Чужестранка - Ксения Васёва

за день до приёма в академию, но когда мы пришли на чердак, газета уже лежала. Если предположить, что с момента убийства на чердаке никого не было - а убили безголового ночью, то как утренняя газета попала на чердак?! Напрашивается вывод, что...

- Убийца зачем-то принёс газету с собой, и у него есть доступ к типографии.

- Точно! - Я победно улыбнулась: - Все посетители в типографии записываются. По-хорошему, нужно спросить у Бекки, когда начались "разборки" - и мы получим и примерное время убийства, и время ухода потенциального убийцы. Хотя я сомневаюсь, что одарённый скрывается среди работников типографии - скорее всего, кто-то со стороны и...

Я осеклась, поймав изучающий взгляд лорда. Такой остро-изучающий, что мысли вспорхнули и галантно со мной попрощались.

- Что, очень глупо?

- Не прибедняйся, - фыркнул Тео, разрывая зрительный контакт, и разминая шею, - не представляю, как ты вообще обратила внимание на газету. Я планировал восстановить убийство по заключению коронера, но и в типографию мы тоже можем прогуляться!

- Дык, не было посторонних! Слава Хранителю, спокойно у нас, сиятельный лорд! - клялся и божился смотритель, с опаской поглядывая на Тео. Судя по всему, старик решил, что лорд из Особого отдела пришёл по его душу и как заведённый бормотал про "тишь да благодать". Куратор медленно закипал, смотритель хватался за сердце, и дело не двигалось с мёртвой точки.

- А можно нам журнал посещений посмотреть? - вмешалась я с нежной улыбкой. Тео просил "молча постоять в сторонке", но ещё немного - и я опоздаю на дилижанс в академию!

Ко мне старик повернулся с большей охотой. Всё-таки девушка, даже эр-хатонка, была приятнее, чем странный, требующий преступников, лорд.

- Без приказа начальства... - замялся смотритель, но Тео за его спиной так шумно и многозначительно выдохнул, что старик сдался: - Сейчас-сейчас, покажу, милая леди! Чего ж я буду важным гостям отказывать?..

Удивительно проворно для своего возраста, он бросился к столу и вытащил с верхней полки толстую тетрадь в серой обложке. Раскрыл и, шевеля губами, отсчитал страницы. Переглянувшись, мы с Тео единодушно приблизились к столу. Лорд с наглостью своей ухитрился самого смотрителя сдвинуть.

Ещё в карете куратор рассказал мне, что безголового убили примерно в полночь, плюс-минус полчаса. Смотритель почти не соврал про посторонних - если верить его записям, раньше двенадцати типографию покинули только наш главред и неизвестный Эван Роузе.

- Кто это? - потребовал Тео у старика. Тот с кряхтением ответил:

- Дык, знамо кто! Месье Фабьен - редактор газеты, стало быть, главный, а месье Роузе - секретарь главы дома мод. Того самого, который королева любит! Каталоги у нас печатают с платьями и бельём срамным, прости Господи!..

Учитывая слухи, которые просачивались в народ, королева любила короткое кружевное бельё и не носила панталон. От одного вида этого белья приличные дамы падали в обморок. Сторож, однако, пока не держался. По заблестевшим глазам старика я догадалась, что каталог он листал не единожды.

Недовольно скривившись, Тео без объяснений направился к выходу. Я виновато улыбнулась сторожу и посеменила за ним. Мы несколько раз обошли типографию, оценили крепкие двери и решётки на окнах, а также чугунную ограду и ворота. Старик подлил масла в огонь, добавив, что хозяин за своим делом следит, и дюже страшных волкодавов на ночь выпускает!..

Впрочем, я сомневалась, что убийца мог забраться в типографию ради свежей газеты.

- Ладно, - подытожил Тео, когда мы вышли за ворота, - Роузе оставим на ребят, а в редакцию я бы съездил.

- Ты подозреваешь месье Фабьена?.. - изумилась я, в красках представляя тучного главреда, на цыпочках шагающего по хлипкой лестнице или - о, Хранитель - ползущего по крышам.

- Я никого не подозреваю, - развеселился лорд, щёлкая меня по носу, - у нас слишком много белых пятен. Этот Фабьен, как и Роузе, запросто могли вынести образец газеты из типографии и забыть на ближайшей лавке. Кроме того, Бекки ещё не допрашивал сумеречный колдун, а её подружку мы до сих пор ищем...

- Сумеречный колдун?!

Тео снисходительно оскалил зубы:

- В гуманных целях применять полноценный допрос к детям запрещено, а Бекки всего шестнадцать. Поэтому приходится звать колдуна. Не переживай, условия у девочки гораздо лучше, чем лавке. Пойдём?..

- А?

Нет, соображать быстро - точно не мой конёк. Пока Тео объяснял, он ухитрился незаметно дойти до свободной кареты и даже заплатить извозчику! Мне только руку протянули, как настоящей леди.

А я перешла на панибратское "ты" с лордом и не заметила.

До редакции мы добрались за пару минут. Встречаться с Фабьеном после слов Касси и задания с принцем мне жутко не хотелось. Во-первых, если я закончу академию, то в газету уже не вернусь, а во-вторых, месье главред мог сдать меня Тео. Мол, отправил девочку в академию для шпионажа, а она и согласилась.

С другой стороны, дураку ясно, что рядом с Особым отделом лучше помалкивать, от греха подальше!

К счастью, встреча не состоялась. Взвинченная мадам Лу, демонстративно меня игнорируя, с порога заявила, что месье Фабьен отбыл в родовое поместье на месяц.

* * *

У расписания было не протолкнуться. С сегодняшнего дня начинались профильные предметы, а не только поднадоевшие история и этикет. Я понимала, что в академию брали подростков, для которых общие знания необходимы, но на занятиях откровенно скучала. Историю магии, как историю Хонорайна я изучала с папой, а этикету аими учили, кажется, с пелёнок.

Правда, эр-хатонскому этикету, но едва ли я попаду в хонорайнский дворец.

Когда поток студентов превратился в тонкий ручеёк, я наконец добралась до расписания. В первую половину декады стояли лекции, во вторую - практики с одним выходным. Предметы пугали и завораживали одновременно: Основы взаимодействия с призраками, Защита от магических чар, Призраковедение, Методы изгнания и подчинения... К слову, до лекции по методам осталось пять минут!

Я влетела в лекторий за секунду до удара часов, оповещающих о начале занятий. Выдохнула, рассеяно оглядывая полный зал... и попала под прицел грат-мастера Сириль.

- Вы опоздали, - констатировала она, одарив тяжёлым давящим взглядом. Судя по тону, мне стоило упасть на колени, покаяться и выползти из аудитории на веки вечные.

-