Демон Ледяных Звезд - Виктория Олейник

Нет! Сердце тяжело билось о ребра, не жалея ногтей, я пыталась сорвать с себя ненавистные кандалы. Что-то снова двигало мной, что-то сильнее, мощнее меня самой. Вспыхнул шрам на лбу, я стиснула зубы, вонзив ногти в мешающие кандалы. Вогнала так глубоко, что металл стал… поддаваться.

Сначала немного, совсем слегка. Я зарычала и усилила нажим. Кандалы сопротивлялись, словно предупреждали не лезть к ним. Да вот черта-с-два, мне нечего терять!

— Ну, давай же!!!.. — шепотом взмолилась.

И выдохнула, когда на моей груди словно разомкнулся обруч. Кандалы вдруг покрылись морозным инеем, а потом… просто взяли и лопнули, опав с моих рук льдистой крошкой.

Вздрогнув от ощутимого толчка, я мотнула головой. У меня не было времени думать или оглядываться; всё, чего хотела, это помочь плачущей от унижения и страха девушке.

Может быть, не только Тёма из нас сумасброден, но и во мне хватало безумства? Стиснув зубы, я набросилась сзади на похотливого демона. Перехватила его за горло цепью так, что тот захрипел.

— Эй! Ты!

Кажется, шум не прошел незамеченным. Не обращая внимания, я усилила нажим, и лишь зашипела, когда демон — по размерам на порядок крупнее меня, — сбросил меня со своей спины. Опрокинувшись в снег, я вскинула руки.

— Не подходи!!! — рыкнув, отдалась на волю непонятной силы, двигающей мной.

Мной снова что-то двигало, нашептывало. Мысли отказывались подчиняться, я действовала по наитию, почти бездумно, обрушившись в эмоции, как в ледяную прорубь. Полыхнувшая вспышка, что сорвалась с моих пальцев, взорвалась фейерверком инея и снега. Я задохнулась от ее мощи, она была невероятно сильной.

Но сейчас мной владели и гнев и паника. Даже не пикнула, когда мой обидчик застыл свирепым ледяным изваянием; с поднятой когтистой лапой, готовой нанести мне смертельный удар.

Не нанес — вот и поделом! Впрочем, когда блондинка, извернувшись, заехала по ледяному изваянию тяжелой цепью, а то вдруг брызнуло ледяным крошевом, туман ярости развеялся, оставив меня в ужасе от того, что произошло по моей вине.

— Не смей лезть до нас!!!

Это плохо. Меня затошнило. У меня не было плана, но я вовсе не хотела, чтобы до такого дошло! Демон или нет, но это живое существо…

Было живым существом. В моих ушах застучала кровь; я оцепенела, но чудом перекатилась, чтобы пропустить удар хлыста в шаге от себя.

— Дрянь!!!

Меня вздернули за шкирку; я всхлипнула, дрожа. Разумеется, мы привлекли слишком много внимания. Девушки всхлипывали, жались друг к другу, еще бы они не были напуганы! Хлыст так и сверкал, загоняя их обратно в шеренгу, отделяя их от нас, а нас от них.

Теперь с нами сделают что-то особенно ужасное, я знала это. За гибель своего — мы расплатимся по полной. Я вскрикнула, когда блондинка рухнула на снег, оглушенная сверкающим хлыстом.

— Пусти!!! — зарычала я, сопротивляясь.

— Это которая из них?! — Один из всадников спешился, быстро подбежал ко мне. — Ты видел, что она сделала?! Вы же проверяли их, все смертные, как одна!

— Десятая! Их должно быть девять! Эта откуда взялась?!

— Да какая разница! Вяжи ее! Там разберемся!

Мои руки был скованны сзади — у меня больше не было возможности повторить тот фокус с ледяной молнией. Но лучше бы я вообще к нему не прибегала — сделала только хуже!

Что теперь с нами будет? Просто убьют? Будут пытать?

Я рыпнулась из захвата; мои глаза распахнулись от алой вспышки, озарившей мир. Что-то внутри всколыхнулось и — угасло, сломленное чем-то темным, вязким. Это было как глухой удар; он обрушился на меня, подавляя мою волю.

Раздались испуганные крики девушек; удары хлыстом… Но я уже была будто не здесь. Мое сознание уплывало, отчаянно цепляясь за реальность, понимая, что это конец… что назад пути не будет… что я обречена…

— Ты смотри, какая борзая! Так и хочется ее опробовать!

— Меня больше другое интересует. Ты глянь на ее лобик. А пальтишко? Узнаешь?

— Неужели она ограбила самого…

Я не услышала имени. Мои глаза закрылись, я провалилась в забвение, как в топкое болото. Оно затягивало и затягивало меня, куда-то исчезли голоса, угас терзающий меня пламенный холод…

Что-то ударилось о землю — но, кажется, это была я сама. Не знаю, не помню… я очутилась во тьме, и там ничего, ничего не было.

36

Его поцелуи обжигающе-пламенны, хотя его руки холодны — они касаются меня неспешно и чувственно, распаляя мои желания. Я позволяю ему это. Позволяю изучать мое тело, стону, когда его ладони накрывают мою грудь. Выгибаюсь от приятной болезненности, когда его пальцы сжимают чувствительную горошинку, целую мужчину в ответ, отдаваясь желанию и току крови, бегущему по моим венам....

Я тихо постанываю, когда его пальцы ведут по моему животу, стремясь ниже, ниже... На секунду пытаюсь сжать бедра, но он не обращает внимания. Его пальцы касаются моей промежности, изучая меня... всю, даже там.

Его движения напористы и требовательны, он знает, что делает. Он ласкает меня внизу, все быстрее и быстрее, изредка слегка проникая пальцами и неизменно отступая, когда я со стоном подаюсь к нему бёдрами, подталкивая проникнуть глубже.

Но он испытывает меня, испытывает мою целомудренность на прочность. Ласкает все яростнее, все настойчивее, задевая точки, которые заставляют меня всхлипывать, стонать, подаваться к нему бёдрами, отвечать на его поцелуи все жарче и откровеннее...

Не хочу только этого! Я ерзаю под ним, извиваюсь, я напрашиваюсь на близость. Мне кажется, я взлетаю, я так близко, еще немного и...

— Ах!!! — Мой возглас сменяется тяжелым стоном.

Я не могу дышать, меня будто нет. Выгнувшись в пояснице, содрогаюсь всем телом, а мужчина не перестает ласкать меня, пока не угасают последние искры наслаждения...

И тогда я обрушиваюсь на постель — и в сознание. Я обнажена перед мужчиной, яркая вспышка наслаждения сменяется приятной истомой и невозможным смущением. Смотрю в его глаза, холодные, льдистые... хочется коснуться его белоснежных волос, но я не решаюсь.