Прочь с моих грядок, дракон! - Мария Эмет

На том и порешили — будет праздник в честь возрождения деревни. Назначали мы его на первый день лунного цикла.

— Как месяц растет, так и мы процветать будем, — великомудро заявила женщина. Я ничего не поняла, но на всякий случай кивнула. Тогда продавщица отправилась заниматься промоушеном праздника, а я побежала договариваться с овощами о срочной поставке продуктов.

Праздник воодушевил всех. И все почему-то решили сходить ко мне, чтобы спросить:

— Анормально, если я просто грибочки принесу, а? Маринованных!

— А можно я просто мешок картошки дам? У меня больше ничего нет.

— А хорошо ли будет, если я не возьму еды, зато питья скока хошь принесу?

— А со своим можно? Я тока своё ем.

— А без всего можно? У меня ничего нет, а поесть хочется.

На всё это я отвечала уверенным «Да», вот только поток из осторожных и любопытных, которым «только спросить» не кончался. Тогда я вышла на крыльцо и громко гаркнула:

— Приглашены все! Несите все, что не жалко! Всех ждем, всем рады. Всё! — с этими словами я забежала в дом и захлопнула дверь. Жители разошлись, оставив меня в покое.

До чего же это трудная задача — быть хозяйкой горы!

Но интересная. Этого не отнять.

До знаменательного дня остался один день. Мужики, вооружившись молотками, отправились чинить столы и стулья, выставленные на деревенской площади ещё вчера. Половина женщин пряталась по домам, штопая скатерти и натирая посуду. Другая половина согласилась помочь мне с готовкой и с удовольствием забурилась в мой дом.

Некогда просторная кухня стала внезапно тесной, однако никто не бурчал и не жаловался.

Даже Серанф, которой исполнял роль шеф-повара

Добиться такого эффекта удалось с помощью бочонка сладкой браги, который мы опустошали по ходу дела. Пелись песни, танцевались танцы, поднимались пироги.

Если коротко — вечер оказался веселым и приятным.

Попрощались мы под ночь. Итог наших стараний был впечатляющий — все ровные поверхности в моем доме были уставлены различными явставами и накрыты простынями.

Дамы отправились в деревню, отсыпаться перед праздником. Остались только я, клюющая носом Фонна и Лотти.

— Из тебя выйдет отличная хозяйка деревни, — проговорила девушка с улыбкой.

— Угу, — согласилась Фонна.

Махнув на нас рукой, женщина поковыляла к себе. Я проследила за тем, как она тяжело поднялась по лестнице, прошла в коридор и открыла дверь. Замок щелкнул. Путешествие из точки А в точку Б закончилось удачно.

— Спасибо, — отозвалась я наконец. — Я буду стараться изо всех сил.

— Верю. А потому хочу сделать подарок, — Лотти сунула руку в карман и извлекла стеклянный флакон с красивой крышечкой, украшенной красным камням. — Это — моё недавнее изобретение. Духи счастья и успеха. Дарю их тебе, пользуйся.

— Я заинтригованна, но Лотти…

— И слушать не хочу! — она ловко запихнула флакон в карман моего передника. — Есть подозрения, что они ещё и любовь притягивают. Попульзуйся, а потом мне расскажешь.

Со мной, Генри и моими подружками вот сработало. Если и ты с помощью них сможешь стать счастливее, значит формула рабочая и можно запускать в продажу.

Усмехнувшись, я согласно кивнула.

— В таком случае жди отчет.

— Жду не дождусь, — протянула девушка, как-то странно сверкнув глазами.

После этого я проводила Лотти до её дома. Возвращаясь на гору, я не сдержалась и открыла флакон.

Аромат был приятным, цветочным, чуточку резковатым. Мне он понравился. Опустив палец в маслянистую жидкость, провела им по шее и ключицам.

Сделала глубокий вдох и осталась довольна.

Прошла ночь, минуло утро, нехотя тянулся день. С высоты горы было видно, как жители деревни украшают место проведения праздника. Девушки бегали туда-сюда с букетами только-только собранных цветов, расставляя их по столам. Юноши лазали по деревьям и столбам, развешивая гирлянды и бумажные фонарики. Женщины поправляли скатерти и занимались сервировкой.

Через пару часов ко мне постучали мужчины, пришедшие за едой. Расставив блюда на широких досках, они понесли их вниз.

— Стало быть, пора собираться, — заметила Фонна и первая припустила к себе.

Я с ней согласилась и отправилась наряжаться. Надела серьги, подаренные Лотти. Платье, подаренное Лотти. И намазалась духами. Опять же — от Лотти.

Н-да... Она меня балует.

А вот я только принимаю. Нужно это дело исправить и сделать какой-нибудь ответный жест.

Идею я отложила на обдумывание, а сама вдруг задалась вопросом — а почему Лотти так внимательна ко мне? «Потому что добрая душа», — нашелся очевидный ответ. И это воистину удивительно!

Насколько мне известно, она сирота. К тому же с маленьким братом на попечении. Одна В небольшом домике.

Не знаю, как так вышло. Она отказывается обсуждать свою семью. А я и не давлю.

— Нужно ей помочь, — решительно заявила я, глядя на своё отражение.

В эту же минуту в комнату заглянула Фонна.

— Идём? — спросила она нетерпеливо.

— Идём, — кивнула я.

— НУ наконец-то! — пробурчал Серанф, который всё это время ждал в холле. Подхватив нас под руки, он буквально выпрыгнул из дома. Ещё бы — ведь там, внизу, его ждут бочонки браги.

Спустившись по лестнице, мы вошли в деревню и, пройдя несколько рядов домов, оказались на площади. Нарядные и улыбчивые люди громко здоровались со мной, жали мне руки, целовали в щеки.

Наконец я, облизанная со всех сторон и чуточку помятая, села за главный стол, стоящий на небольшом возвышении. Фонна и Серанф расселись по бокам.

Начался праздник.

Заиграли странного вида инструменты, кто-то стал тянуть веселые песни, кто-то принялся выкрикивать тосты за меня, мой дом, деревню, источник. Кто-то бодро пожелал мне десяток детей и рукастого мужа.

Икнув от ужаса, я пригубила вино. Вкус у напитка оказался... интересным. Среди ягодных ноток затесалась травянистая горчинка. Вроде мелочь, но я решила не испытывать судьбу и отставила кружку.

Остальным же было все равно. Люди веселились, как в последний раз. Столы стремительно пустели, бочки со спиртным — тоже. Посреди площади развели костер и стали выплясывать вокруг него. В кустах уже кто-то вовсю целовался.

Происходящее было для меня в новинку, но мне все равно нравилось. Я чувствовала себя счастливой.

А глядя на танцующие парочки самую малость одинокой.

— Чего нос повесила? — поинтересовался Серанф тихо. Вместо ответа я тяжело вздохнула и проницательному старику всё сразу стало ясно.

— Приедет он. Поговорите. Побьете посуду. Главное усадьбу не разнесите. И всё утрясется. Я точно знаю, — сказал он, погладив меня по плечу.

— Правда? — наивно спросила я.

— Кхы. Когда я тебя обманывал? Вот увишь — образумится! И ты, и он. И заживете вы душа в душу! С десятком детишек, — хихикнул старик —