Эрвейн.

— Иногда я задумывалась, каково это иметь свиту, — отвечаю им, — теперь у меня есть такая. Идём, мальчики, — усмехаюсь, первой делая шаг.

Втроём мы добираемся до нужной комнаты, и два конвоира остаются за дверью, а я вхожу.

Тиэррис стоит у окна и смотрит вдаль.

— Где этот идиот? — интересуется через плечо.

— Можно конкретнее?

— Пёс твоего мужа.

— Я всё слышу, — доносится из-за двери.

— Ясно, — фыркает она. — Я могу сплющить его в лепёшку, но не стану, потому что не желаю ссор между Северными землями и Крепом. Но и мне не нужны чужие уши.

Она идёт к двери и открывает её.

— Немедленно покиньте это место, мне нужно поговорить со своей лекаркой наедине.

На удивление Курц подчиняется,