Скованная сумраком - Паркер Леннокс

Прежде чем я успела ответить, она тряхнула головой, словно отгоняя ненужные мысли.

— Так. Что касается сегодняшнего вечера. Ты будешь изображать мою кузину Миллисент — Милли. Брейдфьорды не посещали Совет уже… — на сделала паузу, подбирая слова. — Скажем так, они в немилости у некоторых персон. А значит, Милли — идеальный вариант. Никто не ожидает ее увидеть, и мало кто рискнет оспаривать слово Эйрфалков.

— Тебе лучше знать.

— Итак, большую часть вечера ты будешь рядом со мной. Я разрулю любые разговоры, которые могут возникнуть. Ни с кем не заговаривай сама. Я могу только представить, как быстро ты провалишь легенду.

Она драматично вздохнула.

— Я и не собираюсь говорить. Тебе повезло. Только наблюдать.

Три резких удара в дверь заставили меня вздрогнуть. Эффи почти вприпрыжку пересекла комнату, и прежнее напряжение мгновенно улетучилось.

— Матильда! — воскликнула она, распахивая дверь.

На пороге стояла пожилая женщина с потертым кожаным футляром в руках.

— Слава Эсприту, ты здесь.

— Мисс Эффи, — женщина слегка присела в реверансе, и ее взгляд тут же остановился на мне. — Это наш… сегодняшний проект?

— Да, да. Проходи, — Эффи поспешно впустила ее внутрь и быстро закрыла дверь. — У нас совсем мало времени.

Матильда поставила футляр на стол Эффи; ее движения были мягкими, почти бесшумными. Она жестом пригласила меня сесть перед принесенным зеркалом и улыбнулась в предвкушении.

— Никогда не видела волос такого цвета, — напевно произнесла альтерационистка, осторожно приподнимая локон, чтобы получше рассмотреть.

— Я заметила, что он… редкий, — смущенно пробормотала я.

— В этом я не сомневаюсь, — она улыбнулась мне в отражении зеркала, установленного Эффи на столе.

— Это Матильда, альтерационистка нашей семьи, — Эффи тепло улыбнулась и быстро обняла ее. — Как же я скучала по тебе.

— В поместье без вас стало слишком тихо, мисс Эффи, — Матильда рассмеялась. — А теперь скажите, чем я могу вам помочь сегодня?

— Нам нужно сделать так, чтобы Фиа выглядела как Миллисента. Ты помнишь мою кузину Милли?

Матильда на мгновение задумалась, затем кивнула.

— Как вы знаете, я уже не та, что прежде, мисс Эффи. Вам повезло, что мне давно не приходилось использовать привязь. Было время накопить эссенцию.

Ее руки порхали вокруг меня, убирая волосы назад и мягко приподнимая за подбородок к свету.

— Я также не могу обещать, как долго продержится эффект.

— И что ты предлагаешь?

— Ну, на изменение черт лица уходит почти вся сила привязи, — сказала она. — Думаю, будет разумнее сосредоточиться на волосах, а остальное замаскировать пигментом и тенями.

Эффи кивнула, прищурившись, словно пытаясь разглядеть тот образ, который Матильда уже нарисовала словами.

— Прошло много лет с тех пор, как Милли появлялась на Советах. Сомневаюсь, что кто-то станет слишком пристально всматриваться. Мой дядя сейчас не пользуется особой любовью у Совета.

— Можно спросить, что это вообще за событие? Это что-то вроде бала? — я не могла представить, чтобы они устраивали бал. Мне не приходило в голову ничего, что стоило бы праздновать.

— Нет. Не бал. Балов у нас не было уже много лет, — Эффи вздохнула с оттенком тоски. — Это скорее вычурное политическое собрание. Все главные претенденты — те, у кого есть власть, — будут там.

Пальцы Матильды скользнули по моим волосам, и я вдруг почувствовала это странное покалывание, начинавшееся у кожи головы и бегущее вниз по каждой пряди. Оно не было неприятным, но ощущалось чуждо, словно крошечные нити электричества танцевали по коже. Воздух вокруг нас будто сгустился от эссенции, и дышать стало труднее. В зеркале я видела, как тьма начала просачиваться в мои белые локоны, растекаясь, как чернила в воде, меняя каждый волос от корня до кончика. Эффи зависла рядом, наблюдая за превращением с критическим прищуром.

— Знаешь, никогда не думала, что буду играть в переодевания именно с тобой, — задумчиво протянула она с ноткой веселья. — Обычно это меня наряжают.

Я бросила на нее косой взгляд через зеркало.

— Осторожнее, Эффи. Это уже почти комплимент.

Она театрально закатила глаза.

— Не обольщайся. Это чистая необходимость, а не какое-нибудь великое упражнение по сближению.

— Цвет ложится хорошо, мисс Эффи, — пробормотала Матильда, не отрываясь от работы.

— Отлично, — Эффи кивнула, затем снова повернулась ко мне. — А значит, ты должна вести себя безупречно. Никаких игр с разумом, никаких попыток сбежать. Сегодня ты Милли. Поняла?

— Я уже говорила, что я просто наблюдатель.

— Да-да, прости, если я не верю тебе на слово безоговорочно, — фыркнула она. — Просто… постарайся слиться с окружением, ладно?

Пальцы Матильды сделали еще одно движение, и последний белый участок медленно потемнел, превращаясь в насыщенный чернильно-черный цвет.

— Вот, мисс. Готово.

Я провела пальцами по преобразившимся прядям, поражаясь тому, как одно простое изменение сделало меня почти неузнаваемой.

— Они… совсем другие.

Эффи наклонилась ближе, окидывая результат оценивающим взглядом.

— Хм, неплохо. Хотя косметические штрихи все равно понадобятся, чтобы ты полностью походила на Милли.

Она взяла небольшой футляр и ловко припудрила мои щеки.

— Так то лучше. А теперь посмотрим, сможем ли мы подобрать тебе платье.

Она снова зарылась в украшенные орнаментом сундуки, с привычной небрежностью отбрасывая шелка и бархат.

— Знаешь, — сказала она, и ее голос звучал глухо из глубины сундука, — если тебе удастся все это провернуть, мне, возможно, придется пересмотреть свое мнение о тебе.

— Не переживай, я не рассчитываю на чудо.

Надевая роскошную ткань, я невольно снова взглянула в зеркало. Оттуда на меня смотрела незнакомка с темными волосами, румянцем на щеках и печатью благородного происхождения в осанке. Но сильнее всего поражало то, насколько естественно это выглядело, как легко я могла сойти за одну из них. За Кальфара. Тени под глазами, бледная кожа, резкие линии лица — все, что я пыталась скрыть или отрицать в себе, внезапно обрело смысл. Внутри скрутило от смеси узнавания и отторжения. Неизменными остались лишь глаза, сияющие, как опалы.

— Может, стоит изменить цвет глаз? — нерешительно спросила я. — Говорят, они немного отвлекают.

— Было бы неплохо, но это невозможно. Я раньше постоянно просила Матильду об этом, — вздохнула Эффи.

— Зачем тебе менять глаза, они же синие.

— Лазурные, — поправила Эффи. — Они