Скованная сумраком - Паркер Леннокс

Рука Вексы сомкнулась на моем предплечье, как тиски, и она потащила меня по коридору. Я чувствовала, как пульс бешено колотится под ее кожей в такт паническому ритму моего сердца.

— Еще встретимся, дорогая, — голос Валкана донесся нам вслед, когда Векса распахнула тяжелую дверь в серый, холодный воздух.

Мы бежали через поле, где нас ждал Вёрдр, и звук наших сапог по промерзлой траве почти заглушал грохот моего сердца.

Почти.

Глава 14

 

Я с силой врезалась щекой в холодный тренировочный мат, и металлический привкус крови наполнил рот. Удар отозвался гулом в черепе, а зрение поплыло. Огромный каменный зал на мгновение закружился, прежде чем снова встал на место.

Эфир швырнул меня. Снова.

Я резко втянула воздух, уперлась ладонями в мат, ощущая, как боль расползается по рукам, и злобно смотрела на него. Откровения прошлой ночи бурлили внутри, скручивая живот. Теперь дело было уже не в выборе стороны. Речь шла о том, чтобы остановить нечто куда более страшное, чем все, что я могла себе представить. Если Валкан наберет достаточно силы, если его армия Дампиров вырастет настолько, чтобы взять контроль… пострадают оба мира. Мысль о том, как эти мутные, молочные глаза обратятся к Сидхе, к мирным жителям, которые даже не подозревают, что война уже близко, заставляла кровь стынуть в жилах.

И да, я была явно не в форме.

Эфир стоял надо мной, выводя из себя своим спокойствием, он даже почти не вспотел. Приглушенный свет, проникавший сквозь высокие окна, играл на его пирсинге, и тот поблескивал, словно крошечный кинжал.

— Ты медленная, — сказал он спокойным, низким голосом, так, будто не издевался надо мной, а просто констатировал факт. Его тень вытянулась по мату между нами.

Я зарычала себе под нос, резко поднимаясь.

— Я еще не закончила.

— Отлично, — ответил он и внимательно оценил меня золотыми глазами. Руки он держал сцепленными за спиной и коротким кивком предложил мне атаковать. — Попробуй еще раз.

Я не стала тянуть. Рванулась вперед, направляя удар прямо ему в ребра и вкладывая в него весь вес. Но Эфир едва заметно сместился, и кулак рассек воздух. По инерции меня понесло дальше, оставляя открытой. Я не успела опомниться, как он перехватил мое запястье и резко выкрутил его, по руке полоснула боль. Он поставил мне подножку, и в следующий миг я снова оказалась на мате, на этот раз с глухим ударом спиной.

Я захрипела, воздух выбило из легких. Ярость вспыхнула в груди, и я перекатилась в сторону, едва избегнув добивающего удара, который он мог нанести, но не стал. Запах пота и кожи ударил в нос, смешиваясь с металлическим вкусом крови, все еще оставшимся во рту.

Это был мой любимый прием. Тот самый, которому меня научил Ларик, еще тогда, когда я думала, что знаю, кто здесь настоящие монстры. Теперь я была уже не так уверена. Умбра могли быть беспощадными, но они хотя бы не питались собственным народом. По крайней мере, они пытались защищать что-то большее, чем самих себя.

— Неряшливо, — пробормотал он.

Каждое слово ложилось на меня дополнительным грузом, напоминая, насколько я ослабла за недели одиночества взаперти.

Я вскочила на ноги, игнорируя боль в ребрах.

— Повтори.

Он наклонил голову, в уголке его рта мелькнула едва заметная усмешка.

— Неряшливо, — повторил он медленно, отчетливо.

В этот раз я не думала. Я рванулась вперед, обозначив ложный удар, а затем резко развернулась в низкий удар ногой. Голень врезалась ему в икру. Он всего на мгновение пошатнулся, но этого оказалось достаточно, чтобы во мне вспыхнула уверенность.

Я пошла в наступление, рванулась ближе и захватила его руку в клинче. На полсекунды мне показалось, что я его удержала. Но затем Эфир сместился и взял верх силой.

Одним плавным движением он снова меня перевернул. Мат полетел навстречу, на этот раз плечо приняло первый удар. Боль вспыхнула ярко, и я стиснула зубы, подавляя ругательство, когда он прижал меня к полу, одним коленом жестко упираясь мне в бок, предплечьем легко, но уверенно зафиксировав горло.

— Лучше, — сказал он спокойно, почти скучающе. — Но все еще недостаточно хорошо.

Я уставилась на него, грудь тяжело вздымалась от злости и усталости.

— Слезь с меня, — прорычала я.

Он приподнял бровь, в глазах мелькнуло едва заметное веселье.

— Не раньше, чем ты научишься.

— У меня были месяцы тренировок. Речь не об учебе. Речь о том, чтобы вернуть форму.

Его взгляд был пропитан скепсисом.

Я дернулась под ним, пытаясь вырваться, но он даже не шелохнулся. Мышцы горели, жгучее чувство неудачи вгрызалось изнутри. Его вес, жар, исходящий от тела, мешали ясно мыслить. Свет факелов поймал его глаза, превращая их в жидкое золото, и на миг я вообще забыла, что должна сопротивляться.

— Еще раз, — хрипло потребовала я, моргнув и с усилием сосредоточившись.

Эфир откинулся назад и без возражений отпустил меня. Он поднялся и протянул руку. Выражение его лица оставалось нечитаемым в меняющемся свете.

Я отбила его ладонь и поднялась сама. Тело кричало от боли, но я ее проигнорировала, снова принимая стойку. Тишина тренировочного зала, нарушаемая лишь нашим дыханием, давила со всех сторон.

— Где была Королева прошлой ночью? — спросила я, наконец озвучивая то, что грызло меня все это время. — Разве она не должна была быть на Совете?

Лицо Эфира стало жестким, но он не ответил сразу. Вместо этого он жестом предложил мне атаковать снова. Тени под его глазами будто углубились.

Я осталась на месте.

— Судя по тому, как все предпочли игнорировать ее отсутствие… Она больна?

Осторожное, почти показное избегание упоминаний о правительнице со стороны Совета не ускользнуло от моего внимания.

— Состояние Королевы, — сказал Эфир так тихо, что я едва расслышала его слова. — Оно… сложное. И если бы Валкан знал всю глубину происходящего…

Он замолчал, но продолжения и не требовалось, смысл был предельно ясен.

— Чем именно она больна?

Эфир посмотрел на меня с раздражением.

— Я сказала, что хочу знать все, — напомнила я, приподняв бровь.

— Ее сознание путается все сильнее с каждым днем, — ответил он, и голос его был напряжен чем-то, похожим на горе. — Она больше не выносит близости других, их энергия