Скованная сумраком - Паркер Леннокс

Разумеется, Векса ответила вместо него.

— Там три раунда… Ну, два, если тебя не отберут в отряд Призраков.

В ее голосе звучала едва заметная гордость.

Отряд Призраков? Еще что-то, о чем я ничего не знала.

— Отряд Призраков — это отряд Эфира. В него входим мы все, сосуды, — Векса обвела взглядом стол. — Это часть боевых сил, под началом Уркина, — продолжила она, слегка наклоняясь вперед. — Первое испытание — базовый бой, рукопашный. Я бы не слишком об этом переживала, нам отчаянно нужны солдаты, так что требования, скажем так… заметно снижены, — она поджала губы, и по ее лицу скользнула тень беспокойства. — Потом идет наблюдение за привязью. Ты покажешь Совету… ну, мы показываем наши привязи, а ты продемонстрируешь… что бы там ни было, на что способна.

— Прелестно, — эхом отозвалась Эффи, с показным безразличием разглядывая свои ногти.

— Эффи, ничего личного. Я паниковала. Я просто пыталась вернуться домой, — сказала я, впившись в нее взглядом, словно это и так не было очевидно.

Она лишь откинулась на спинку стула и скрестила руки, накручивая на палец прядь волос цвета вороного крыла.

— Она переживет. Со временем, — заметила Векса.

Взгляд Вексы скользнул по Эффи так, что это показалось интимным, как будто мне следовало отвести взгляд. Могла поклясться, что под столом Эффи задела коленом ногу Вексы, и теперь они обменялись быстрыми ухмылками.

— А третье испытание? — спросила я, разрушая момент.

— Если ты пройдешь испытание боем, и Совет сочтет твою привязь достаточно сильной, тебя проверят на возможность вступления к Призракам. Тебя поведут в Пустоту. Тот, кто выходит обратно, становится частью нашего отряда, — в тоне Вексы звучала такая окончательность, что по коже побежали мурашки.

— То есть я, по сути, вступаю в Умбру, — сказала я резче, чем собиралась.

Обжигающе горячее раздражение вспыхнуло под кожей. Я на это не соглашалась. Одно дело — помочь с Пустотой. Это оставляло меня нейтральной стороной, по крайней мере, так я оправдывала это для себя. Но это… это было совсем другое.

Я не знала, готова ли связать себя с еще одним миром. Меня уже обманывали раньше. И где-то внутри что-то тянуло, заставляя задуматься, не происходит ли это снова.

Я верила тому, что они показали мне об этом мире, но все еще не знала, могу ли доверять Умбре. Остров тоже был убедителен. Возможно, я просто наивна. Даже если нет, я не стану присоединяться к делу, которое может навредить тем, кто мне дорог на Сидхе. Они не только не знали, что происходит, некоторые из них даже не смогли бы защитить себя.

А знает ли сама Умбра, насколько глубока ложь? Знают ли они, что весь Остров живет в обмане? Большинство и понятия не имеет, что на западной границе зреет война. А те, кто знал, не представляли, что делаем мы. Что в этой истории именно мы злодеи.

Я не стану сражаться против тех, кто не ведает правды. Люди должны узнать, что происходит на самом деле. Какова настоящая цена нашего процветания. От мысли о новой невинной крови на моих руках скрутило желудок.

И в этот момент я уже не была уверена, что для Умбры это вообще имеет значение.

Они зашли слишком далеко, за грань отчаяния. Я не могла с уверенностью сказать, что на их месте чувствовала бы иначе. Я ведь тоже когда-то ненавидела Сидхе.

Вздох Вексы прервал мои размышления.

— Я знаю, ты не этого ожидала.

Она опустила глаза, скользнув мимо меня. Никто из них не смотрел на меня.

— Нет. Совсем не этого, — ответила я.

Я перевела взгляд на Эфира, он по-прежнему разглядывал арочное окно впереди. У меня было отчетливое ощущение, что он не слышал ни слова из того, что я говорила.

— Ты ни словом не обмолвился, что это часть сделки, — бросила я в его сторону ледяным тоном.

Его челюсть напряглась, прежде чем он повернул ко мне голову. Несколько секунд он просто смотрел на меня. Раздражение кольнуло в висках.

— Он тебе не доверяет. Это покажет, что ты настроена серьезно. Сумеречные всегда тесно связаны с Умброй. Это не так уж сильно отличается от того, что мы планировали изначально.

Его голос был хриплым, без тени той ироничной легкости, что пропитывала его интонацию всего несколько дней назад.

— Не так уж отличается? Я присягну врагу моего народа. Для меня это значит очень многое, — прошипела я.

Векса и Эффи отвели взгляды, но пристальный взор Эфира стал только жестче.

— Я выслушал твою позицию и не стал с тобой спорить. Запомни это, — сказал он почти рыча.

— О, я запомню.

— Ничего не изменилось. Никто не может заставить тебя делать то, чего ты не хочешь. Как я уже предельно ясно дал понять.

Его золотые глаза впились в меня, верхняя губа едва заметно дернулась в чем-то среднем между раздражением и сдерживаемым гневом.

Я вдруг почувствовала на себе взгляд Вексы. Затем он переместился на Эфира. Она приподняла бровь, но промолчала.

— Я говорю это прямо сейчас: если я участвую в Стрикке, я все равно не буду никому подчиняться. Я не позволю, чтобы мной командовали.

— Как будто это вообще возможно, — выплюнул Эфир.

Часть меня хотела воспринять этот укол как комплимент, но мрачность его тона ясно дала понять, комплиментом это не являлось.

— Я хочу участвовать в переговорах. У меня могут быть мысли, информация, которая окажется полезной. Я поделюсь всем необходимым с каждым из вас, но я не позволю вынуждать меня сражаться против Сидхе. Должен быть другой путь. Такой, который не закончится взаимным уничтожением. Большинство даже не знают, что на западной границе уже идет полноценная война. А Стража… нас всех обманывали. Они не понимают, что делают. Они заслуживают выбора. Заслуживают знать, за что именно сражаются. И если после этого они все равно решат поддержать Сидхе… — я замолчала, сама не до конца понимая, что имела в виду. Если все происходящее здесь не будет иметь для них значения… Я не позволила думать об этом еще больше. Я должна была верить, что будет. Что им будет не все равно.

Эфир изучал меня. Его взгляд наконец оторвался от моего лица и медленно скользнул вниз по