Уравнобешенный Эльф - Кристина Юрьевна Юраш

— И то много, — ворчливо заметил муж, вручая капельку мне. — Можете пролить на юбку. Наша очаровательная и «своеомразная» бабушка тоже выпить.

— О, ради всего спиртного! Я предпочитаю мужчин покрепче, выпивших алкоголь покрепче! — гадко заметила бабушка. — Люблю мужчин, которые предпочитают коньяк!

— Номана! — выдал пьяный толстяк рядом. Он взмахнул бокалом, расплескав его на возмущенную супругу.

Речь принца была короткой. Что-то про будущее, про прошлое, про доблесть и честь, про славных предков и чудесный бал. Сделав глоток шампанского, я почувствовала облегчение.

Мой муж отошел к принцу. Я смотрела в изморозь бокала и улыбалась. Что-то новое, странное и какое-то безгранично удивительное чувство царило внутри меня. И заставляло улыбаться. Мне почему-то неловко смотреть в глаза мужу. Я начинаю смущаться!

— Встань! — внезапно поднял меня эльф. Я не поняла, что произошло. — Быстро и молча выходим из зала!

Сердце зашлось, пока мы направлялись в коридор.

— Что случилось? — спросила я, впервые видя мужа таким. Он больно сжимал мое плечо. Может, потому что я упиралась изо всех сил?

— Молча, — гневно бросил муж.

Мы вышли в коридор. Он подошел к первой дамской комнате.

— Простите, но сюда нельзя! — послышался лепет слуг. Они пытались заслонить дверь.

— Ты с кем сейчас разговариваешь? — яростно бросил эльф.

— Но там женщина переодевается! — возразил слуга. — Тем более, что дверь закрыта изнутри!

Дверь вылетела и упала на ковер. Дама вскочила, открыла рот, чтобы закричать, как вдруг присела в реверансе, низко опустив голову. Ее служанка спешно собирала ленты и юбки.

— Вон! — взгляд эльфа указал на дверь.

Женщины, словно бабочки, вспорхнули пестрыми юбками и выпорхнули в коридор.

Я молчала, сжав губы. Слуги ставили дверь на место.

— Погоди, — выдохнул Ноэль, прижавшись к стене лбом. — Просто стой и молчи. Я попытаюсь взять себя в руки.

Он прижал руку к губам, словно закрыв себе рот и тяжело выдохнул.

— Где украшение?

Меня словно обожгло. Неужели принц решил подставить меня? У меня пронеслась мысль о том, что принц сказал, что я его украла.

— Я не знаю, о чем вы, — ответила я, видя, что эльфу плохо. Он тяжело упал в кресло. «Стой на своем! Положись на бабушку!», — прошептала бабушка.

— Украшение принца, — процедил эльф. Он смотрел на меня умоляющим взглядом. Его рука сжимала подлокотник так, что побелели костяшки. — Украшение фаворитки.

— Я не знаю, о чем вы, — произнесла я, глядя на то, как муж опустошает бокал с вином. — Я не знаю ни про какое украшение!

Мой голос не дрогнул. «Ом-ном-ном!», — слышалось под юбкой. Эти странные звуки издавала бабушка. Словно что-то ела!

— Если я не могу спасти свою честь. То хотя бы попытаюсь спасти тебя! — выдохнул эльф. Он швырнул бокал в стену. И по ней расползлось кровавое пятно. — Если оно у тебя, скажи. Не заставляй меня применять магию поиска!

«Немножечко за папу, неможечко за маму!», — выдыхала бабушка.

— У меня ничего нет, — упиралась я, боясь подходить к нему. — Никакого украшения. Я даже не знаю, о чем вы.

— «Кхе!», — выдала бабушка под юбкой. — Ом… Ном… Ой, фу! Еще немножечко! Давай, Тварианна, давай! Ом!

— Тебя могут обыскать прямо в зале. При всех. Раздеть донага! — произнес эльф, резко вставая с кресла. Набалдашник трости уперся в мой подбородок. И приподнял. — Если оно у тебя, говори. От этого зависит твоя жизнь. Раз. Два. Я не шучу. Три!

Мою голову опустили. Эльф отвернулся. А в его руке вспыхнуло заклинание. Он произнес какие-то слова на непонятном языке, а у меня сердце в пятки ушло.

Рука эльфа была пустой. Послышался странный звук. «Уфффф!», — выдала бабушка.

Мой муж смотрел на пустую руку, а потом на меня. Я тоже была удивлена. «Ох, мамочки мои!», — икнула бабушка.

— Довольны? — спросила я, дрожащим голосом. Бабушка снова икнула. Звонко так. На всю комнату.

— Наверное, первый муж вспомина… ик! — выдала она. — В гробу враща… Ик!

— А что это за украшение? — спросила я, подойдя ближе. Я почувствовала, как меня схватили и прижали к себе. Рука, которая держала меня, почему-то дрожала. Эльф потерся лицом об мои волосы.

— Пошел слух, что принц представит новую фаворитку. Что это ты. И ты приняла его предложение. А вместе с ним украшение, — шепотом произнес муж.

Он баюкал меня, слегка покачиваясь. Я чувствовала жаркое сбившееся дыхание в моих волосах.

— То есть, — прошептала я. — Принц должен подарить фаворитке украшение. А если она не примет?

— Тогда он имеет право казнить ее на месте. Не принимать подарки от королевской особы — это измена короне! — вздохнул эльф. — Казнь без суда и следствия.

Какая хитрая ловушка! И если бы я не приняла его, меня бы казнили на месте. А принять нельзя! Да, я еще слишком маленькая для таких интриг!

— Ик! — подтвердила бабушка.

— А если оно потерялось? — уточнила я, успокаивая эльфа. Я нежно гладила его по спине. — Уронила, например. Или отдала другой… Выбросила в окно, например!

— Его можно нейтрализовать только магией. И то не каждой, — произнес эльф.

Меня саму трясло от пережитого. И было интересно, куда делось украшение! Может, я его выронила на балу? Или на меня магия не подействовала?

— Ик! — выдала бабушка.

— Не надо плакать, — мои слезы утирали платком. — Пожалуйста…

— Вы меня напугали, — прошептала я, отстраняясь немного. И посмотрела на дверь.

— … везде все занято! А тут явно парочка уединилась! Во дворце запрещено уединяться в дамских комнатах! — возмутился кто-то строгим женским голосом возле двери. — Я буду жаловаться Канцлеру! Безобразие! Ах, у ели тут все назначают свидания!

— Но там… — послышался перепуганный голос слуги. — К-к-канцлер!

— Ой, простите! Я поищу другую комнату! О, Маргарита! Там комната освободилась! В конце коридора! Быстрее! Мне нужно поправить прическу! Живо! — послышался удаляющийся перепуганный голос.

Меня прижали к себе, гладя с исступлением.

— Я тебя к воздуху ревную, — послышался выдох мне на ухо. — И ничего не могу с собой поделать. Я все понимаю… Все осознаю… Но…

Мое лицо взяли в руки.

— Я дам тебе все, что ты захочешь…. Абсолютно все… Только прошу… Забудь о принце навсегда… Оставь его в детстве… В мечтах маленькой девочки… — шептали губы чуть приблизившись к моим, но не целуя. Я пыталась поймать его выдох. — В розовом замке… На деревянной лошадке… У него таких как ты тысячи… По всему королевству… Он меняет их, как перчатки…

— А лучше бы, как носки… Ик! — послышался недовольный голос бабушки.

— Выбрось его из головы… Ему никто не нужен, — шептали губы, — У него не ночевали ни любовь в сердце. Ни