Сдавайся - Наталья Юнина

— Не будешь ставить правильно большой палец, сломаешь его. Пеняй на саму себя.

— Ага. Если это все, то я пошла. Спасибо за урок.

— Ты еще не поняла? Мы сейчас будем драться.

— Серьезно?

— Да. Разумеется, я буду тебе поддаваться и не херачить как мужика, но отбиваться буду и нападать в пределах разумного тоже. И если ты окажешься в итоге на мате, то я… тебя оседлаю.

— Я тебе седло сломаю.

— У меня не седло.

— Значит, передло.

— Значит, начинаем. И да, я не сказал самого главного. Ты девушка, значит, твоя сила в чем?

— О Господи, снова пошли занимательные вопросы. Давай ты просто постоишь, а я отобью тебе кроссовками корень жизни, и мы мирно разойдемся. Ты останешься без члена партии, а я с победой.

— Твоя сила в слабости и хитрости, — как ни в чем не бывало продолжает этот гад. — Удиви своего противника. Сделай то, чего он не ожидает, но то, что введет его в состояние неожиданности. Стало быть, и слабости.

— Типа нагадить посреди комнаты?

— Это вряд ли поможет. Есть же другие чистые комнаты, в которые приведет тебя твой соперник.

— Тогда, может быть, пробежаться по всем комнатам без тапок и наследить своими пятками?

— Ну, а дальше что? Тебе придется их вытирать.

— Ладно, я сдаюсь, дядь Ярик. Пойду я хлебушек печь, — милейшим голоском произношу я и, сделав вид, что отворачиваюсь, сжимаю руку в кулак, точно как он меня учил. Резко и неожиданно поворачиваюсь к нему и замахиваюсь кулаком в Крапивинскую смазливую морду…

Глава 24

В глубине души у меня реально теплилась надежда, что мне удастся зарядить кулаком ему в лицо. Однако, то ли Крапивин хорошо натренирован, то ли у меня руки растут не из того места, но я промахиваюсь. А он ловко уворачивается. Сама же еле удерживаюсь на ногах из-за собственного удара.

— Без обид, но мне еще рано поддаваться, — насмешливо произносит этот гад, из-за чего я снова до боли сжимаю руку в кулак. — Цель этого занятия, чтобы ты спустила пар. Ну и кое-что еще. Если я поддамся в сию секунду, ты не получишь ни удовлетворения, ни выплеска негативной энергии. Да и так ведь неинтересно, когда победа сразу идет в руки, верно? И да, девочка моя, не надо постоянно держать кулак сжатым, ты быстро устанешь от напряжения.

Я не собиралась так быстро нападать снова. Но его обращение «девочка моя» спровоцировало меня на этот бездумный шаг. В ответ он лишь усмехается на мою жалкую попытку в очередной раз нанести ему удар. Ну когда-нибудь он ведь должен валяться у моих ног!

— Ты пользуешься своей красивой мордашкой в учебе? — чего, блин? — Иначе не знаю, как ты можешь хорошо учиться, учитывая, что ты совершенно не впитываешь то, что тебе говорят. Руку расслабь между ударами.

Что? Ну что он реально от меня хочет?! Господи, дай мне гайд по заводским настройкам этого психа.

Если здесь есть камера, будет занятно посмотреть на нашу эпичную «драку». После моего второго замаха, кажется, проходит вечность, во время которой мы устраиваем гляделки, при этом ходим по кругу. Он не предпринимает попыток нападать, я же только и думаю, как к нему подступиться.

В какой-то момент, я все же замахиваюсь на него кулаком и он в очередной раз уворачивается, но остается на месте, чем я пользуюсь, снова нанося удар. В ответ перехватывает меня. Сама не понимаю, как мы оказываемся оба в полусогнутом положении. Я цепляюсь за его футболку и со всей силы тяну ее на себя.

Слышу треск. Точнее оба слышим. Чистоплюй на секунды замирает, смотря на слегка разошедшуюся футболку, но я не успеваю сориентироваться и нанести удар в ответ на эту заминку. Он отпускает меня, легонько отталкивая.

— Дядь Ярик, у вас футболка плохого качества. И не стыдно вам такое носить?

— Пожалуй, да, — как ни в чем не бывало произносит он, снимая ее с себя. — Продолжим.

Вот теперь я чувствую себя в еще более уязвимом положении. Странно, учитывая, что это не я с обнаженным верхом. Может, это совпадение, но после того как Крапивин разделся, наша драка, если ее так можно назвать, начинает приобретать обороты. Нападаю исключительно я. Точнее постоянно замахиваюсь кулаком. Мимо, разумеется. Но вот парадокс. Несмотря на это, мне нравится, потому что всякий раз, когда я заношу удар, я представляю, как бью гада по его фейсу.

— Сейчас ты такая собранная, не то что панда, залезшая ко мне в окно, — чего-чего? Панда? Толстое неуклюжее создание?

— Панда?

— Это не означает, что ты мохнатая и толстая. Исключительно про твою милую неуклюжесть. Знаешь, панды такие же неваляшки, когда куда-то перелазят. Каюсь, на досуге я пересматриваю, как ты это делала. После этого настроение повышается, — сволочь!

— И это мне говорит дед алкаш с бородой? Кстати, крошки от еды туда не западали? Как это вы, дядь Ярик, были в таком виде? Не гигиенично.

— Не боись, я тщательно следил за гигиеной бороды.

Очередной замах и снова мимо. Но мне, как ни странно, весело.

— Тебе совершенно не идет. Мерзкий дед.

— Буду иметь в виду.

В этот момент понимаю, что я реально физически устала. Кажется, уже испарина появилась на шее. Понимаю, что или сейчас, или уже точно пора сворачиваться. Задаю ему очередной вопрос про бороду, дабы отвлечь внимание и, мысленно помолившись, наношу удар. В этот раз Крапивин не просто уворачивается, он хватает меня и делает подсечку, ловко укладывая на мат. Вроде не сильно уложил, а голову как будто тюкнули обо что-то.

И ладно бы на этом все. Хрен там. Я не успевая сориентироваться и встать, как он наклоняется и нависает надо мной, пригвоздив мои руки к мату. Ситуация из разряда — полный капец.

— Как ты думаешь, в чем была твоя основная ошибка?

— В том, что напилась и залезла в дом к психу.

— Умничка какая. А если говорить про сейчас?

— Слезь с меня, — закрываю глаза не в силах выдержать его взгляд.

— Я ее отращивал три месяца не по своей воле, — неожиданно произносит он. Он все же слушает о том, что его спрашивают. — Меня кое-кто об этом попросил, а я не смог отказать. Кстати, если бы не твоя вылазка на дедовскую дачу, я бы и дальше носил это убожество и продолжал бухать. Ты внесла в мою жизнь забытый интерес и азарт.