Кукла - Юлия Эллисон

Обернулась в ту сторону, наблюдая, как один из мужчин на диванчике напротив кормит с рук полуобнаженную девушку, стоящую на коленях. Её густые снежно-белые волосы слишком ярко выделяются на фоне засаленного дивана и грязных ботинок хозяина. Она тоже кукла, и судя по поджатым и чуть посиневшим пальцам на ногах, ей холодно, а мерзопакостная ухмылочка дразнящего её едой мужчины не сулит ничего хорошего.

— Не смотри, — приказала Алексу, сама выбирая для него еду, раз он даже не потрудился открыть папку с меню. Он мгновенно перевел взгляд на меня, а затем и на тут же подошедшую официантку, привлеченную к нашему столику вспышкой магии.

— Что-то выбрали?

— Два стейка средней прожарки и картошку к ним. Компот. Два. И принесите хлеба, — сделала я заказ за себя и за моего парня.

— Спасибо за заказ, время ожидания двадцать минут.

Вот теперь можно и поговорить.

Еще раз оценила настроение Алекса. Мда, ничего хорошего. Все тот же ужас, но только теперь скрытый, страх и осторожность. Необходимо отодвинуть эмоции в сторону и поговорить с ним с точки зрения разума.

— Ну, говори… — дотянулась рукой до кувшина с водой, стоящего на каждом из столиков, наливая себе, а заодно и ему бокальчик.

— Что говорить, госпожа? — а голос-то какой дрожащий!

— Чего ты сейчас так боишься.

— Я… — начал было он, но так и не смог выразить свои мысли.

— Ты никогда не видел так близко смерть, да? — я могла понять его состояние: сама, когда впервые увидела нечто подобное, была буквально раздавлена. И произошло это совершенно недавно — на практике, год назад.

Студенты академии не допускаются до подобных зрелищ довольно долго, почти до самого конца обучения, пока мы не будем психологически готовы к подобному. Иначе можно и с ума сойти, увидев, что вытворяют люди. Я уже видела многое — разорванные тела, смерти от ядов, хладнокровные убийства близких родственников. Никто из пойманных преступников никогда не уйдет от правосудия, став замечательными куколками, как та дрожащая в ногах хозяина девушка, но все же смотреть на это не через призму всех этих деяний довольно тяжело. Я понимаю Софи.

Я тоже была глупой идеалисткой и в какой-то мере жалела всех этих кукол, пока сама лично не столкнулась их работой. То, что они творили — это просто ужасно, и такая кара вполне справедлива. Конечно, вот так вот, на вид, по кукле не определишь, что он или она натворили, будучи ещё людьми — что-то действительно страшное или глупость какую, но руководство кукольного центра не зря свои деньги получает. Все куклы, выходящие из их рук, отправляются именно к тем хозяевам, которых заслуживают.

Например, Алекс, взявший на себя вину брата. Кукла первого уровня. Его не отдали на растерзание аристократам, не выставили на торги — его подарили победителю императорского конкурса, который по определению не мог быть беспринципным, жестоким и подлым магом. Я проходила столько проверок для этого конкурса, что мне в пору медаль выдать, такая я со всех сторон положительная. Нет, я не добрая и не милая. В Службе Безопасности такие не служат. Я именно такая, какой должна быть адекватная магиня, служащая на высших постах империи.

Конечно, я могу и взбрыкнуть, продать Алекса, выбрав себе кого-нибудь другого, но оно мне надо? В данный момент меня все устраивает. Да и что себя-то обманывать — он мне нравится. Действительно нравится, как парень, как мужчина. Этот характер с внутренним стержнем, любовь к родным и в то же время мягкость, податливость — сводят меня с ума, заставляют хотеть его еще больше. Наверное, я дура, влюбиться в свою куклу… Но теперь я его точно не продам! Не после того, как снова увидела, как же в действительности относятся к таким, как он. Но он-то не виновен и не заслужил такого отношения! Глупый мальчишка, защитник, спас брата ценой своей жизни.

Размышляла и разглядывала застывшие черты лица моей куклы, ожидая его ответа. Переживает. Боится. Наверное, я бы тоже боялась на его месте. В ситуации с кукловодками я поступила слишком взвешенно, хладнокровно. Наверное, неприятно знать, что живешь с такой, как я. Магом, который всегда поставит во главу угла разум, а не чувства.

— Нет, никогда, — Алекс опустил глаза на стакан с водой, жадно делая несколько быстрых глотков, чуть не давясь.

— А я даже рада, что они, наконец, мертвы. Эти… леди… над ними крепко издевались. Я, конечно, их не жалею, они не стали бы куклами, не заслужив подобное наказание, но все же. Смерть для них лучше и легче, — ему придется свыкнуться с тем, что в первую очередь я думаю, а не чувствую. Этого не изменить.

— А если ты когда-нибудь посчитаешь, что смерть и для меня будет легче? — наконец задал он волнующий его вопрос. Отвечаем правду и только правду.

— Не посчитаю. Я вполне осознаю тот уровень свободы, который позволяю тебе проявлять, и то будущее, которое у тебя может быть со мной. Если не испортишь все сам, куклой тебе будет житься гораздо легче, чем было человеком.

— Да, до тех пор, пока ты позволяешь мне это. Я — кукла. Не имею ни собственной свободы, ни прав.

Так вот, что его волнует.

— Мы уже говорили с тобой на эту тему. Ты можешь стать для меня семьей в будущем. От таких кукол не избавляются даже после смерти их хозяев. Будешь спокойно доживать свою жизнь у меня в особняке, если со мной что-нибудь случится, воспитывать внуков и правнуков.

— Я помню, — кивнул Алекс, все же немного успокаиваясь, — но все же это было слишком. Я уже встречался с жестокостью по отношению к куклам и вполне осознаю, как мне повезло, но будущее… это так призрачно.

— Оно всегда призрачно, — на мгновение замолкла, наблюдая за сервировкой стола и подачей горячих блюд, — но что мне от тебя необходимо — я озвучила. Остальное за тобой.

— Я помню. Принять ваши предпочтения в постели и обеспечение порядка, — кивнул Алекс.

Ужас ушел куда-то в сторону, хотя нервное напряжение все ещё присутствует. Ничего, главное не давать ему раскисать, а там справимся. Я не всесильна, чтобы хватать за руку каждого, кто посмеет проявить жестокость при нем.

— У тебя хорошая память, ешь, — кивнула на мясо, беря в руки вилку.

Все же готовят тут вкусно. Дразнящий запах свежего мяса и специй просто невозможно игнорировать!

Он словно невидяще уставился в тарелку с едой, но вилку все же взял. Это радует. Я после первого просмотра подобных зверств неделю голодала. Хотя,