Между жизнью и смертью - Жаклин Кот

— Ну, я понимаю. Он не такой, как другие мужчины, — говорит она, стягивая топ, и проскальзывает в струящийся желтый шелк.

Цвет отлично подходит к ее бронзовому оттенку кожи. Мне ни за что не подошел бы такой цвет — не так, как ей.

— Нет, он определенно не такой, — честно говорю я. — Ты нервничаешь из-за сегодняшнего вечера?

— Не особо, — она пожимает плечами. — А ты?

Задумалась и покачала головой.

— Нет. Просто хочу, чтобы это по скорее закончилось. Надеюсь, после сегодняшнего вечера я буду на шаг ближе к Калебу.

— Так или иначе, мы получим нужную информацию.

Она одаривает меня уверенной улыбкой, ее ухоженные пальцы собирают волосы в высокий хвост — верный знак того, что дело принимает серьезный оборот.

Мои босые ноги шлепают по скользкой, мокрой плитке, пальцы ног напряжены, чтобы удержать меня в вертикальном положении. Тонкая золотая цепочка, украшенная крошечными, мерцающими, темными кристаллами, обвивает мою лодыжку и поднимается по ноге и заканчиваясь чуть выше икры. Харпер нашла маленькую черную коробочку, украшенную золотой лентой, у моей двери — без подписи. Хотя, когда она передала ее мне, я и так знала, от кого она. А когда мы спустились вниз, и взгляд Вон скользнул к моей лодыжке, это стало достаточным подтверждением.

Сегодня вечером я в белом — цвет девственной невесты. Кружево облегает каждый изгиб, оставляя открытыми живот и спину — наряд распутницы. И я не упускаю из виду, что у невесты и распутницы есть две важные общие черты — обе женщины, и обе продают себя. Валюта их сделок либо монеты, либо любовь.

Меня встречают гигантские обнаженные колонны, вырезанные мужчиной с помощью молота и долото, но воплощающее божественную женственность. Я подмигиваю им, чувствуя себя абсолютно уверенно сегодня вечером. И выгляжу соответствующе — как воплощение фантазии, мечта. Я разгуливаю по купальне, как богиня секса, совсем не похожа на лесную простушку, которой была в начале.

Ловлю свое отражение в кристально чистой воде ‒ где же та девушка из хижины?

Она исчезла. Переродилась в женщину.

Женщину, готовую на всё ради людей, которых она любит.

Обхватываю пальцами глиняный кувшин, пока неторопливо направляюсь к группе шумных мужчин, собравшихся на западной стороне бассейна. Они ничем не лучше стаи кур, кудахтая без умолку, больше интересуясь историями, льющимися из уст одного мужчины, чем красивыми женщинами, которые висят на них ‒ женщинами, которые очаровали бы их внимание в любую другую ночь.

На мгновение я задумываюсь, что в этом человеке такого, что так их завораживает?

— Еще вина, милорд? — предлагаю пожилому мужчине, мой голос звучит чувственно.

Но мое предложение отклонено, пожилой мужчина отмахивается от меня, как будто я мешаю взрослым.

Мысленно рычу.

А физически мне хочется сделать кое-что похуже.

Мне приходится собрать всю силу воли, чтобы удержался и не утопить его вместе с его патриархальными замашками, а затем я перевожу взгляд на Харпер.

Она уже в бассейне, ее подтянутая рука лежит на плече невысокого мужчины с хитрой бородкой, но он совершенно ею не заинтересован.

Харпер бросает взгляд на мужчину, сидящего в центре группы, ‒ того самого, которого все слушают. Он красноречивый оратор, его истории захватывающие, но всё же я никак не могу понять, почему другие мужчины так им очарованы.

И тут меня осеняет. Дело не в его история, а в его власти. В его положении. Они все хотят погреться в лучах его славы, в надежде, что солнце осветит и их тоже.

Советник короля ‒ второй человек королевства Эденвейл.

Он совсем не похож на старика, каким я его себе представляла.

Высокий, подтянутый и чертовски привлекательный. Волосы по бокам коротко подстрижены и длинные на макушке. Рыжие пряди становятся темнее, когда он проводит по ним мокрыми пальцами. Веснушки россыпью украшают его загорелую кожу на носу, щеках и груди. Теплые, медово-карие глаза блестят, когда он сплетает свой рассказ, его руки подчеркивают каждое слово. То, как он говорит и двигается ‒ настоящее искусство.

И когда он двигает своими мускулистыми руками, его напряженный торс сокращается в ответ, ясно, что его тело создано для поля боя, а не для политики. И всё же он здесь, поглощенный политикой.

Закончив свой рассказ, его взгляд на мгновение останавливается на мне, прежде чем он отводит глаза, не проявляя интереса. Мужчины вокруг него аплодируют, среди них разносится эхом хор одобрения, как если бы это была игра ‒ кто быстрее бросится к его ногам.

Смотрю на Харпер. Она наш лучший вариант. Когда мы только приехали, мадам сказала нам, что советник короля питает слабость к брюнеткам. Я мысленно умоляю ее посмотреть на меня.

Она не смотрит.

Стараюсь сильнее, мысленно выкрикивая ее имя.

Ничего.

Ладно… над этим надо еще поработать.

Ломаю голову, пытаясь придумать другой способ привлечь его внимание. Мой взгляд падает на кувшин с вином… Должно сработать.

Молясь про себя высеченным из бледного камня гигантам, я подхожу к нему ближе. Он стоит ко мне спиной, и тут я притворяюсь, что споткнулась.

Колени протестующе ноют, когда я падаю на твердую плитку. Кувшин разбивается вдребезги и вино разливается на его спину, красные капли растворяются в бассейне.

— О, боже, простите меня! — кричу я, подползая к нему и пытаясь вытереть вино руками.

Он поднимает руку, но не для того, чтобы ударить, а чтобы остановить мои лихорадочные движения, одаривая ослепительной улыбкой.

— Всё в порядке, юная мисс. Я всё равно собирался заказать еще вина.

Мужчины вокруг него снова начинают аплодировать своей сияющей звезде и его ослепительному выступлению. Они кричат, требуя еще вина, чокаясь кубками ‒ капля мысли, превратившаяся в волну. Вот какой властью он обладает.

Девушки быстро разбегаются, как муравьи из перевернутой банки, спеша выполнить приказ. Никогда не видела, чтобы с полок брали столько кувшинов с вином.

Советник короля подмигивает мне, отворачивается и начинает свой следующий рассказ.

Что ж, я не ожидала такой вялой реакции, и тем не менее.

Фыркнув про себя, я смотрю на свой испорченный наряд и ушибленные колени ‒ это полный провал. Поднимаюсь на ноги и иду за метлой. Закончив убирать осколки глины, вина и следы неудавшегося плана, выбрасываю всё в мусорку. Скрестив руки на груди, прислоняюсь к стене, обдумывая, что делать дальше.

Харпер встает рядом со мной, ее темная кожа блестит от капель воды, в руках у нее кувшин с вином.

— Всё могло закончиться гораздо хуже.

— Знаю, — разочарованно вздыхаю. — Как нам отделить его от остальных? Они липнут