После развода с драконом. Будешь моей в 45 - Анна Солейн

Я была далека от того, чтобы оценивать моральные качества мэра. Но от его прикосновений, даже невинных, мне каждый раз хотелось сбежать.

Пять лет назад мы смогли найти общий язык. Что изменилось сейчас?

— Разумеется, — мягко улыбнулась я. — Но и деловой интерес у меня тоже есть. Видите ли, в документы, наверное, вкралась ошибка. — Я выложила папку на стол. — Хозяин лавки, мистер Гаррет, говорит, что к нему уже три месяца не поступала оплата за продукты. Должно быть…

— Ах, это, — усмехнулся мэр. — Видите ли, Элла, никакой ошибки здесь нет.

Внутренне подобравшись, я захлопала глазами.

— Нет ошибки? Но как же…

— Город больше не готов содержать твою школу. На существующих условиях.

Я похолодела, мгновенно вычленяя из его слов самое главное.

“На существующих условиях”.

А на каких тогда — готов?

Главa 31

В ушах зашумело, но я заставила себя оставаться спокойной. Только улыбнулась, откинувшись на спинку стула. Моя ладонь выскользнула из хватки мэра — мгновенно стало легче дышать.

— Вот как, — медленно произнесла я. — И что же изменилось? Мы можем что-то сделать?

Мэр быстрым, каким-то змеиным движением языка облизал тонкую нижнюю губу и прошелся по моей фигуре жадным взглядом.

Я едва сдержала дрожь. Впору было бы начать надевать на встречи с мэром балахоны, но я не была уверена, что они избавили бы меня от навязчивого внимания.

Дик не перечислил и половины случаев того, как мэр проявлял… свою во мне заинтересованность.

Честное слово, я его не понимала! Мне за сорок, в конце концов! Я даже в молодости не была красавицей, а уж сейчас… Не мог он, что ли, найти себе кого-то получше, как мой бывший муж? Уверена, кандидатки бы не заставили себя ждать.

Но дело, конечно, было в другом. Мэру доставляло удовольствие играть со мной. Он знал, что я от него никуда не денусь, как мышка, которую кот гоняет из лапы в лапу. Глупышка думает, что вот-вот сбежит, но только кот знает, что это всего лишь иллюзия.

Мэр усмехнулся и с притворной грустью произнес:

— Элла, вы заходите ко мне исключительно по работе, и каждый раз — ради денег. Скоро я подумаю, что наша с вами дружба только на этом и держится.

“А на чем ей еще держаться?” — чуть было не рявкнула я, но вовремя сдержалась.

Нужно было сохранять видимость приличия. Это тоже было частью игры.

— Конечно же нет. Но вы же понимаете, как много внимания требует школа, в этом году у нас будут учиться почти двести девочек. Вы, к слову, знаете, что об одной из наших выпускниц собираются сделать материал в столичной газете?

— Вот как? О ком же?

Мэр подался вперед, и я поспешила убрать ладонь со стола, чтобы он до нее не дотронулся. Судя по поджавшимся губам, моя хитрость от него не укрылась, и я поспешила отвлечь его внимание на кое-что более приятное:

— Об Оливии, конечно. Этой осенью начался первый сезон ее учебы в академии магии — она уже третья из наших девочек, кто туда поступил. Журналисты заинтересовались. Я буквально утром получила от нее письмо.

— Надо же, — хмыкнул мэр. — Как вовремя.

— В статье будет и о вас, — выложила я на стол первый козырь. — Далеко не в каждом городе мэр из средств казны спонсирует школу для девочек. А хорошие школы и вовсе по пальцам пересчитать можно. Наша обещает стать одной из лучших в королевстве из тех, где за учебу детей не нужно платить баснословные суммы.

О том, что на будущий год нам понадобится еще больше денег, я решила пока не говорить.

Но мы и в этом едва сводили концы с концами!

Дело в том, что далеко не все девочки, которые у нас учились, могли позволить себе учебники. Или платье для школы. Или хотя бы оплатить обед. Мы с Линой крутились, как могли, но денег все равно не хватало, чтобы обеспечить всех. Некоторым девочкам вовсе нечего было есть. Для кого-то школа была единственным безопасным местом, так что даже ночевали они в одном из классов, который мы вечером оборудовали под спальню. Они… Для кого-то наша школа просто стала вторым, а то и первым домом, и я не могла их его лишить.

— Приятно знать, — кивнул мэр. — И все-таки… Элла, я вынужден это сказать.

— Мэр Бигли…

— Мы закрываем твою школу. Этот год — последний. Больше денег нет.

Сердце оборвалось.

Нет. Нет-нет, это не может быть правдой. Это не…

— Мэр Бигли…

— В этом году мы вам тоже урезаем финансирование, я потом покажу тебе цифры. Ты можешь начать брать деньги с учениц. Обычно так делают.

Обычно так делают?! Я едва заставила себя сидеть на месте и сохранять спокойное выражение лица, а не вцепиться мэру в седые патлы.

Кто из родителей готов платить за образование дочек? Никто! Большая часть и так едва концы с концами сводит. Худо-бедно деньги из семейного бюджета выделяли на образование сыновей, но вот дочки… это уже было совершенно другое.

В панике бросив взгляд на мэра, я замерла.

А ведь он играет со мной. Щурится, наблюдает за реакцией,

Все, что он сейчас говорит, — это блеф.

Решение еще не принято.

И дело не в деньгах.

Дело в другом.

Старательно улыбнувшись, я подалась вперед.

— Мэр Бигли, — улыбнулась я. — Мне казалось, мы нашли общий язык. Мы с вами полезны друг другу, правда?

Это самое “полезны” было моим главным поводом не спать по ночам. Я полагала, что мы договорились.

— Ваша помощь, — изогнул мэр в улыбке губы, — бесценна. Но времена изменились. Обстоятельства изменились.

Наши взгляды скрестились, и я вздронула. Папка Дика, которую я по-прежнему держала в руках, затряслась. Я поспешно положила ее на стол.

— И... — медленно начала я. — Что же изменилось?

— Приоритеты, — ответил мэр, буравя меня тяжелым взглядом из-под кустистых бровей.— Сама понимаешь, статей расхода много. Твоя школа совсем не первостепенна.

— Может, мы сможем все-таки что-нибудь придумать? — напряженно спросила я.

Что ему от меня нужно? Почему он решил закрыть школу сейчас? И почему он вдруг решил объявить об этом вот так — чтобы я сама прибежала к нему в кабинет?