Роман в её душе - Нина Харт

Рома осторожно притягивает меня к себе и прижимается губами к моему виску. Не целует, скорее тоже запоминает этот чувственный момент, делает глубокий вдох и, кажется, замирает. Это так интимно — мы с ним словно единое целое, именно сейчас, именно в этом моменте, который больше никогда не повторится.

— Мы можем сегодня не возвращаться в отель, — Рома прерывает молчание, и я словно выныриваю из забытия. Мягко отстраняюсь и разворачиваюсь к нему.

— Почему?

— Тут недалеко есть ещё один отель, я заранее снял там комнату. Можем переночевать там, — его спокойный бархатистый голос звучит почти у самого моего ушка, и я снова вздрагиваю.

— Боюсь, это плохая идея, — то ли это мистическое место так влияет на меня, то ли я под особым впечатлением от сегодняшней прогулки, но я словно опьянённая от близости любимого человека, что так горячо и крепко сейчас прижимает моё безвольное тело к себе.

— Брось, Марта, я помню про свои обещания.

Поднимаю глаза и смотрю на его лицо.

— Ты снял номер сразу в нескольких отелях? — хочу понять, была ли это запланированная акция: вытащить меня в город, а затем увезти в номер на ночь?

— Ну, можно и так сказать. В отеле, куда мы поедем сейчас, мне помогли с арендой.

— Кто? — срывается с губ, прежде чем я шлёпаю себя по лбу за излишнюю любопытность.

Рома довольно хмыкает и убирает выбившуюся от ветра прядь моих волос за ухо.

— Моя помощница. Она и билеты, кстати, мне покупала.

— Отлично, — делаю шаг назад, выпутываясь из его объятий. — Поехали.

— Ревнуешь?

— К помощнице?

— Ну да, — его забавляет эта ситуация, и Рома снова тянется ко мне, но я успеваю отпрыгнуть на безопасное расстояние.

— Ей пятьдесят пять, у неё пять внуков, и в общем, она очень хорошая женщина. Но… не в моём вкусе.

Прикусываю губу, злобно стреляя в него прищуренным взглядом. Боже, надо же было так по-идиотски повестись на его провокацию.

Рома же начинает громко смеяться, и, пожалуй, я впервые вижу его таким расслабленным и раскованным.

«Это всё морской воздух и нескончаемое количество ступеней, что привели нас в это волшебное место. Они действительно творят с нами что-то необъяснимое. Здесь воздух пропитан магией и чем-то ещё… романтичным что ли?»

— думаю про себя, пока мужчина, приближаясь, берёт мою руку и тянет в свои объятия.

Позволяю себе прижаться к его вздымающейся груди, уткнувшись носом, и прикрываю глаза. Рома слегка покачивает нас, крепко обнимая.

— Не думай обо мне плохо, пожалуйста. Я тебе не враг. И никогда им не был. И если бы у меня была возможность вернуть время назад, в тот день ты бы не уехала от меня, — он перестаёт смеяться, и теперь его слова почти невесомо касаются моего слуха.

Чувствую, как собственное горло сжимает тугой, беззвучный ком. Я не могу произнести ни слова. Я не хочу, и в то же время умираю от желания всё рассказать, а потом, в какой-то момент, вспоминаю, что уже поздно и, наверное, бессмысленно, потому что эти годы не прошли для нас бесследно.

— Я так устала, Ром…, - я действительно буквально не чувствую своих ног, я хочу есть, хочу в душ и спать. Представляю, что на дорогу до моего отеля уйдёт ещё не меньше двух часов, и еле слышно зеваю.

Последнее моё действие не остаётся не замеченным, и Рома, тихо ухмыляясь, гладит меня по спине и целует в макушку.

Глава 39. Сигареты и разговор

— Здесь уютно, — единственное, что выдаю, когда мы заходим в номер. Всё чувство эйфории от дневной прогулки улетучивается в миг, как только дверь за Ромой закрывается, и мы остаёмся одни.

Вместе.

Вдвоём.

В одной комнате.

И в ближайшие сутки будет именно так.

Мужчина небрежно бросает ключ-карту на столик и встаёт напротив меня. Наклоняет голову слегка и делает большой вдох. Смотрит так, будто хочет вынуть душу из меня, и от этого я начинаю теряться. Мне хочется дистанции, поэтому я быстро снимаю свою обувь и прохожу в зону, где расположена барная стойка. На ней уже стоит большая чаша с фруктами, соки и вода. Всё продумано до мелочей.

Дверь на огромную террасу за окном раскрыта, и вечерняя прохлада мягко выдувает тюль, загоняя его обратно в комнату. В воздухе приятно витает запах жасмина и ещё чего-то очень нежного и приятного.

Бегло просматриваю номер и останавливаюсь на огромной кровати… слишком огромной для одного посетителя. Только кровать и больше ничего. Никаких горизонтальных поверхностей для сна здесь больше не предусмотрено. Губы тут же пересыхают, и я быстро смачиваю их, обильно облизывая и прикусывая. Перевожу взгляд на Рому и вижу, что он смотрит туда же, куда и я.

— Хм-м, м-да, об этом я не подумал, — указывая рукой на кровать, он растерянно чешет затылок.

— Ты заранее знал, что привезёшь меня сюда?

— Нет, не знал, — отрицательно мотая головой и, кажется, немного разозлившись, Рома подходит к холодильнику и начинает рассматривать его содержимое.

— Что будешь пить? Шампанское? Вино?

Всё ещё пялясь на огромных размеров спальное место, я с трудом представляю, как мы будем спать тут вдвоём.

— Ужин будет в течение получаса, ты можешь пока сходить в душ, — он что-то достаёт из холодильника, шумит, звеня бокалами.

— У меня даже нет с собой сменной одежды, — то ли спрашиваю, то ли утверждаю в недоумении. Смотрю на свой сегодняшний наряд и вспоминаю, что в моём номере остался целый чемодан вещей, которые я планировала выгулять в Турции.

— Ты можешь воспользоваться халатом, предоставленным сервисом, — он подходит ближе и протягивает мне бокал шампанского. — А завтра мы можем купить всё что тебе понадобится.

— Где-то я уже это слышала, — отпиваю несколько глотков игристого, мелкие пузырьки приятно схлопываются у меня во рту, блаженство медленно растекается по венам, и я чувствую, как сильно устала. Стараюсь не обращать внимания на мужчину, что прямо сейчас собирается что-то мне возразить. Забираю протянутую мне дольку апельсина и, развернувшись, ухожу в сторону ванной комнаты.

Быстро принимаю контрастный душ, чтобы немного прийти в себя. Терпеть не могу это делать, но когда совсем ничего не помогает, для бодрости приходится попеременно то обжигать себя, то охлаждать.

Сушу волосы полотенцем, расчёсываю их, застирываю трусики и аккуратно вешаю их сушиться. То, что я сейчас предстану перед Ромой в одном халате, немного будоражит, но успокаивает то, что халат длинный, и я в