Печать Забытой Эпохи - Эмбер Скай

В этот момент за окнами раздался громкий, раскатистый трубный глас фанфар надвратной башни, возвестивший о прибытии первых гостей.

Следом послышался перезвон колокольчиков, грохот каретных колес по мостовой и громкие команды капитана Каэля во дворе.

Зимний Салон на «Вересковом Холме» начинался.

Я сделала глубокий, размеренный вдох, расправила плечи, коснулась пальцами прохладного серебра соколиной шпильки в волосах и повернулась к выходу:

— Пора, ваша светлость. Зажжем этот вечер.

Глава 19. Триумф на «Вересковом Холме»

— Шампанское со льда, милорд? Или согревающий земляничный пунш с пряностями?

Голос молодого лакея в темно-синей ливрее с серебряными пуговицами дома фон Райс прозвучал с такой вышколенной, безупречной учтивостью, словно парень родился не в избе дровосека в нижней деревне, а в покоях столичного дворца.

Я стояла на верхней площадке парадной мраморной лестницы, положив затянутую в тонкий серебряный газ руку на полированные базальтовые перила.

Внизу, в залитом золотисто-изумрудным светом холле, разворачивалось зрелище, ради которого стоило пережить и предательство Джулиана, и ледяную дорогу через перевалы.

Двойные дубовые двери замка то и дело распахивались, впуская новых гостей.

Люди выходили из морозного ада полярной ночи — продрогшие, в тяжелых собольих шубах, с заиндевевшими бровями и испуганными глазами — и буквально замирали на пороге, открыв рты.

Никакого холода. Никакой сырости. Никакой копоти от чадящих факелов.

Их встречала мягкая, ласкающая волна сухого двадцатиградусного тепла, напоенная пьянящим ароматом цветущего жасмина, свежей сосновой хвои и карамели. Базальтовые плиты пола отдавали приятное, живое тепло прямо сквозь тонкие подошвы бальных туфель. Под высокими сводами тихо и слаженно играл приглашенный из Нордтауна струнный квартет, а хрустальные люстры Лео заливали зал мягким, не слепящим глаза сиянием чистейшего кристального света.

Арчибальд у входа с величественным достоинством древнего жреца принимал у онемевших аристократов тяжелые меха.

— Граф и графиня Дюран! — звонко, на весь зал провозгласил мажордом, стукнув о плиты серебряным жезлом. — Барон де ла Тур! Маркиза де Валуа с племянницей! Председатель купеческой гильдии Северного края господин Ван Хоорн с супругой!

Шубы падали на руки вышколенных лакеев, открывая роскошные шелка, драгоценности и… застывшие в глубочайшем шоке лица столичных и провинциальных вельмож.

Графиня Дюран — высокая надменная дама в платье цвета спелой вишни — даже забыла расправить веер. Она судорожно втянула носом воздух, потрогала пальцем в кружевной перчатке теплую каменную колонну у входа и повернулась к мужу с круглыми глазами:

— Невероятно… — пробормотал граф, расстегивая парадный мундир. — Мне говорили, что «Вересковый Холм» — это ледяной склеп… Кто, во имя Создателей, сотворил здесь такое?!

— Хозяйка замка, господа, — раздался рядом звучный, ироничный голос.

Вдовствующая герцогиня Беатрис Сазерленд, опираясь на янтарную трость, с царственной усмешкой шагнула навстречу вновь прибывшим:

В этот момент квартет на хорах взял торжественный, звонкий мажорный аккорд.

В зале мгновенно стихли пересуды. Сотни глаз синхронно взметнулись вверх — туда, где на верхней площадке лестницы стояла я.

Я сделала плавный, размеренный шаг вперед.

Тяжелый темно-изумрудный бархат платья мягко колыхнулся, обрисовывая стройную, статную фигуру. Тончайший серебряный газ рукавов замерцал в свете хрустальных люстр, а вырез каре открыл безупречную, матовую линию шеи и ключиц, сияющих здоровой, фарфоровой белизной без единого грамма ядовитых свинцовых белил. В высокой короне из каштановых кос холодно и властно переливалась серебряная шпилька-сокол — личный дар лорда-маршала, чьи синие кристаллы мягко пульсировали в такт моему ровному дыханию.

Я спускалась по ступеням неторопливо, с той спокойной, несокрушимой грацией сорокалетней женщины, которая точно знает: этот дом принадлежит ей по праву силы, ума и воли.

В зале стояла абсолютная, благоговейная тишина. Было слышно лишь, как шуршит тяжелый бархат моего подола по полированному камню.

Мужчины застыли с бокалами в руках, забыв о светских манерах. Женщины судорожно прижимали к груди веера, с болезненной завистью и восхищением разглядывая мою кожу, осанку и наряд, в котором не было ни грамма столичной аляповатости — лишь чистейшая, холодная роскошь истинной правительницы.

Сойдя на нижнюю площадку, я остановилась и окинула гостей мягким, открытым взглядом хозяйки дома:

Я склонила голову в безупречном, грациозном полупоклоне:

Зал буквально взорвался аплодисментами.

Лед был сломан окончательно. Аристократы, забыв про чопорность, хлынули в главный зал, где их ждали накрытые Агатой столы.

И вот тут начался настоящий гастрономический триумф.

Я стояла в окружении плотного кольца северных графов и столичных гостей, с легкой улыбкой наблюдая за тем, как рушатся последние стереотипы о «диком крае».

— Миледи Верадель! — председатель купеческой гильдии Ван Хоорн, тучный мужчина в парчовом кафтане, с благоговением держал на ладони хрустальную розетку со свежей земляникой. — Клянусь золотым запасом гильдии, эта ягода слаще, чем та, что везут морем из южных султанатов! Как вам удалось сохранить ее свежесть посреди зимы?!

— Я не сохраняла ее, господин Ван Хоорн, — спокойно ответила я, сделав глоток земляничного пунша. — Ее срезали с куста три часа назад в моих оранжереях. Живое базальтовое тепло и правильная минерализация почвы творят чудеса.

— Три часа назад?! — ахнула стоявшая рядом маркиза де Валуа. — Прямо здесь, в замке?!

— Если господа пожелают, после первого танца Лео проведет для вас экскурсию в Большую оранжерею, — я кивнула в сторону паренька, который в новеньком темно-сером костюме с гордостью следил за световыми узлами. — Вы сможете своими глазами увидеть цветущие террасы.

К нам протиснулся граф Дюран, его глаза горели профессиональным азартом крупного землевладельца:

— Мы обсудим условия контракта в моем кабинете в понедельник, граф, — с деловой сдержанностью парировала я. — Но скажу сразу: эксклюзивных прав не получит никто. Мой камень и материалы будут продаваться по твердой фиксированной цене через открытые гильдейские