Их беда. Друзья моего отца - Элис Екс

Гордый выдохнул первым — коротко, хрипло. Лев не двинулся. Только взгляд стал темнее.

— Иди сюда, принцесса, — голос Гордого был хриплый после сна. Хотя, я понимала, что хрипотца эта из-за другого.

Шаг. Потом ещё один. Медленно, чувствуя, как каждый сантиметр между нами наполняется напряжением. Никто не тянул меня. Никто не торопил. Это было важнее всего. Я сама шла к ним.

Колено опустилось на матрас, и вот тогда, походу, терпение Гордого иссякло. Одним точным рывком он схватил меня за руку и потянул на себя. Я даже ойкнуть не успела. Лишь глухо выдохнула.

— Лев сказал, что ты отказалась, — спокойно произнес Гордый.

Черт, они что, сплетничали тут про меня?! Капец.

— Я растерялась, — призналась честно.

— Сейчас не растеряешься? — голос Льва был… холодным.

— Прости.

Неприятный холодок прошелся по коже. Я чувствовала… вину. Было необычно. Его взгляд не изменился, но в плечах появилось напряжение. Он был зол на меня. Возможно чертовски зол.

— Разозлила нашего львенка, — усмехнулся Гордый.

Ему явно надоели наши разговоры. По тому как его ладони начали гладить мое тело. Как напряглись его бедра. Его пальцы мяли мою кожу на изгибе талии, обхватили сильно. Гордый притянул меня еще сильнее на себя, чтобы я оседлала его полностью. Отступать было невозможно — да я и не собиралась.

Хоть он и был в домашних штанах, я ощущала его возбуждение. Очень хорошо ощущала.

— Ты… красивая, — сказал Гордый негромко. Не с ухмылкой, не с пошлостью. Просто констатировал факт, от которого внутри что-то дрогнуло.

Его ладони скользили по коже медленно, почти бережно. Не требовали, не брали — изучали. Как смотрят на редкую вещь, которую страшно уронить. Пальцы задерживались на изгибах, будто запоминали, и от этого становилось не по себе — слишком внимательно, слишком лично.

Он поднял на меня взгляд. Не снизу вверх — равно. В этом взгляде не было голода.

— Такое не прячут, — добавил он тише. — Такое берегут.

Я чувствовала себя не объектом, а чем-то ценным.

— Мы не можем больше себя сдерживать, Лола, — это уже был еле уловимый шепот.

Я лишь кивнула, ощущая как начинает гореть кожа там, где только что прикасался Гордый.

Голова пошла кругом, из меня вырвался громкий слон. Боже, когда Гордый успел просунуть руку между моих ног? Когда успел коснуться клитора?

Тело само выгнулось дугой, но резкий захват за шею сзади уберег меня от падения. Я думала это рука Гордого. Но когда распахнула веки, на меня смотрел хищник.

Лев.

— Теперь ты не сможешь сказать “нет”, принцесса.

Глава 32. Лола

— Теперь ты не сможешь сказать “нет”, принцесса. — Прозвучало как приговор.

Блять, это был приговор для меня. Моя храбрость начала улетучиваться очень быстро. Катастрофически быстро.

— Ей не нужно говорить ничего, мы не сделаем ей больно, — язык Гордого коснулся соска, но он не переставал говорить: — если, она, конечно, не попросит.

Еще б чуть-чуть и он заурчал как кот. Его язык и губы работали так отлаженный механизм. Касались, целовали, ласкали. Он обводил круги, прикусывал соски, и снова облизывал. А я…

Я не могла отвести взгляд от Льва. Он не смотрел что делает Гордый, но прожигал меня взглядом в котором пылал ледяной огонь.

— Ты хотела так? — вдруг спросил Лев.

Я ожидала все, но не этого. Не такого вопроса.

— Так? — мой голос дрожал, Гордый начинал делать то, в чем он был мастером — сводить мое тело с ума.

Его рука вовсю орудовала между моих ног, язык не отлипал от груди.

— Хотела, чтобы мы вдвоем трахнули тебя. Да, Лола?

— Я не…

— Не ври, — снова эта сталь в его голосе.

— Д-да, — вырвалось слишком быстро.

Я даже не успела по сопротивляться. Не могла. Не хотела.

Да.

Да!

ДА!

Я хотела чтобы они уничтожили меня. Хотела пасть в эту тьму с ними.

Лев больше не говорил. Лишь тихо утробно рыкнул. Его рука, что держала мою шею, напряглась. Еще один синяк в мою копилку.

И тут, резкая боль пронзила тело. Но мой крик заглушил поцелуй. Лев не целовал, он пил мои стоны, проглотил мой крик. Я махала руками как птенец которого выкинули из гнезда.

Но ни Гордого, который безжалостно насаживал меня на себя, ни Льва, который насиловал мой рот своим, не интересовало мое мнение.

— Бля, Лев, она охуенная.

По улыбке в мои губы, я поняла, что скоро Лев доберется до меня.

Мне нужно было за что-то держаться, я просто вцепилась в плечи Льва. Сильно, как в последнее, что держит меня на этой земле.

— Открой рот, — приказал сипло Лев, разрывая поцелуй.

Черт… Я застыла всего на мгновение. Но это было слишком долго для Льва. Свободной рукой он силой взял меня за щеки. Сжал, заставив раскрыть рот. Я не была против, просто… растерялась. Это было слишком остро.