Измена: Любовница Носит Моё Лицо - Виктория Северина

— Не бери всё подряд, — сказал Роэн, стоя возле окна и просматривая старый список. Он даже не поднял головы, но голос прозвучал жёстко. — Вчера после гребня ты полчаса не могла вспомнить, где находишься.

Лиана посмотрела на него.

— Я прекрасно помнила.

— Ты называла меня Марком.

Она нахмурилась.

— Один раз.

— Четыре.

Роэн перевернул страницу.

— И ещё пыталась открыть дверь в стене, потому что была уверена, что там кухня.

Лиана поморщилась. Это она действительно помнила хуже. В гребне остался чужой дом: дешёвая кухня с коптящей лампой, окно во двор, мужчина по имени Марк, который каждое утро целовал женщину в висок перед уходом. Лица самой женщины Лиана не видела. Только руки. Тонкие пальцы, удерживающие гребень, и ощущение собственного раздражения из-за того, что Марк опять оставил грязные сапоги возле двери. Потом всё исчезло, но ещё несколько минут Лиана была уверена, что кухня находится рядом.

— Значит, сегодня буду осторожнее, — сказала она и потянулась к коробке. — Ты именно ради этого вытащил всё наверх или надеялся украсить комнату мёртвыми побрякушками?

Роэн наконец поднял глаза.

— Иногда я начинаю понимать, почему твой муж предпочёл другую женщину.

Лиана усмехнулась.

— Она просто говорит моим прежним голосом. Характер, видимо, до неё ещё не дошёл.

Уголок его рта дрогнул, но Роэн быстро снова стал серьёзным. Последние дни он вообще улыбался редко. Чем больше старых записей они поднимали, тем мрачнее становилось его лицо. Лиана заметила это ещё вчера, когда он нашёл три тела с одинаковыми следами на висках, похороненные в разные годы. Все женщины. Возраст от двадцати до сорока. У двух отсутствовали имена. У третьей имя существовало в книге, но ничего не значило даже для Роэна, пока Лиана не провела пальцами по маленькой медной подвеске и не увидела чужую руку, закрывающую ребёнку глаза во время грозы.

Сегодня они решили начать с вещей той женщины.

Роэн нашёл запись ночью. Женщина около тридцати пяти лет, тёмные волосы, старый перелом правого мизинца, тело доставлено почти четыре года назад из частного лечебного дома. При ней были подвеска, кусок зелёной ленты, тряпичная кукла и несколько монет. Имя отсутствовало. Никто не пришёл опознавать.

Лиана взяла куклу.

Мир исчез сразу.

Тёплая ладонь.

Маленькая.

Детская.

Пальцы цепляются за её руку так крепко, что ногти впиваются в кожу.

Женщина куда-то спешит.

Дождь.

Камни под ногами.

Рядом девочка.

Не видно лица.

Только жёлтая лента в волосах.

«Не отпускай меня, мама».

Лиана резко вдохнула.

Комната вернулась.

Она всё ещё держала куклу.

Роэн уже стоял рядом.

— Что? — спросил он. Голос стал тише. — Что увидела?

Лиана не ответила сразу. Сердце билось слишком быстро.

— Ребёнка, — сказала она. Она положила куклу на стол, но пальцы не сразу отпустили ткань. — Девочку. Лет пять или шесть. Жёлтая лента. Она держала женщину за руку.

Роэн открыл книгу.

— Что ещё?

— Дождь.

— Где?

— Не знаю.

— Дом?

Лиана покачала головой.

— Улица.

Она закрыла глаза.

Попробовала вернуть ощущение.

Камень.

Запах мокрой шерсти.

Детская ладонь.

И ещё что-то.

— Колокольня, — сказала Лиана. — Я слышала звон.

Роэн записал.

— Какой?

— Два удара.

— Мало.

— Я не выбираю, что вижу.

— Знаю.

Он не стал спорить.

Лиана снова посмотрела на куклу.

Один вышитый глаз.

Красная нитка вместо рта.

— Это принадлежало девочке, — сказала она.

Роэн кивнул.

— Похоже.

— Значит, у женщины был ребёнок.

— Возможно.

— Не «возможно». Я чувствовала её руку.

Роэн поднял взгляд.

— Ты чувствовала чужой обрывок. Мы пока не знаем, чей.

Лиана раздражённо выдохнула.

— Прекрасно. Тогда давай вообще ничего не считать настоящим.

— Я не это сказал.

— Но каждый раз, когда появляется хоть что-то, ты сразу находишь десять причин сомневаться.

Роэн закрыл книгу.

— Потому что иначе мы начнём подгонять жизнь мёртвой женщины под то, что тебе показалось.

Лиана хотела ответить резко, но остановилась.

Он был прав.

Это раздражало сильнее всего.

— Хорошо, — сказала она. — Ищем девочку с жёлтой лентой.

Роэн снова открыл записи.

— Сначала ищем, откуда тело привезли.

Частный лечебный дом находился на другом конце города и давно не существовал. На его месте теперь была мастерская, где делали стеклянные лампы. Хозяин ничего не знал о прежних жильцах, зато старый сосед вспомнил врача, который принимал женщин «по нервным болезням». Имя врача он назвал не сразу. Потом замолчал, почесал затылок и сказал, что вообще не уверен, был ли здесь кто-то кроме обычного лекаря. Роэн записал всё. Лиана смотрела на старика и уже почти чувствовала, как память ускользает у него прямо во время разговора.

— Женщины часто приходили? — спросила она. Голос всё ещё был хриплым, поэтому старик наклонился ближе.

— Женщины? — переспросил он. Потом посмотрел на Роэна. — Какие женщины?

Роэн вздохнул.

— Те, о которых вы только что говорили.

Старик нахмурился.

— Я говорил?

Лиана почувствовала холод.

Роэн не удивился.

Он просто закрыл книгу.

— Спасибо, — сказал он. — Этого достаточно.

Они вышли.

На улице Лиана остановилась.

— Вот так просто?

Роэн пожал плечами.

— А что предлагаешь? Бить его по голове, пока память не вернётся?

— Не помешало бы.

— Тогда он точно забудет.

Лиана усмехнулась.

Они пошли дальше.

След привёл к старому приходскому архиву, потом к списку жильцов дома на соседней улице, потом к имени.

Эвелина Рашт.

Лиана произнесла его несколько раз.

Ничего не почувствовала.

Роэн смотрел на запись.

— Женщина двадцати девяти лет. Вдова. Дочь Мара, шесть лет.

Лиана сразу вспомнила жёлтую ленту.

— Она.

— Возможно.

— Опять.

Роэн посмотрел.

— Хочешь, я буду каждый раз говорить «несомненно», чтобы тебе было спокойнее?

— Нет.

— Тогда терпи.

Адрес матери Эвелины нашёлся в том же архиве.

Дом стоял в бедном, но не нищем квартале. Низкий, тёплый, с вымытыми окнами и горшками на подоконнике. Дверь открыла пожилая женщина с седыми волосами, собранными под платком. Она держала в руках нож для овощей и явно готовила обед.

— Да? — спросила она, недоверчиво глядя сначала на Роэна, потом на Лиану.

Роэн представился.

Женщина сразу напряглась.

— У нас никто не умер.

— Мы не поэтому.

— Тогда зачем?

Роэн посмотрел на Лиану.

Она поняла.

Ей говорить.

— Вы знали Эвелину Рашт? —