Слепой отбор. Тень для Лунного дракона - Елена Соловьева

— выдохнул Ярон. — Но мне хотелось, чтобы вы знали, принцесса: я не волокита и не коварный соблазнитель. Мне, как и всем Лунным драконам, нужна одна единственная девушка. Та, которая полюбит меня искренне и бескорыстно. Та, которую также беззаветно полюбил я сам.

Глава 42

«Полюбил…»

Он сказал, полюбил, а не полюблю. Значит, эта девушка уже есть? Но к чему мне эта информация? Ярон пытался сбить меня с толку? Запутать, околдовать? Очень похоже на последнее, потому что после его признания у меня сердце забилось чаще, а в животе вновь запорхали эти треклятые бабочки.

— Все мы хотим быть любимыми, — призналась, не сдержав взволнованного вздоха. — Искренне и бескорыстно. Но жизнь диктует свои условия.

Опустила взгляд, боясь, что по глазам Ярон поймет слишком многое. То, что я предпочла бы скрыть даже от себя самой. Это я не могла видеть его лицо, его ауру, не могла прочитать сокровенные мысли. А он, кажется, мог все. И даже немного больше…

— Вы о том, что вам обязательно нужно выйти за Михаэля Авертона? — уточнил Ярон.

Не поднимая глаз, кивнула. Все верно, я обязана выиграть отбор для Илоны. Или найти другой способ спасти ей жизнь. А вот моя собственная должна отойти на второй план.

— Этот союз так важен для вас лично или для выгоды вашего королевства? — Ярон задал новый провокационный вопрос. — Отец настаивает?

К чему все это? Я искренне не понимала. Отбор в самом разгаре. Остались только четыре девушки, включая меня. Борьба за корону повелительницы Лунных драконов становится все ожесточеннее и яростнее. Да и сами этапы все жестче и изощреннее. Слова Советника можно было принять двояко: как проверки и как…

— Для чего вам это, Советник? — спросила, решительно вскидывая голову. Я Тень. Тень, занимающая место чистокровной принцессы, гордой и честной. Илона не стала бы прятать от Ярона ни лица, ни мыслей. Наверняка. — Скажите правду: это новая проверка? Или… личный интерес?

Произнести последнее предположение оказалось очень трудно. Язык словно задеревенел и ни в какую не желал слушаться. Но я смогла, сумела. Каким-то чудом прошептала то, что тяжким грузом лежало на сердце. Пусть лучше Ярон посмеется над моими мыслями, чем я сама причиню себе невыносимую боль, поверив в то, чего не существует. Мечты доставляют радость, сбываясь, а те, что разбиваются вдребезги о реальность, не даруют ничего, кроме саднящей пустоты и муки.

— Принцесса… — Ярон опустился на колено и взял меня за руки. — Знаю, это подло, ухаживать за чужой невестой. Но я ничего не могу с этим поделать. С первой нашей встречи вы покорили меня. И с каждым днем моя тяга к вам становилась все сильнее. Невыносимей. Поэтому я прошу вашей руки и надеюсь завоевать сердце. Также, как вы завоевали мое. Я люблю вас.

Он шутит?..

Если так, то это самый жестокий розыгрыш на свете. В порыве нахлынувших чувств я едва не рассказала Ярону всю правду о себе. Едва не нарушила устав Тени и не предала тех, кто в меня верил. Плотно сжала челюсти, приказывая себе молчать. Глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, а, главное, не наделать глупостей.

— Вы предлагаете мне невозможное, Советник, — убито проговорила я. — Отказаться от отбора…

Не представляю, как это будет выглядеть для повелителя Лунных, обвинит ли он своего Советника в предательстве. Но я точно стану ренегаткой, преступницей в глазах короля Иоарда, Рашель, Илоны и всех метаморфов. Ко всему прочему — вряд ли Ярон обрадуется, узнав, что предложил выйти за него не чистокровной принцессе, а безродной девчонке. Да к тому же метаморфу.

— Простите, Советник, это невозможно...

Я не могла видеть лица Ярона, но буквально физически, даже без магического зрения, ощущала его разочарование. Он глухо застонал, как будто получил смертельное ранение. Но при этом не утратил решимости. Не выпуская моих рук из своих, мягко растер большими пальцами запястья, как будто вырисовывая на них тайный узор. Или навешивая невидимые путы. Впрочем, что мне магия, если я сама, добровольно нанесла себе невосполнимый ущерб. Отказалась от предложения того, кого любила всем сердцем.

— Дело государственной важности? — спросил Ярон, как будто заглянув в мои тайные мысли. Но тут же добавил: — Ваш отец настаивает на браке с Михаэлем Авертоном?

Не думаю, что Иоард первый принудил бы горячо любимую дочь выйти замуж без ее желания. Если бы она только захотела,то связала свою судьбу хоть с пастухом, отец не стал бы возражать, лишь бы Илона была счастлива. Но я — не она. Я даже не знала собственного отца. Меня подкинули в приют младенцем, как видно, из-за слепоты. Скорее всего, мои родители были бедными крестьянами, а то и нищими попрошайками. Кормить лишний рот, точно зная, что даже подросший ребенок не станет им подмогой и опорой, сочли невыгодным. Такое случалось довольно часто, к сожалению.

Конечно, все приютские дети мечтали о том, что когда-нибудь, в один чудесный день родители за ними вернутся. И, лучше всего, если они окажутся если не королевскими особами, то как минимум дворянами. Скажут, что так долго искали своих потерянных малышей… И заберут домой.

Меня тоже посещали такие мысли. Иногда…

Ровно до тех пор, пока не пробудился дар метаморфа. Тогда я поняла, что решение родителей отдать меня в приют было верным. Лучше никогда не видеть родных, не знать их любви вообще, чем лишиться в одночасье. И, что хуже всего, увидеть страх и презрение в глазах горячо любимых людей, когда они поймут, кто перед ними.

Да, метаморфов в нашем королевстве не любили…

— Позвольте мне обратиться к вашему отцу, принцесса?! — решительно предложил Ярон. — Я хоть и не повелитель, но тоже драконьих кровей. И занимаю не последнее место в иерархии Лунных.

Глава 43

Если Ярон сейчас обратится к королю Иоарду с подобным предложением…

— Нет! — Из моей груди вырвался не то вскрик, не то всхлип. — Пожалуйста, не делайте этого, Советник. Не поступайте со мной так…

Иоард и Рашель наверняка истолкуют подобное по-своему. Решат, будто я воспользовалась ситуацией и решила обернуть ее в свою пользу. У меня нет никакого права, нет даже надежды обустроить собственное счастье. Я только Тень, презренный метаморф, годный лишь на выполнение определенных задач.

Но Ярону знать об этом не следует. Не сейчас, когда я так