Полуночные признания - Дж. Л. Кенна

— Просторный, — отвечаю, и наш смех заполняет пространство, пока челюсть Алека дергается.

— Да, не знал, что вы так хорошо знакомы, — сухо замечает Алек.

— Ревнуешь? — беззвучно шевелю губами.

Алек прикрывает ладонью микрофон и шепчет: — Немного. Нравится, когда тебя шлепают, мисс Соммерс?

Сжимаю бедра, ощущая пустоту и нарастающее желание от его слов. Прежде чем успеваю ответить, он возвращается к телефону и выключает громкую связь, обрывая мой разговор с Трентом.

— У меня проблемы с почтой, Трент. Отправь файл по Бродовичу Хейдену и проследи, чтобы он его подписал. И, пожалуйста, следи за ним, как за младенцем с ножом. Не хочу, чтобы он всё испортил, — хмурое выражение смягчается, когда он смотрит на меня. — А еще закажи три дюжины розовых роз в мой номер с открыткой: «Мисс Соммерс, спасибо за минет в туалете. С любовью… нет, вычеркни… наилучшими пожеланиями, Алек Фокс».

Чуть не выплевываю сок прямо в его спокойно-довольное лицо. Рот открывается, и, прежде чем успеваю прийти в себя, уже спрыгиваю с табурета и иду к нему.

— Да ты издеваешься! — сквозь зубы шиплю, едва сдерживая хохот.

— На этом всё, Трент. Спасибо, — быстро говорит Алек, вешает трубку и отодвигает телефон, как раз чтобы поймать меня, когда запрыгиваю на него.

— Ты настоящий мудак! — кричу, смеясь, пытаясь обхватить его шею.

Алек смеется так громко, будто задействует участки гортани, которые никогда раньше не использовал.

— Ты сама напросилась! — он давится смехом, блокируя мои попытки одолеть его. — Что ты делаешь?

— Сейчас я тебя отмудохаю!

Алек наклоняется, упирается плечом мне в живот и поднимает меня, перекидывая через плечо, как мешок с картошкой. Бью его по спине, визжа и смеясь, пока он несет меня к дивану и с грохотом бросает. Удар настолько сильный, что на секунду мне кажется, будто диван провалится вместе со мной этажом ниже.

Тянусь к его спортивным штанам и дергаю, заставляя упасть на меня. Он приземляется сверху, и я раздвигаю ноги, давая ему место между ними.

— Извинись, — требую.

— Нет, это ты извинись, — он смотрит на меня, опираясь на руки по бокам от моей головы. Едва заметно двигает бедрами, и я бы не почувствовала этого, если бы не его растущая эрекция. — Использовала моего ассистента, чтобы вызвать ревность.

Приподнимаю бедра, встречая его толчок.

— Вовсе нет! Просто поздоровалась. Знаю, для тебя это дикость, но люди иногда говорят приятные вещи просто так. А вот твои слова были явно рассчитаны на то, чтобы дать ему понять, что я… Что? Что я что, вообще? Занята, да?

Его губы приближаются к моим, но он не целует меня. Теплое дыхание щекочет кожу, а глаза ищут ответ в моих.

Алек Фокс так же годится для отношений, как я – для позиции стартового лайнбекера51 в «Сиэтл Сихокс». Знаю это, и он тоже. Поэтому не отвечает на мой вопрос словами. Его тело реагирует только на мое – это всё, на что мы с ним годимся. Секс.

Даже если мы им так и не занялись.

Буря в теле набирает силу, когда толчки Алека становятся менее осторожными и более целеустремленными. Он проводит носом по моей щеке, погружается в волосы, глубоко вдыхая мой запах, а его пальцы впиваются в бедра.

Призрак Джейн Остин! Мне это нужно!

После вчерашнего влагалище копит энергию тысячи подавленных оргазмов. Клитор чувствительнее, чем в тот раз, когда Макс Херрингтон ласкал меня поверх трусиков в своей комнате в общежитии, довел почти до предела, а потом остановился, как только его сосед, который явно проигнорировал носок на двери, внезапно вошел.

Тогда я жила с отцом и двумя гиперопекающими братьями, а он – с очень навязчивым соседом, подглядывающим Томом. В восемнадцать у меня не было ни терпения, ни выносливости запястий, чтобы доводить себя до оргазма, а уж тем более я не думала о вибраторах. А Макс был горяч. Очень. Просто находясь рядом с ним, уже чувствовала предоргазменное покалывание в конечностях.

Мы расстались, так и не переспав, и следующий оргазм случился только через год, когда я начала встречаться с Люком Причардом, хроническим дамским угодником.

Алек довел меня до состояния более возбужденного, чем весь тот год между моментом, когда подглядывающий Том прервал нас с Максом, и моим первым оргазмом с Вечно Угодливым Люком Причардом.

И теперь мы с Алеком наконец одни и не в общественном туалете.

— Ты всё еще хочешь, чтобы мой член был глубоко в этой сладкой киске, Уинтер? — шепчет он на ухо, и его голос, обрастая корнями и шипами, расползается по моим конечностям, как дикий плющ.

— Да. Боже, да.

Алек скользит рукой по внешней стороне моего бедра, цепляется за подколенный сгиб и притягивает мою ногу к своим ребрам, втискиваясь эрекцией в промежность. Стону ему на ухо, впиваясь пальцами в мышцы спины, когда громкий стук в дверь номера заставляет меня вздрогнуть.

— Блядь! — Алек с рыком роняет голову мне на плечо, затем поднимается, поправляя вставший член в штанах.

— Клянусь, мы двое – самые популярные люди на гребаной планете, — сквозь зубы бросает он, шагая на кухню с нахмуренным лицом.

— Спасен звонком, — шутливо говорю, краснея.

Моя вагина рыдает. Рыдает, понимаете?

Ковыляю к двери, поскольку Алек не собирается открывать. Пытаюсь пригладить волосы, чтобы не выглядеть так, будто меня только что отымели через пружины дивана.

— Трент, видимо, работает быстро, — говорю, подходя к двери. — Знай, я выброшу эти розы с балкона.

Распахиваю дверь со смехом, а затем ахаю, увидев в коридоре Дилана, того самого серфингиста-бармена, с букетом полевых цветов и ленивой улыбкой.

— Нашел тебя, — говорит он, и улыбка превращается в оскал.

— Твою мать! — выкрикиваю, чуть не подавившись языком. — То есть… прости. Твою мать, — повторяю тише. — Что ты здесь делаешь?

— Ты не из тех, кого легко отыскать, Уинтер Соммерс. Ну, была бы, если б не свалила из города.

— Эм, да. Моя лучшая подруга выходит замуж на следующих выходных.

— Помню, говорила. Это… для тебя, — Дилан протягивает букет полевых цветов, и мои ноздри заполняются смесью ароматов.

Они прекрасны. Идеально мне подходят. Всегда нравилось, как выглядят