Роман в её душе - Нина Харт

— А тот мужчина, который… который, ну…

— Который хотел поиметь тебя в ту ночь?

— Откуда такая информация? — морщусь от его грубости и инстинктивно отодвигаюсь назад.

— А ты думала, он хочет с тобой в картишки переброситься? Только перед этим накачать тебя чем-нибудь сногсшибательным?

Я начинаю оглядываться по сторонам, выискивая знакомые лица. Что, если он среди нас? Что, если он снова наблюдает? Выжидает? И как только Рома исчезнет, а он исчезнет рано или поздно, он же не будет со мной всё время здесь? Ему наверняка нужно домой, к жене…

— Его тут нет, Марта. И вряд ли он появится здесь в ближайшее время.

— Ты что-то знаешь о нём?

Рома тяжело вздыхает и тянется к своему кофе.

— К сожалению, я не успел с ним лично поговорить, я был слишком занят тем, чтобы привести тебя в чувства. Ты была как безвольная кукла. Да и он сказал, что тебе было плохо, он нёс тебя на руках! Это уже потом, в номере, когда я осматривал твое тело, увидел след от укола и сопоставил все исходные. А когда спустился к администрации, никакого мужчины уже, естественно, и не было. По камерам он не сделал ничего противозаконного. Что происходило в уборной, тоже неизвестно, — испепеляющий и злой взгляд резко останавливается на моих губах. Рома дерзко вскидывает брови, и я вижу, как ходят желваки на его лице. — К тому же, как оказалось, он не зарегистрирован в этом отеле.

— Прекрасно, — прерывисто выдыхаю и опускаю глаза в свою тарелку. Первые несколько кусочков пищи перебили аппетит, и, кажется, я уже сыта.

Рома лишь недовольно хмыкает и снова принимается за еду.

— Вот как можно тебя оставлять? Ты обязательно во что-нибудь вляпаешься!

— Ну-у, ты не сможешь вечно меня оберегать!

— Не смогу… Я даже боюсь представить, как ты там справляешься сама…

— Как видишь, прекрасно справляюсь! — воздух между нами начинает искрить, обстановка накаляется, и мне кажется, что мы сейчас снова поругаемся.

— Да, я вижу, как ты прекрасно справляешься! — рявкает Рома и начинает нервно шарить по карманам. Достаёт пачку сигарет и пытается прикурить одну, как вдруг из неоткуда взявшийся официант начинает тараторить ему о том, что здесь ресторан для некурящих и ему стоит отойти в зону, где разрешено курить.

— Бл*ть, — Рома резко ругается и убирает сигареты. Смотрит на меня пылающим взглядом, не терпящим никаких отговорок.

— Поехали отсюда, а?

— Я ещё не доела, — демонстративно набираю полную ложку салата и набиваю полный рот. Подождёт, ничего страшного.

Пока я тщательно пережёвываю, наслаждаясь восточными блюдами, мой угрюмый друг детства сидит напротив и пьёт кофе, не отводя от меня пристального взгляда.

Мы больше ничего не говорим друг другу, наверное, оба чувствуем, что пока не стоит.

Рома достаёт свой телефон и что-то печатает, хмурится, прерывается, бросая беглый взгляд в мою сторону, и снова печатает.

Сначала мне так хочется протянуть руку и аккуратно разгладить его морщинки на лбу, а потом, когда он снова пронзает меня своими строгими глазами, мне хочется стукнуть его ложкой, той самой, с которой я сейчас смачно слизываю остатки божественно нежной халвы.

Рома сглатывает, и я вижу, как дёргается его кадык.

Откладываю в сторону орудие преступления, допиваю сок и откидываюсь на спинку стула.

— Всё, друг, теперь можно ехать. Что там у нас по программе? Экскурсия? Шоппинг?

— Ни то, ни другое… Подруга, — мужчина тяжело вздыхает, встаёт и протягивает мне свою ладонь.

Глава 38. Магия момента

Вечернее солнце Антальи, уже не палящее, а золотисто-медовое, заливало узкие улочки района, куда мы спонтанно забрели. Я не особо разбиралась, куда мы идём, просто глазела по сторонам и с восхищением смотрела на людей, проживающих здесь свою жизнь так же, как и мы там, только со своими особенностями, традициями и устоями. Местные жители спешили по своим делам, мимо проезжали гремящие трамваи, а из ближайших кафе доносилась ритмичная музыка. Повсюду слышалась турецкая речь. И эта чужая культура настолько завораживала и притягивала своей оригинальностью и своеобразием, что моя не сползающая с лица улыбка просто не могла остаться не замеченной окружающими, в том числе и Ромой. Его украдкой брошенные на меня взгляды заставляли чувствовать себя неловко, а моё тело предательски начинало реагировать, пылая от жара, мгновенно разносящегося под кожей, воспламеняя её.

Несколько часов езды по незнакомым дорогам на арендованной машине, и вот мы уже гуляем по незнакомой, вымощенной булыжником улице, больше похожей на коридор между ослепительно белыми домами с красными кирпичными крышами.

С тех пор как мы покинули отель, Рома практически не проронил ни слова. Не могу сказать, что и я жаждала разговоров, поэтому наша прогулка больше напоминала молчаливую экскурсию двух незнакомцев. Несмотря на всё это, присутствие этого мужчины рядом давало мне особый комфорт и чувство безопасности. С Ромой всегда было безопасно. Всё ушло на второй план, и мы словно снова оказались в той давно позабытой нами точке, когда ещё имели все шансы стать счастливыми.

Его близость, то, что он сейчас идёт рядом, иногда касаясь своим плечом моего, будто невзначай, касание его руки моих пальцев — этого было достаточно, даже более чем. Оба мы, несомненно, понимали, что самого важного разговора не избежать, а поэтому оттягивали этот момент как могли.

Когда начало темнеть, и фонари зажгли свой мягкий свет, каким-то волшебным образом, сами того не осознавая, мы подошли к необычной смотровой площадке. Будто кто-то вёл нас именно туда. И лишь когда, преодолев все ступени, тяжело дыша, мы с Ромой взобрались на самую вершину, милая парочка влюблённых из России поведала нам о том, что это Минарет Йивли — один из символов Антальи, откуда открывалась по истине шикарная панорама: огни старого города, гавани и современного мегаполиса, сливаясь, в одно сверкающее ожерелье, окружённое черной бархатной гладью Средиземного моря.

— Не замёрзла?

Вздрогнув от его голоса, я стояла на краю площадки и как заворожённая не могла отвести глаз от картины, представшей передо мной.

— Немного, — всё также не в силах оторваться и повернуть голову, я ответила спокойно, и лишь лёгкая дрожь по телу от обдувающего свежего бриза с моря заставила обнять себя за плечи.

Бешеный стук сердца, разгонявший кровь до предела и заставлявший пылать щёки, внезапно заставил сжаться всем телом от горячего прикосновения большого мужского тела к моей спине. Сильные и уверенные руки крепко прижали к себе, обняв за талию и сцепив пальцы в замок. Слегка откинув голову и прикрыв глаза,