Кукла - Юлия Эллисон

Так, что ему почти наверняка стало очень больно в шее. — Оближи, — подставила ему к губам совсем небольшую анальную пробочку с несколькими интересными режимами вибрации.

Он послушно выполнил указание, снова превращаясь в абсолютно послушную игрушку в моих руках. Никакой наглости, никаких лишних чувств и действий. Ощущение, словно все то, что было вчера и сегодня днем, мне просто почудилось. Очень хорошо, что он умеет вот так переключаться.

— Расслабь мышцы, не напрягайся, — попросила его, заходя сзади, подставляя игрушку. Он послушно попытался исполнить. — Вот так, — чуть надавила, снова ощутив его напряжение. Легко хлопнула по бедру рукой. Он расслабился. Еще немного протолкнула игрушку, ощущая сопротивление.

— Алекс, — шлепнула ощутимее, — я сказала расслабиться. Не заставляй меня наказывать тебя за неповиновение.

— Простите, — хрипло прошептал, вновь расслабляя мышцы. Игрушка встала на место.

— Красиво, — не выдержала и ласково провела руками по его ягодицам. Руки сами собой потянулись за широким ремнем. Этой коже явно не хватает украшений!

— Ты вчера был очень плохим мальчиком, не так ли? — довольно жмурясь и чуть ли не мурлыкая, как кошка, провела ремнем по его заднице. — Как должна вести себя хорошая кукла?

— Учитывать все желания хозяина, не проявлять своеволия… Но вы же сказали, что раз в неделю мне можно! — тут же перебил он сам себя, возмущенно оглядываясь.

Я коварно улыбнулась.

— Конечно можно. Но вчера я не разрешала, ты своевольничал.

Он тихо фыркнул, как бы признавая мою правоту.

— Да и с чего ты взял, что я не буду отыгрываться на тебе после твоих дней? — я улыбнулась, вновь заходя сбоку, пока отложив ремень и поднимая его лицо за волосы, чтобы посмотреть в глаза. — Наказывать серьезно, конечно, не стану, но поиграть… Почему бы и нет?

— Обещаете?

— Что?

— Что не станете меня наказывать всерьез после моих дней свободы? — для него это важно, понимаю.

— Обещаю. Если ты не натворишь ничего действительно серьезного, что не входит в наш уговор, я не накажу.

— Спасибо, — он снова искренне улыбнулся.

Включила легкий режим вибрации, не отпуская его головы. Он слегка дернулся, не ожидая такого, зрачки расширись от изумления. Да, я хочу видеть эти глаза сегодня!

— Постарайся полностью расслабиться. Я все равно добьюсь своего, — мягко погладила его по щеке, снова обходя по кругу. Сегодня я буду сзади.

Потянула его за плечи, чтобы он выпрямился, вставая на колени на кровати.

— Руки за голову и не отпускать!

— Да, госпожа, — хриплый ответ.

Еще какое-то время я просто самозабвенно гладила его тело, наслаждаясь каждым его движением мне навстречу, каждым стоном, каждым вздохом. Мои руки жили самостоятельной жизнью, заново исследуя его тело, упиваясь его бархатистой кожей, рельефными мышцами, тонкими косточками таза.

— Я больше не могу терпеть, я сейчас кончу, — сквозь стиснутые зубы прохрипел Алекс.

— Я пока не разрешала, сладкий, — поумерила его пыл, снова хватаясь за ремень. Теперь можно.

Для пробы не слишком сильно ударила один раз по ягодицам. Алекс дернулся вперед и зашипел, но возбуждение, кажется, стало только сильнее. Все же без артефакта мне было бы сложно определить такое, а тут… Хорошая покупка!

Еще удар и шипение. Сильнее. Удар, удар, удар, вскрик, удар…

Я с полной отдачей и наслаждением методично стегала его по ягодицам, чутко отслеживая даже самые незначительные изменения в его настроении, но все было замечательно — ему нравилось. Если не переходить грань острой боли — это я уже поняла, пару раз ударив чуть сильнее. Ничего, все познается постепенно.

— Я… я… — страстно прошептал Алекс, пытаясь до меня что-то донести. По всей видимости то, что он очень близко к грани.

— Я знаю, сладкий. Можно, — в последний раз замахнулась, припечатывая ремень в его задницу от всей души. Он неловко дернулся и повалился на кровать, извиваясь в оргазме. Его лицо исказила судорога экстаза.

Устало перевела дыхание, отшвырнув ремень от себя подальше. Рука болела, вся спина промокла от пота. Перестаралась.

Схватила свою куклу за волосы, поднимая его, словно нашкодившего котенка.

— А теперь мое удовольствие, — чуть встряхнула его за волосы, добиваясь осмысленного взгляда, быстро скинула с себя одной рукой одежду.

— Да, госпожа, — он попытался мне помочь, его щеки покрылись красными пятнами. Губы искусаны чуть ли не до крови.

Вдвоем мы быстро избавили меня от мешающей сейчас одежды. Быстро забралась на кровать, чуть не силой утыкая его лицом себе между ног. Там все давно уже пульсировало и болело. До чего же я хочу его! Особенно когда он такой послушный и с поротой задницей!

Не разжимая руки в волосах, добавила туда и вторую, направляя его, пока он так же жадно, словно только о том и мечтал, пытался добиться моего удовольствия. Его язык проворно порхал по моему клитору, доставляя неземное блаженство. Но мне было этого мало!

— Я хочу твои пальцы! Давай! — требовательно приказала, откидываясь на подушки и становясь чуть ли не на мостик от прошившего меня удовольствия и отчаянного нетерпения.

Он не стал церемониться и растягивать меня, сходу загнав в мое лоно сразу два пальца. Громко вскрикнула, еще сильнее вцепляясь в его шевелюру.

— Да, да… давай же… ну! — со всей силы вжала его себе между ног, уже совершенно ничего не соображая. Для верности еще и ногами обхватила.

Еще два резких, почти болезненных движения пальцами…

— Аааахххх… — закричала я, наконец, рассыпаясь в удовольствии. Меня снова встретили звезды и космос. Как же хорошо…

Глава 23

Алекс

В ту ночь она брала меня еще три раза. Именно брала, чуть ли не силой заставляя подчиняться и дарить ей удовольствие то языком, то членом. Приходилось на грани возможности выкладываться по полной, показывая все свои умения и даря ей блаженство.

На моей заднице добавилось еще три глубоких укуса, на шее появились засосы, а спину художественно украшали глубокие царапины от её ногтей. Она еще дважды довела меня до самой грани, заставив кончить под соусом из боли и удовольствия, просто отшлепав по заднице, как провинившегося мальчишку, и трижды связывала мне руки, чтобы я «не лез, куда не положено».

Я устал, заснув только под утро, ощущал себя, словно выжатый досуха лимон, но был не менее доволен, чем она.

Это странно, но её властность и напористость нисколько не смущали меня, добавляя лишь перчинки нашим эмоциям. Еще никогда я не кончал так сильно и не ощущал себя так свободно. Словно я вместе с этим чертовым окукливанием избавился от мешающих мне пут. Наконец-то я мог не задумываться каждую секунду о том, что скажут соседи, как заработать